Вернуться 2 (СИ)

— Паникос, — через пять минут он ехал на машине отеля. — Мне нужно, чтобы вы подъехали в участок полиции N 45. Извините, что так поздно.
Еще через десять минут он находился перед невзрачным двухэтажным зданием полиции. Через пять минут подъехала машина Паникоса.
Герман за минуту ему объяснил проблему, тот выслушал, а потом они отправились в полицию.
— Они утверждают, что ваш друг напал на них, а они только были вынуждены защищаться, — вещал на английском дежурный или кто он у них там, Герману, который находился в небольшом кабинете вместе с Паникосом.
Тот что-то быстро и темпераментно выяснил с ним минуту две на греческом, когда они вошли в этот кабинет.
— Они это кто? — не понял Герман.
— Трое! Они утверждают, что ваш друг напал на них, — тихо по-русски сказал Паникос.
— Архип? — обалдел Герман. — Что за бред?!
— В общем, если никто никому не будет предъявлять претензий, то полиция готова замять это дело, — сказал полицейский.
— Что-то мне это не нравиться, — наклонил голову к правому плечу Герман.
Через две минуты их отвели к двум зарещоченным помещениям, в одном из которых сидели три физически развитых мужчины лет по 25, а во второй сидели Архип и Валерия.
— Да-а-а, хорош, — укоризненно покачал головой Герман, увидев здоровенный бланш под левым глазом у Архипа.
Ещё через две минут выяснилось, что на дискотеке трое сидящих сейчас за решеткой парня, начали вольно общаться с Валерией, пока Архип отошел в туалет. А когда он вернулся, то ему прямо было сказано, что такая девушка не для него, и она поедет с ними. Несмотря на плохое знание языка, его ребята однозначно сделали такие выводы.
Ну Архип, как настоящий джентльмен попытался ударить одного в лицо, но не сильно преуспел, так что произошла драка. Вызвали полицию и вот.
«Англосаксы, что ли», — Герман легко уловил на слух, что спокойно переговаривающиеся трое парней идеально говорят на английском языке: «Да и морды чисто английские!»
— Герман, я вам советую не обострять, — тихо на ухо сказал ему Паникос.
— Почему? — повернул к нему он голову.
— Это английские военные.
— О как! А чего тут делают, вроде до их баз далеко отсюда? — сузившие глаза рассматривали трех ржущих мужиков, вольготно чувствовавших себя в участке.
— Не так уж. Ближайшая как рядом со Старым Портом.
— Ну да, подзабыл, — сказал Герман, продолжал смотреть на англичан.
Ему очень не понравилось, что эти трое спокойно обсуждали русского ублюдка и русскую шлюху или проститутку. Смотря как переводить, при этом используя довольно грязную именно английскую, а не американскую лексику. В школах и институтах этому точно не учат.
— Редкие гости в нашем городе, но изредка бывает, — пожал плечами Паникос.
— Понятно. Хорошо, скажите полицейскому, что мы не имеем претензий.
Присутствующий полицейский явно расслабился, после объяснений от Паникоса, осклабился и перешел на английский:
— Мы рады гостям из России, но лучше в следующий раз себя ведите не так… активно.
— Что вы, что вы, конечно, — чуть склонил голову Герман.
Англосаксы, а именно англичане не американцы, но ведут себя по отношению к местному населению, как к аборигенам. С учётом того, что Кипр был долго колонией Англии, а сейчас здесь находятся несколько их военных баз, то не удивительно, что такие конфликты не часто, но происходили. Местная власть, экономика которой во многом зависела от Великобритании, старались всячески замять подобные эксцессы.
— А чего их не выпускают, если всё закончилось? — Герман кивнул в сторону англичан.
— Даже для них есть закон. Сначала их оформят, потом сообщать на базу дежурному, зафиксируют этот факт, а только после этого отпустят, — просвятил его Паникос.
Они вышли на улицу, пока полицейские о чем-то говорили с оставшимися парнями.
— Спасибо Паникос за работу. Надеюсь вас устроит сумма в три тысячи долларов, я завтра переведу их вам?
— Оу! Это много и… — начал Паникос.
— Нормально, — прервал его Герман.
