Миллион поцелуев в твоей жизни (ЛП)

Мне едва исполнилось восемнадцать. Я определенно не заинтересован ни в чем подобном.
Но я заинтересован в том, чтобы снова побыть с Рен вместе. Я бы не прочь попробовать поцеловать ее еще раз, хотя я не уверен, что она согласится. В последнее время она так напряжена. Я хочу, чтобы она вела себя так же, как в прошлую субботу, когда она была открытой и улыбающейся, полной радости, делясь со мной своей любовью к искусству. Наш разговор тек своим чередом, и она призналась в некоторых важных вещах, в которые я до сих пор не могу поверить, что она поделилась со мной. Мастурбировала в своей спальне всю ночь и смотрела порно — совсем не похоже на поведение Рен.
Просто воспоминание о ее тихих признаниях заставляет мой член пульсировать.
В конце концов мы находим пустой круглый стол в самом конце библиотеки, и я подхожу к нему, устраиваюсь на стуле и выдвигаю соседний для Рен. Она садится, кладет свой рюкзак на стол, ее движения замедлены.
“Ты действительно позвал меня сюда, чтобы поработать над проектом?” Она сбрасывает пальто, вешая его на спинку стула. Смотрит на меня своими большими зелеными глазами, ее губы слегка поджаты в сексуальной надутости.
Подожди минутку. “Да”, - говорю я ей, снимая пальто, оставляя его висеть позади меня. “Ты сказала мне, что просто хочешь, чтобы мы остались друзьями, а все остальное только между нами”.
“Правильно”. Она отрывает свой взгляд от моего, уставившись на ближайшую к нам полку, и вздыхает. “Я так устала грустить”.
“Тебе нужно отвлечься от этого”. Когда она поворачивается, чтобы посмотреть на меня, я продолжаю “Твои родители. Твоя семья. Тебе нужно отвлечься. Ты сама это сказала раньше, на уроке.”
“Я не собираюсь курить с тобой косяк или глотать таблетки”, - говорит она раздраженным тоном.
Черт, этот ее тон немного возбуждает.
“Я не собирался предлагать это. Кроме того, у меня с собой ничего нет. Это против школьных правил, помнишь?” Я поднимаю брови, вспоминая, как она застукала нас за этим тупым делом во время обеда. Что-то, что мы делаем время от времени и всегда потихоньку.
Я сказал Эз и Малкольму, что нам нужно прекратить курить в кампусе на открытом воздухе, и они согласились. Никто из нас не хочет, чтобы нас выгнали, особенно в конце нашей школьной жизни.
"Верно. Не хочу нарушать правила”, - бормочет она.
“Ты никогда этого не делаешь” замечаю я, и она не отвечает. Думаю, в этом нет необходимости, поскольку мы знаем, что это правда. “Хочешь сделать что нибудь?”
“О чем ты говоришь?”, - осторожно спрашивает она.
“Пойдем со мной”. Я встаю, протягивая ей руку.
Она изучает ее мгновение, прежде чем поднять свой взгляд на меня. “Что ты задумал, Крю?”
“Пойдем со мной, Рен, и я покажу тебе”.
“А как насчет наших вещей?”
“Мы можем оставить их. Никто не собирается возвращаться сюда и портить их.”
Она колеблется на мгновение, прежде чем вложить свою руку в мою, и я обхватываю ее руку, помогая встать со стула. Вокруг никого нет, и единственный человек, о котором я беспокоюсь, что нас поймают, — это старая мисс Тейлор, но она наблюдает за всеми за своим столом у входа в библиотеку, так что она не заметит.
Мои шаги ускорились, я завожу Рен глубже в стеллажи, пока нас не окружает только ряд за рядом книг, проход становится все уже. Стеллажи становятся выше, свет тусклее. Пока мы не стоим перед невзрачной деревянной дверью с новеньким цифровым замком над ручкой. Я отпускаю ее руку и ввожу код, мигает зеленый огонек, и я поворачиваю ручку, с легкостью открывая дверь.
Я оглядываюсь на нее и вижу, как у нее от удивления отвисает челюсть. “Куда она ведет?”
“Пойдем со мной, и ты узнаешь”.
“Я не знаю”. Она оглядывается через плечо, как будто ожидает, что леди-дракон мисс Тейлор стоит сзади нас и дышит огнем. “Что, если нас кто-нибудь поймает?”
“Никто нас не поймает”, - уверенно говорю я.
