В осаде

— Кейт! — закричала Джоан. — Кейти, постой! Кейт остановился, обернулся и пошел назад . Хьюго тем временем вылез из люка, а за ним пока­зались раненый Джонни и поддерживающий его Питер.
— Шеф, докладываю обстановку! — браво отрапор­товал Хьюго подошедшему Кейту.
— Они внезапно смотались. Там все чисто. Мы ус­лышали взрывы, и поняли, что ты дал им просраться! Тут же решили перейти в наступление и мощным ав­томатным огнем смести укрепленные точки противника. Но выяснилось, что их уже нет!
— Смотались... — задумавшись, повторил Кейт. — Это значит, что у них осталось очень мало народу. Мы уничтожили человек двадцать. У них осталось еще около пятнадцати человек. По пятеро на одного.
— Я бы сказала, что по три целых восемь десятых, — вмешалась Джоан. — У тебя, наверно, по математике было неважно.
— Да, — кивнул, улыбнувшись, Кейт. — Вместо нее я изучал историю немецкого театра второго периода го­тики. Какая досада! Но все равно. Наши шансы резко пошли вверх. Теперь — надо решить, что конкретно мы будем делать. Лодка выведена из строя в идеальном случае на два часа. За это время они отремонтируют рули, закончат передачу ракет, погрузятся и уйдут. Они будут торопиться, потому что знают, что .судя по всему, система вооружений еще не восстановлена. Так что про­тив самолетов они безоружны. Так же, как и мы. Поэ­тому если мы не хотим отправиться на дно вместе с разбомбленным крейсером, нам надо постараться покончить с этой заварухой до того, как полетят самолеты. То есть — быстро. Но как это сделать?
— Да, — с умным видом сказал Хьюго. — В этом весь вопрос. Как?
А на лодке полным ходом шли восстановительные работы. Обвязанные тросами, Круль и сварщик висели над рулями, развороченными взрывом, и Круль, теряя терпение, тыкал пальцем, объясняя узкоглазому свар­щику.
— Я тебе, макака такая, последний раз чистым ан­глийским объясняю: привари эту штуку к этой. Ты меня понял?
— Понясьна все, госьподиня, — кивал головой свар­щик. — Понясьна.
— Ну так давай, приваривай! — орал Круль.
— Понясьна, понясьна, привариват! — кивал свар­щик, затем произносил длиннейшую тираду на своем родном языке и не двигался с места.
— А ну пошел отсюда, макака вредная! — рассвире­пел Круль, выдернул у сварщика аппарат, пнул его ногой под зад и стал сваривать рулевые тяги сам.
 
— Придумал! — закричал вдруг Хьюго. — Их надо взорвать! Подбить! Чтоб не уплыли! Накрыть всех ра­зом! Ба-Бах! И готово! Ха-ха и дым!
— Умник! — сказал с иронией Питер. — А из чего ты их подобьешь, из пальца?
— Почему? — сказал Хьюго — Из пушки!
— Из какой пушки? — Подумай сам, — как ребенку сказал ему Питер. — Где ты возьмешь пушку?
— Стоп! — воскликнул Кейт. — Из пушки! Где у нас семидюймовое орудие?
— Вон там! — указал Хьюго на одну из орудийных башен.
— А снаряды-то от нее у нас ведь есть, — радостно воскликнул Кейт и подмигнул Джоан, и она вспомнила про подсобку, которая напоминала ей склад всех суще­ствующих в мире вещей.
— Сколько там еще оставалось? — спросил Кейт.
— По-моему, еще два, — сказала Джоан.
— Точно! Хьюго, Питер — в боцманскую подсобку номер четыре, быстро!— приказал Кейт. — Под столом в деревянном ящике с ветошью лежат два снаряда. По­смотрите еще, может, у этого придурка еще где-нибудь парочка завалялась. Это же надо, какой бардак может развести в своей подсобке один разнесчастный боцман! Со снарядами — бегом в орудийную башню! Мы будем там! Джон, обопрись о нас. Пошли.
Хьюго и Питер помчались в подсобку, а Кейт, Джон и Джоан, стараясь идти как можно быстрее,— в башню семидюймового кормового орудия.
Солист сидел в рубке, поглядывал на часы и наблюдал за доктором Патлокком. Тот сидел, забравшись с ногами, в кресле, обхватив голову руками, и напряженно думал.
— У тебя осталось две минуты, — сказал ему Солист.
— Есть смысл поторопиться. Доктор Патлокк не двинулся.
— Минута, — сказал чуть позже Солист. — Слы­шишь, Энди? — подмигнул он сидящему рядом негру. — Приготовься. Двадцать секунд. — еще чуть позже сказал Солист, и тут доктор Патлокк встал, уверенно подошел к компьютеру и нажал несколько кнопок на пульте. Мониторы взвизгнули, изображения прыгнули и ожили. Патлокк обернулся к Солисту и гордо и ра­достно засмеялся.
 
