"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Короче, человечество с материалистической точки зрения объективно - повторюсь, именно объективно - тяготеет к тому, что все большее число людей становятся паразитами. Образ жизни паразита энергетически привлекателен. Но это начало гибели цивилизации, ибо невозможно сконцентрировать ресурсы и интеллект планеты во имя главной цели - сохранения человечества во Вселенной и его дальнейшего устойчивого развития. Просто некому станет кормить всю эту ораву бесхвостых нагло требующих бездельников и толкать вперёд никому не нужный прогресс. Предположим, что власть на планете взяло в свои руки некое сообщество, состоящее из приверженцев особой паразитической идеологии с высоким коэффициентом собственного паразитизма, потерявших свою национальную принадлежность. А такое вполне возможно. Члены этого сообщества потеряют стимулы к саморазвитию. Не имея настоящей свободы, лишатся стимулов к саморазвитию народы-труженики, превращенные в народы-рабы. А без свободы исчезает и необходимость бережного отношения к природным ресурсам. Поэтому такая цивилизация обречена на остановку развития и гибель. И потому магистральный путь развития человечества - борьба с паразитами.
По нашему мнению, Предтечи, согласно Замыслу Изначального Творца развивали в людях агрессивность как один из способов предотвратить превращение человечества в сообщество паразитов, не дать дойти до логического конца, когда число паразитов станет таковым, что совокупное сообщество их носителей истощится и вымрет. Во время войн и прочих больших катаклизмов паразитов среди людей становится меньше, поскольку они не помогают выживанию ни того народа, который нападает (например, развязывает войну), ни того, который вынужден защищаться. Пробуждаются заложенные Изначальным Творцом иммунные силы - и число паразитов, и привлекательность паразитического образа жизни снижаются!
Конечно, кроме войны есть и другие, пусть более сложные способы борьбы с паразитизмом. Потому что очевидно, что современная цивилизация не делает людей счастливее - она делает их лишь энергетически активнее и материально изощреннее. Но зададим вопрос: что означает "растущие потребности человека"? Жрать, пить и совокупляться больше определенного порога он не может, больше одной рубашки за раз не наденешь, больше одной комнаты не займешь. Разум должен сказать: стоп! Еда, жилье, одежда, работа - организовать по уму, чтоб справедливо, честно, в достатке для всех. Не отлынивать, и пуп не рвать - умеренно, гармонично. Идиллия! И? И не получается!!! Потому что человек с доставшимися ему по наследству животными инстинктами энергоизбыточен и ему всегда мало! И если эти самые инстинкты не убрать, то человеку всегда потребно не "вот столько", а "ЕЩЕ вот столько". Ну а с точки зрения энергетической целесообразности на пути достижения подобной цели есть два наиболее высокоэффективных пути - либо паразитизм, либо агрессивное хищничество!
Предтечи как раз и были предназначены Творцом не допустить сползание человечества в повальный паразитизм. Но с течением времени они постепенно забыли, что агрессивность была всего лишь "средством сдерживания" людей от сползания в паразитарность. И средство стало целью!
Современные компьютерные игры, созданные Предтечами, призваны закрепить созданные психотипы в подсознании значительного числа людей. Существующий поначалу только в виртуале образ мира с нужными свойствами обудет запрограммирован в психике целого поколения. Эти игры разовьют у ребят определённые способности, повышающие их шансы по продвижению во власть и бизнес - и вот уже виртуальный мир становится реальностью!!!
Сделав ударный акцент на последних фразах, Владыка Амвросий замолчал: следовало не только перевести дух после столь длинной речи, но и дать другим возможность осмыслить сказанное.
- Позволю себе обратить внимание на следующий момент, - произнес Северцев. - Предтечи борются с одним злом - паразитизмом - с помощью другого зла - агрессивности. Но ведь у любой заразы есть неприятная особенность: привыкание и потеря чувствительности к антибиотику, которым её без конца травят. Зато у иммунной системы такого свойства нет. И лекарство превращается в яд. Наш случай скорее всего именно такой.
