Наследство мага (СИ)

— Хорошо, как скажешь. Да, тот раб Лорда Залтероина, стоит ли его искать?
— Зачем? Таких, как он в поместье Лорда — полно. Не одного разговоришь, так другого. Да, и дети имеют свойство расти. Возможно, будет легче найти кого-то из пострадавших, кто уже вырос.
— Понял… Мне будет не хватать твоей помощи, но я справлюсь. Всегда справлялся, и тут не отступлю. Прости, я не пошел тебя встречать, только предупредил твоих о твоем прибытии… Я думал, что сегодня тебе будет не до меня.
— А мне было, на самом деле, не до тебя. Ничего, у нас вся жизнь впереди!
— Ты уходишь?
— Да. О том, что я был у тебя знают дежурный внизу и твои служанки. Ты бы не мог уговорить их не вспоминать об этом?
— Я сотру им воспоминания о нескольких часах… Пойдем. Я провожу тебя и разберусь с дежурным.
— Пойдешь прямо так? — усмехнулся Шарби.
Калши пожал плечами и оба они стали полупрозрачными.
— Что может быть проще невидимости!
— Мне ведь возвращаться надо. Что скажут у меня дома, поняв, что тут невидимка?
— Заклинание будет действовать четверть часа… Пойдем.
Невидимость исчезла, когда Шарби уже успел залезть в подземный ход. Еще пара минут — и он вылез из люка. Балора медленно прохаживалась с плетью в руках. Она обернулась к Шарби.
— Да, задал ты мне работу… Мне это не нравится. Я предпочитаю делать людям приятно, а не больно.
Шарби только хмыкнул, глядя на Корину, всю исполосованную рубцами. Между ног у нее запеклась кровь.
— Я тут подумала, — сказала Балора, перехватив взгляд Шарби, — раз уж она такое удовольствие получает от пыток, то надо ей кое-что лишнее подрезать. Из женской солидарности все отрезать не стала, хотя стоило бы.
— Пошли спать.
— А с ней что? Так оставим?
— Да. Неохота мне возиться.
— Ну, и правильно. Как гласит «Трактат о боли», после пыток надо оставлять в темноте и тишине, чтобы ничто не отвлекало от боли.
Шарби сглотнул и отпер дверь. Теперь все дела сделаны, и он окончательно свободен…
В маленькой комнате две большие кровати заняли все место. Пару стульев пришлось поставить на стол. Хотя в доме уже стояла тишина, Свева и Менса еще не легли, коротая время за картами.
— Кто с кем спать будет? — деловито спросила Свева.
— Я — с тобой, как и в первую ночь, — ответил Шарби.
— Ладно, — ответила Менса, — только ты, Балора, помни — мы спим! Просто спим.
— У меня нет настроения, — буркнула та, быстро скинула с себя одежду и нырнула под одеяло.
— Ну, и хорошо, — спокойно сказала Свева и погладила Шарби по голове. — Да, как в твою первую ночь… Спокойной ночи!
— Спокойной ночи! — откликнулся нестройный хор голосов.
— …Ты отказываешься от моих денег? — Болвин вновь был здесь, а Шарби — одинок и беззащитен, даже «вспышки» не было в пустых карманах…
Откуда-то из-за спины Шарби вышел Мастер-Лорд.
— Ты уже никого не можешь напугать, мертвец…
Мастер-Лорд дунул на Болвина, и Магистр Ордена Красной Бури растаял.
— Спи. Кошмара не будет… — и Мастер-Лорд исчез так же, как и появился.
Шарби открыл глаза. Это было так необычно… Неужели и впрямь, душа Мастер-Лорда охраняет его сон? И тут он вспомнил, как Калши, ни с того, ни с всего, держал его за руку. Ну, конечно! Магу намного проще работать непосредственно с человеком, а не применять «длинную руку». Значит, Калши помог ему. Ну, что же, если теперь кошмар будет завершаться каждый раз так, то все будет хорошо… С этими мыслями он уснул и крепко проспал до позднего утра. Проснулся он в пустой комнате: женщины вышли, когда он еще спал. Шарби задумался: неужели у него такой крепкий сон?
— Ты стонал во сне, — сказала ему вошедшая Менса.
— У меня иногда бывают кошмары… А как вы смогли выйти, не разбудив меня? Даже Свева, которая спала со мной на одной постели? Неужели я настолько крепко спал?
— У нас большой опыт, — улыбнулась Менса. — Мастер-Лорд тоже любил поспать утром, а у нас всегда находились дела, особенно у нее и у меня.