Паникос радостно попрощался и уехал домой. С Германом было приятно работать, этот ночной выезд его абсолютно не расстроил, тем более за такие деньги.
 
— Уроды! — сказал растрёпанная, но воинственная Валерия, злобно смотря в сторону полицейского участка.
— Чего так? — спросил, улыбаясь Герман, смотря на эту маленькую фурию.
— Трахнуть они меня захотели, все вмести, твари… Ещё за это денег предлагали. Один блондинистый всё про орал намекал.
— А ты как поняла?
— По жестам, — её глаза яростно сверкнули. — Да и английский я всё-таки немного знаю. Черенок им от лопаты в задницы.
— Валера! — Архип, приобнял разошедшуюся девушку.
— Ох, ладно, — она ответила ему тем же. — Защитник мой! — поцеловала просто расцветшего парня от таких слов. — Больно? — погладила его осторожно по щеке, где был синяк.
— Нет!
— Так, влюбленные голубки, а ну быстро в номер. Валера, утешь своего кавалера на сегодня так, чтобы до завтра вы из номера не выходили. Понятно?
Та кивнула, смущенно, но при этом с хитринкой улыбнулась, посмотрев на своего парня.
— Тогда в машину и в отель, — Герман подошел к водителю, который ожидал их, что-то быстро ему сказал и протянул стодолларовую купюру.
— А вы? — спросила Валерия.
— Взбодрили вы меня своим ночным приключением. Что-то потанцевать мне захотелось. Пойду, найду где-нибудь место, чтобы сплясать, — его глаза холодно смотрели на полицейский участок.
— А-а-а?.. — Архип что-то хотел спросить, но Валерия ухватила его за руку и утащила в машину, которая тут же уехала.
* * *
— Дерьмо! — выругался Джон Брайан, когда они втроём вышли из полицейского участка.
— Да ладно, — рассмеялся Генри Блэр.
— Сейчас вернёмся на дискотеку и найдем себе шлюх, — поддержал его Энтони Линтон.
«Хорошо, что темную футболку одел», — пара движений и футболка превратилось что-то в подобие балаклавы — полностью закрыв лицо, оставив открытыми только глаза.
Находящиеся в увольнительной солдаты её Величества Королевы, неспешно направлялись в сторону дискотеки, откуда их увезли в полицейский участок.
Обогнать их не составляло труда, так что перескочив-перелетев несколько небольших заборов и сделав крюк, он оказался впереди троицы.
— Чё за херня?! — первым неизвестного заметил Энтони, когда они вышли из зоны светившего фонаря, попав в темному на улице.
— Ты кто, придурок? — Генри настороженно смотрел на идущего навстречу обнаженного по пояс мужика, лицо которого было закрыто, только глаза, блеснувшие в темноте.
— Привет, педики, — раздался тихий-тихий голос, но его услышали все трое.
— Ты дерьмо! — выкрикнул до этого молчащий Джон, который сильно бесился, если его обвиняли в нетрадиционной ориентации.
Герман начал резко сдвигаться из стороны в сторону, каждый раз делая так, что минимум один мешал другому.
— Дерьмо, — выругался Генри, поняв, что незнакомец грамотно смещается, не давая им напасть втроём.
— Получи, урод! — Джон резко сделал фронт-кик прямо в грудь незнакомца.
Генри сморгнул, а потом увидел, что обнаженный резко сместился влево: нога Джона пролетела мимо туловища и тут же он сделал сально назад, упав ниц.
Только тогда Генри понял, что незнакомец ударил прямой вытянутой рукой плашмя по груди его друга и сослуживца.
— Тварь, — на передний план выскочил Энтони, пригнувшись и выставив вперёд сжатые кулаки в боевой стойке.
— О, любитель орала, — констатировал Герман.
И тут на глазах у Генри завертелось.
Противник Энтони сделал маховый удар ногой в голову сослуживца, затем с разворота ещё и еще… что-то похожее на круговые удары из капоэры, а потом еще раз и Энтони упал, пропустив очередной удар прямо в челюсть.
— Я трахал тебя, — взревел Генри и попытался сломать, задавить все своей немаленькой массой, совершив ошибку — подскочив вверх-вперед правым коленом.