Вернуться 2 (СИ)
Герман и сам не хотел торопиться, т. к. боялся поменять будущее, где в 2004 у него родилась — Дочка. Его Алёнка, которую он любил до умопомрачения. Ранняя беременность Насти могла лишить его своей любимой дочери. Он не хотел этого. Но вот после рождения Алёнки, он точно настоит минимум еще на одном ребёнке, а лучше двух…
1 Августа 1999 года— Два основных акционера «Сильвинит» вышли на меня. Но побаиваются, т. к. один акционер с небольшой долей будет резко против, а он бандит, по их словам, — Алекс сидел в переговорной «Титана» и пил кофе.
— Значит будем решать проблемы по мере их поступления. У бандитов же что? — Герман обвел глазами партнеров. — У них жизнь короткая. Сегодня он живой, бегает, а завтра его в гробу несут. Ещё подождем, пусть дозреют. Что у нас по заработкам?
— Неплохо, очень неплохо, — улыбнулся Алекс. — Медленно, но верно начали расти продажи. Каждый месяц отмечаем рост, крохотный, но обнадеживающий.
— А чего с новокупленными предприятиями?
Прошел почти месяц, после их прибытия на Родину.
Активно перестраивали два бизнес-центра из старых государственных учреждений. Большинство других объектов пока были заморожены из-за отсутствия денег.
«Уралалмаз» и «Уралкалий» потихоньку оживали, происходила медленная, но замена наиболее изношенной техники, по мере возможностей.
Радовал «Уралалмаз», который стал выдавать на гора достаточно сырья, особенно после ввода обновленной драги. При том что она из четырех драг сейчас ремонтировалась.
«Уралалмаз» радовал, если можно так сказать, за пять месяцев владения им было добыто алмазов на чуть больше 16 000 карат.
— Ты был прав, Герман, наша СБ уверена, что меньшую часть алмазов расхищали работники, сейчас идёт очень серьезная работа в этом направлении. Ну а большая часть алмазов просто не учитывались по бумагам. Количество добытого просто занижалось.
— Кто-бы удивлялся! — рассмеялся Герман.
— Проблема в другом, — продолжил Манара. — Алмазов много, а куда их сбывать — непонятно.
— Поясни? — настроился на серьезный разговор Герман.
— Согласно указа Президента от 31.08.1998 года N 1003, мы должны продавать до 75 % на территории области, остальные 25 % можем на свободном рынке, если их откажется приобрести Гохран РФ.
— И?
— А кому мы продадим? Пенсионерам и учителям? Здесь нет такого количества покупателей, просто и тупо — нет!
— А Гохран?
— А им столько не нужно! Они и 25 % не выбирают. Только 15 %, да ещё по низкой цене. Но готовы брать все 25 %, но с уплатой денег потом, когда-нибудь…
— Значит никогда, — заключил Герман. — Ладно, а сколько у нас по бумагам отражено? — оживился Герман, сначала взгрустнувший от услышанного.
— Ха, дураков нет. По бумагам у нас половина отражается, — засмеялся Алекс.
— Маладэц, скушай взятый с полки пирожок, — хлопнул рукой по столу от избытка чувств Герман.
— Ну дык, — продолжал смеяться Алекс, а потом и Манар похватил.
— Так, Алекс, а давай-ка мы доедем до наших любимых партнёров в Москве.
— Ты думаешь? — Алекс на задал конкретного вопроса, он сразу врубился в то, что хочет сказать ему Герман.
— Ты таки знаешь, где на Западе можно продать алмазы? Вернее, ты таких людей знаешь? Можешь не отвечать — это был риторический вопрос. Выйти на рынок и крикнуть — продаю алмазы, можно, только боюсь, что начнётся столько вопросов, что лучше застрелиться. Так что да, едем к нашим друзьям
ГЛАВА 23
г. Москва.— А это… — Илья Сергеевич, а с ним и Ерофей Петрович рассматривали лежащие перед ними на столе на высыпанные в небольшую серебряную тарелочку небольшие камешки: одни из них были совершенно прозрачные, другие чуть-чуть отливали синевой, были алмазы фиолетовые, золотистые, желтые, голубые…
— Это необработанные алмазы, — Герман отпил капучино.