- Боюсь, в нашем случае, господин Северцев, произошло самое страшное, что только могло произойти, - Флориан сделал изящный, отточенный жест. - Сговор между паразитами и агрессорами - вечными революционерами - ради скорейшего захвата власти и уничтожения, как они выражаются, "лишних ртов". Это потом они сцепятся над трупом человечества, но пока - судя по тому, что мы наблюдаем - их действия скорее выглядят согласованными, чем противоречащими друг другу.
- Позвольте с вами не согласиться, - аль Мисри покачал головой, на которой красовалась изящная, расшитая сложными узорами феска. И это было единственное, что отличало его внешне от какого-нибудь саудовского нефтяного магната, поскольку дорогой костюм и все прилагающиеся к нему аксессуары вовсе не смотрелись на нем карнавальным нарядом, надетым ради визита в одну из европейских столиц. - Скорее, агрессоры, понимая свою силу и "нужность" на данном этапе, не столько борются с паразитами, сколько стараются, прошу прощения, отпихнуть их от корыта. А получив власть, сами стремительно мутируют в паразитов... Да, действительно интереснейшая концепция, в самом деле весьма похожая на правду. По крайней мере на первый взгляд.
- Погодите, - помрачнел Одинов. - Что же тогда получается? Предтечи плодят агрессоров, те сбрасывают кровососов, садятся вместо них и сами становятся кровососами? Теми самыми, против кого боролись? И тогда...
- ...тогда требуются всё новые и новые, если так можно выразиться, "партии агрессоров", - невесело усмехнулся Ярослав. - Нормальная вакцина так не работает. Сделав своё дело, она неизбежно будет уничтожена иммунной системой организма. Но Предтечи, в отличие от ослабленного вируса, обладают высоким интеллектом, и вряд ли захотят добровольно вымереть... Чёрт, как я раньше-то не подумал!
- Если это так, - произнёс аль Мисри, качнувшись вперёд, - то у нас проблемы. Ведь пока "сбой программы" у Предтеч не ликвидирован, мы можем доблестно размахивать мечами, бесконечно отрубая Гидре вновь отрастающие головы. Но вот два вопроса: верна ли эта теория на все сто процентов? И если верна, то кто и как будет объяснять Древним их заблуждение? Предтечи боятся доставки и активации марсианского артефакта. Боятся, хотя, скорее всего, знают или как минимум предполагают, что они не погибнут, а попросту вернутся к своему исходному, заданному Творцом состоянию. Следовательно, они боятся как раз возврата к первоначальной программе, и тогда прощай безраздельная власть. Убедить их разумными аргументами будет весьма непросто: страх - могучая, хоть и тёмная, сила.
- Согласен с вами. Думаю, мы обсудим и это, и многое другое на нашей следующей встрече.- Владыка Амвросий не нуждался в часах, имея превосходное чувство времени, и знал, что встреча подходит к концу. - А сейчас прошу прощения, нам необходимо расстаться.
Гости отнеслись с пониманием: чем дольше заседаешь в таком закрытом режиме, тем больше шансов привлечь внимание тех, чьего общества пока следовало избегать. Ещё не настал момент, когда люди могли бы на равных разговаривать с Древними.
70. Москва, пресс-центр РБИ.
После нашумевшей победы "Второй мировой" Воронов чувствовал себя именинником. Эту пресс-конференцию проанонсировали чуть ли не все ведущие медиа страны, аккредитовались и представители европейских, американских, китайских и даже арабских новостных и специализированных СМИ. Глядя на собравшуюся в зале журналистскую братию, Степан вспомнил презентацию "Второй мировой" на чемпионате в Ганновере. И ехидные ухмылки тех же журналистов, с видом дельфийского оракула предрекавших новой игре от РБИ в лучшем случае какой-нибудь поощрительный приз за "историчность". Как они изменились сейчас! Поздравления (в искренности которых Воронов весьма сомневался), намеки на возможность выгодно отрекламироваться, просьбы об интервью... Он сдержанно обещал подумать над этими предложениями, что в переводе с дипломатического на русский простонародный означало: "А не пошли бы вы... на своё место в зале?" Но журналист - это такое странное существо, которое почти невозможно оскорбить.