Шарби быстро натянул на себя одежду и спустился вниз. На кухне сидел Лайтанион и ел пирожок, запивая чаем.
 
— Доброе утро, Лорд, — вздохнул он, — а я остановиться не могу… Чувствую, раскормит меня Свева так, что в дверь пролазить не буду.
Шарби рассмеялся и сел рядом. Свева поставила перед ним блюдо с тремя пирожками и полную чашку.
— Доброе утро… Вы скоро привыкнете, Лайтанион.
— К хорошему легко привыкнуть, — кивнул тот. — А вам не мало?
— Нет, в самый раз.
— Переоденьтесь, Лорд.
— В парадную одежду?
— Да. Вы в первый раз приезжаете в свое поместье — Вы должны произвести на всех впечатление, даже если вы потом уволите всех.
Шарби стало вдруг неуютно.
— Не могут ли они там участвовать в заговоре?
— Если вдруг там окажется волшебник, вы его определите, а с остальным справится охрана. Но я не думаю: Грейнар все-таки старался держать свои дела в тайне, базируясь в двух местах. Я изучил историю всех ваших владений, Лорд. Когда-то там была крупнейшая на север от Срединного хребта плантация по выращиванию пшеницы и кукурузы: теплые и влажные ветра с юга проходили по ущелью, где течет Река и выпадали дождями прямо над полями. Но дед Грейнара почему-то невзлюбил Брайнар, перебрался в Каргер и начал продавать земельные участки. Отец Грейнара продолжил это, купив на вырученные деньги южное поместье и значительно расширив его. А большой дом остался. Участок вокруг небольшой, но приносит стабильный доход, пусть его большая часть и идет на содержание дома. А сам Грейнар редко бывал в этом доме…
— Спасибо, Лайтанион, — улыбнулся Шарби и пошел искать свою лучшую одежду.
Она оказалась у него в комнате, в ящичке, стоящем под кроватью. Шарби быстро переоделся, воровски оглянулся и сунул под кафтан «Гармонию сфер». Кинжал был прицеплен к поясу брюк, а сосуд Пещерников взял в руки. Еще раз оглянулся и пошел вниз: больше ничего ему было не нужно. Остальное можно перевести и потом. Внизу ему попалась Балора.
— Вот теперь ты по-настоящему похож на Лорда, — одобрительно сказала она и поправила ему берет. — Эту… Что ты хочешь с ней сделать?
— Пусть ей на голову оденут мешок и везут за мной… В поместье выращивают зерно, там не откажутся от лишних рабочих рук. Я больше не хочу ее видеть.
Балора молча кивнула и быстро ушла — выполнять приказание. Шарби чуть поправил одежду. Какой-то неизвестный гений придумал, что у кафтана должны быть внутренние огромные карманы, в которых легко уместились три тетради. Их было почти и не заметно снаружи.
— Почти все готово к переезду, Лорд, — доложил Зайнион, входя в дом, и, заметив сосуд в руках Шарби, заинтересованно спросил: — Могу я спросить, Лорд, это его сделали в Пещерах?
— Да, — ответил Шарби и протянул сосуд ему. — Можете посмотреть.
— Спасибо, Лорд, — поблагодарил Зайнион, вертя сосуд в руках. — Говорят, он очень дорогой?
— Один зельевар сказал, что его стоимость — пятнадцать тысяч, но для зельевара он не имеет цены: слишком уж хорошие зелья получаются.
Зайнион покивал головой.
— Лорд, вы можете подождать в карете, мы вот-вот закончим.
Шарби вышел из дома и обернулся навстречу Чернышу. Пес одним прыжком преодолел расстояние до мальчика и замер, восторженно глядя ему в глаза.
— Пошли, чудовище, — рассмеялся Шарби, взял пса за ухо и повел к карете.
Лошади было рванулись, но двое охранников смогли их успокоить. Черныш обнюхал карету, высвободил ухо и вопросительно взглянул на Шарби.
— Пойдешь рядом с каретой, — сказал ему Шарби, гадая поймет ли его пес: все-таки как бы умен он ни был, животное — это не человек.
Один из охранников бегом принес ему длинную веревку. Шарби поблагодарил его кивком головы и привязал один конец к ошейнику, а другой — к дверце кареты.
— А ведь на нем, наверное, и верхом ехать можно? — спросил Лайтанион, выйдя из дома с какими-то свертками в руках.
— Меня он выдерживает, а взрослый человек ему спину может сломать, — ответил Шарби, — это же не лошадь!