— Супер! — сказал Солист. — Я знал, что вы спра­витесь, доктор. Я просто хотел полностью мобилизовать вас. Я был уверен, вы — гений!
— Через несколько минут — сказал ему доктор, — автономная система сможет зарядиться энергией, и ра­кеты будут готовы к запуску. Через несколько минут. Я сделал это! Это было так просто! Вероятно, где-то разрушился основной кабель, и задача состояла в том, чтобы переключить... В прочем, что это я объясняю вам, двоечнику! Вам это неинтересно! Главное, что... Теперь нам никто не страшен! Мы победим!
И в этот момент где-то снаружи, на кормовой палубе прогремел орудийный выстрел.
— Что такое! — заверещал, вновь обретший уверен­ность, доктор, — я не давал никакой команды! Это ху­лиганство какое то! Солист выскочил из рубки на палубу. Над океаном, медленно опускаясь, горел осветительный снаряд, заливая крейсер и стоявшую рядом с ним, под­водную лодку мертвым желто-зеленым светом, безжа­лостно вырывая их из темноты ночи, делая отличной мишенью для снарядов, бомб и торпед.
Солист огляделся. Один из стволов семидюймового корабельного орудия медленно опускался вниз.
Солист беззвучно выругался и побежал на корму.
 
— Осторожно, ребята, спокойно, — говорил Кейт Хьюго и Питеру, которые вручную загоняли снаряд в ствол орудия. — Не уроните его, а то рванет, — и закончится наша вечеринка раньше времени!
Снаряд скрылся в стволе.
— Отлично! — Кейт подошел к оптическому прицелу и стал ловить подлодку в центр пунктирных линий.
— Если я вытащу их из трюма живыми, — бормотал он себе под нос, — я сначала этого боцмана расцелую. Какой же красавец, даже осветительный снаряд он себе припас. А вот артиллерийских всего пара, это не есть «отчень лютче карашо» — пробубнил он почему-то с немецким акцентом. — Пристрелки не будет ... А потом я его как следует вздрючу ... Что делают снаряды в подсобке у боцмана ... Ишь ты, какой запасливый ...
Он установил прицел, закрыл глаза, мгновенно пе­реместился и крикнул Джоан, стоявшей наготове на ме­сте командира башни:
— Давай!
Джоан нажала на кнопку.
Орудие выпалило во второй раз. Солиста, подбежав­шего почти вплотную к башне, мощным выхлопом от­бросило в сторону и с силой ударило о фальшборт. От грохота и удара его контузило. Он вскочил и побежал, шатаясь, дико крича, зажимая ладонями уши.
Снаряд взорвался по левому борту лодки. Круля, к этому моменту уже выключившего аппарат, взрывной волной ударило о корму и он уронил аппарат в воду.
— Давай, включай! — истошным голосом завопил он. — Быстрее!
— Да нас тут обстреливают! Мать твою так!— про­кричали ему с палубы.
— Это они с отчаяния, не обращайте внимания! — рявкнул сам перепугавшийся Круль. Смерть, оказыва­ется, обнаружила его и теперь подбиралась к нему все ближе. Но Круль не хотел сдаваться, и, придав тону бодрость и уверенность, стал успокаивать людей. — Это идиот Рейбок совсем с катушек слетел! Ничего они нам не сделают, включайте рули!
Рули вздрогнули и повернулись.
— Ура! — закричал Круль. — Вытаскивай!
Его вытащили наверх, он выбрался на палубу лодки и, растолкав всех, сломя голову бросился в отсек ко­мандира.
— Приготовиться к погружению! — заорал он корей­скому капитану. — Давай, командуй! Да побыстрее ты двигайся, обалдуй! Нас, между прочим, обстреливают, ты что, не в курсе?
Он толкнул капитана в бок. Тот включил внутреннюю связь и стал отдавать команды.
— А с тобой покончено, Рейбок! — торжествующе сказал Круль. — Ты проиграл, дебил!
Лодка вздрогнула и стала медленно опускаться вниз. Круль ликовал. Смерть осталась там, на этом кошмар­ном крейсере, а он — любимый Круль уходил под воду, где его никто уже не найдет. Никто не узнает, куда пойдет лодка. Круль обхитрил всех!