Она снова поворачивается ко мне, ее взгляд устремлен на открытую дверь. Там нет ничего, кроме темноты. “Там ведь не опасно, правда?”
Единственное, что может быть опасным для нее, это я, но я этого не говорю.
 
”Вовсе нет".
Рен входит в дверной проем первой, и я следую за ней, закрывая дверь, весь свет из библиотеки полностью исчезает, окутывая нас темнотой. Она ахает, и я подхожу к ней сзади, кладу руки на ее стройные плечи.
“Все в порядке”.
“Я ничего не вижу”.
“Я буду направлять тебя”. Я беру ее за руку и тащу за собой, мое зрение проясняется, чем дольше мы находимся в темноте. Я веду ее к тому месту, которое хочу ей показать, комната становится еще светлее, пока мы не оказываемся перед стеной из окон, выходящие на весь сад, который находится за библиотекой. ”Что ты об этом думаешь?"
Она медленно подходит к старым окнам, запрокидывая голову и поднимает взгляд к потолку. “Они такие высокие”.
“Давным-давно здесь была классная комната. Они закрыли ее в восьмидесятых годах. Затем это место превратилось в место для перепихонов. В конце концов, несколько лет назад им пришлось закрыть ее на замок, чтобы не впускать студентов. Слишком много людей пробиралось сюда тайком" объясняю я.
Рен делает медленный круг, оглядывая почти пустую комнату, и морщит нос. “Где они могли это делать?”
“Где угодно. Если ты настолько отчаялся, что хочешь улизнуть с кем-нибудь, ты можешь проявить довольно хорошую изобретательность.” Черт, я вдруг почувствовал отчаянное желание переспать со своей так называемой подругой.
Такая куча дерьма. Я не знаю, почему мы танцуем вокруг этого. Почти уверен, что она хочет меня.
И я определенно хочу ее.
”Я никогда раньше не обращала внимания на эти окна", — говорит она, подходя к ним. Я следую за ней, останавливаясь в нескольких футах от того места, где она стоит, когда она прижимает пальцы к стеклу и смотрит на территорию школы, раскинувшуюся перед нами.
"Теперь ты о них знаешь." Когда она оглядывается на меня, я продолжаю “Это большая стена с окнами, которые видны из сада. Плющ покрывает большую часть самого здания, так что никто никогда не догадается, что это часть библиотеки.”
”О да". Она возвращает свое внимание к садам, нежным снежинкам, падающим на землю, которые медленно покрывают все белым. “Я не часто выхожу в сад. От статуй у меня мурашки бегут по коже.”
"Реально?"
Она смотрит прямо перед собой, даже не замечая, что я подхожу ближе. “Такое чувство, что они всегда наблюдают за мной. Это жутко.”
“Я подумал, что они тебе понравятся. Они — искусство. Которому сотни лет." Я останавливаюсь прямо за ней, вдыхая ее аромат. Так и хочется протянуть руку и схватить ее за волосы. Наматать их на кулак и притянуть ее для одурманивающего поцелуя.
“Ты прав. Это искусство, но в то же время и печаль. Все эти статуи выглядят так, словно хотят броситься со скалы и умереть ужасной смертью.”
У меня вырывается смешок, но она все еще не двигается. Она должна знать, что я прямо за ней. “Это как семья Ланкастеров. Мы все так близки к тому, чтобы выброситься из окна, стремясь погрузиться в блаженную смерть”.
“Вы, Ланкастеры, капризны.” Рен кладет руку на стекло, шипение покидает ее, когда она прикасается к нему. “Здесь так холодно”.
“На улице еще холоднее”.
”Я не одета должным образом“.
”Я тоже". Я делаю еще один шаг вперед, так близко, что моя передняя часть мягко прижимается к ее спине.
“Красивый вид, не находишь?”
Я не говорю о садах, хотя они именно такие, особенно когда идет снег. Идеальная сцена ранней зимы.
Но, я говорю о Рен. Она такая чертовски красивая. Сладкая. Интересная. У меня просто дух захватывает от того, как мне нравится с ней разговаривать. Проводить с ней время.
“Это так”, - признает она мягким голосом. Она наклоняет голову вперед, ее волосы падают на лицо, и я протягиваю руку, убирая их в сторону, чтобы обнажить ее шею. ”Что ты делаешь?"
"Отвлекаю тебя”, - шепчу я, наклоняясь, чтобы прижаться губами к ее затылку. “Я знаю, ты ценишь красивые вещи. Я хотел показать тебе вид, который ты никогда раньше не видела.”