— Какие-то маленькие, — Ерофей Петрович осторожно взяли один из них и положил на ладонь, рассматривая его вблизи, — и…
— Невзрачные, — закончил за него Герман. — Ну так и неудивительно. Они необработанные. Да и сами уральские алмазы почти все небольшие, но ценят их за их химическую чистоту и соответственно высокое качество. Из них более 90 % — ювелирные. И цена их из-за этого большая. Они, например, дороже якутских в десять раз.
— Да? — удивился Илья Сергеевич.
— То, что вы сейчас можете пощупать, стоит примерно 20 000 долларов, — сказал Герман.
— За это? — Ерофей Петрович изумлённо посмотрел на какие-то невзрачные камешки на первый его взгляд.
— За это!
— Ладно, — сказал Илья Сергеевич, а что вы от нас хотите? Ведь вряд ли бы вы пришли, чтобы продать нам это.
— Если вы хотите, то можем и продать. Но вы правы, не для этого. Нам нужен выход на покупателей наших алмазов в Европе.
— Хм, — глава «Зенита» наморщил лом и задумался, а его заместитель нахмурился.
Герман с Алексом переглянулись, а потом стали ожидать решения своих компаньонов. Если с ними не сложится, то будут искать другие варианты.
— У нас есть выходы на людей, которые занимаются в сфере продажи алмазов по всему миру, — начал Илья Сергеевич. — Просто раньше мы к ним с такими вопросами не подходили. Нам понадобиться неделя, чтобы дать вам ответ.
— Отлично! — повеселел Алекс.
— Мы подождем, — согласился Герман.
Август 1999 года— Герман? — обратился к нему Виктор Семенович.
— Да? — он посмотрел на своего начальника службы безопасности.
— Вторая Чеченская началась! — как-то очень ожидающе смотрел на Германа начальник СБ.
Началась… Началась 7 августа этого года. И вряд ли Виктор считает, что Герман страдает провалами в памяти, чтобы не помнить этого.
Тем более, что со стороны «Титана» делалось много для тех ребят из п. Сылва, которые в этот момент были в армии, а тем более, отправленных Чечню. Их было немного и им обеспечивали хорошую поддержку из дома.
С военкомом посёлка всё давно было обсуждено. С руководителем сборного пункта Пермского края решены все вопросы об отправке призывников из п. Сылва в одни и те же подразделения. И желательно в Пермском крае, а не к чёрту на кулички. Конечно, бывали эксцессы, но либо организовали выдергивание призывников из тех мест, куда их отправили. Либо организовывали ребятам в военных частях относительно нормальную жизни. Но таких было единицы.
— Ты мне предлагаешь… что? — он не понимал.
— Герман, я остаюсь таким же преданным компании, с самого момента, как пришел в неё. Смею заверить, что я и дальше будет также относиться…
— Ты к чему это, Сергеич? — перебил его Герман, чувствуя, что такое многословие не к добру.
— В общем, на меня вышли люди с моего бывшего места работы, предложили хотя бы ненадолго вернуться, — как воду шагнул, сказал Виктор.
Герман внимательно смотрел на него и молчал…
Спустя какое-то время в его прошлой жизни, стала просачиваться информация, что в первые месяцы войны в Чечне привлекались бывшие уволенные в запас военные. Они работали в качестве ДРГ (диверсионно-разведывательная группа), разведки или в качестве артиллерийских наводчиков.
Официально министерство обороны никогда это не подтверждало. Однако потом стали давать интервью сами участники тех событий. Особенно запомнился Герману один товарищ, который на момент начала войны, уже давно был бизнесменом, зарабатывающим большие деньги. Но он согласился и в течение полугода воевал в Чечне.
И судя по информации, действовали они очень эффективно! Они всегда шли впереди боевых порядков российской армии, действуя в порядках боевиков, нанося ужасающий урон.
Предтеча ЧВК «Вагнер». Их боялись и ненавидели…
— А от меня ты что хочешь?
— Я хочу отправиться в Чечню! — ошарашил он Германа.
— Ты охренел? У тебя жена и сын, какая нахер Чечня?!
— Прости, командир, но у меня должок перед боевыми товарищами, — скрипнул тот зубами.