"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
- Это затягивает, - говорила девушка, глядя куда-то в угол. - Как трясина, или, наверное, как наркотик. Когда сидишь в игрушке РЕОЛа, то ты и не замечаешь, как с тобой что-то происходит, как ЧТО-ТО в ней воздействует на тебя. И воспринимаешь это просто как "обучалку" в самой игре: "У, как здорово я наблатыкалась их коцать! Упорство и труд всех перетрут! Засажу-ка я ещё партейку".
Проговорив это, Вера замолчала, словно сама испугалась сказанного. Антон же задумчиво произнес:
- Вот именно так и происходит зомбирование подсознания. Плюс ещё образный ряд, который вполне успешно работает и безо всякого 25-го кадра: если ребенок с детства видит злого Серого Волка в фуражке с красной звездой, что он потом будет думать о Советском Союзе? Империя Зла, конечно. Но ведь напрямую то в РЕОЛовских играх ничего такого нет. Однако, судя по реакциям на них некоторых геймеров, что-то в них эдакое, с запашком серы, все ж таки есть. А значит, оно очень хорошо спрятано! Что ж, как говорили в фильме "Бриллиантовая рука": "Будем искать"!
- А не получится как в поговорке про "чёрную кошку"? - Степаныч проявил здоровый скептицизм.
- Нет, дружище, в нашем случае "чёрная кошка" в тёмной комнате имеется гарантированно. Зубастая и когтистая. И её надо найти. Обязательно надо!
Вера почти умоляюще посмотрела на Антона, чувствуя, как горят щёки: она ни фильма этого не видела, ни даже поговорки не помнила. Всё, что она брала посмотреть у ребят из клуба, относилось к категории "стрелялок" - минимум смысла, максимум огня и крови. А теперь ...теперь ей было стыдно за своё невежество. "Как там баба Люда говорила - "дурепа"? Она самая и есть".
- Кофе нет, - сказала она, посмотрев на часы и ужаснувшись - два часа ночи! - Давайте хоть чаем угощу. Неудобно как-то.
- Ну, давай по чайку, - согласился тренер, подавив зевок.
- Не откажусь, - Антон тоже посмотрел на часы и виновато улыбнулся. - Вообще-то мы порядочные свинтусы, Степаныч: пришли к девушке в такое время, и без конфет.
- Да ладно вам, - Верка настолько отвыкла от общения с людьми, что не знала, как ей реагировать - улыбнуться в ответ или рассердиться. - Щас, пять минут, пока чайник закипит. О'кей?
Попав на кухню, Вера первым делом схватила мочалку и тщательно протёрла чайник - чтобы потёки не так бросались в глаза. Потом, пока закипала вода, хорошенько вычистила содой три чашки и три ложки, насыпала в старенькую пластиковую сахарницу остатки "сладкой жизни", добыла из недр шкафчика чудом сохранившуюся упаковку настоящего "Эрл Грей" - кажется, кто-то из родственников подарил на новоселье, вместе с чайным сервизом. Чайник, закипая, загудел и выключился с едва слышным звоном. Вера залила пузырящимся кипятком чёрные, свёрнутые крохотными трубочками чайные листы, и взялась за ножик - хотя бы лимончика построгать, раз в холодильнике пусто...
Она только это и успела отметить "здоровым" краем сознания до того, как в нем словно промелькнула какая-то тень. Будто флажком перед глазами взмахнули.
Ты не оправдала надежд. Уйди.
Вера отчётливо вспомнила, зачем ей сегодня вечером понадобились таблетки, и напрочь забыла обо всём прочем. Её скрутила всё та же безысходная тоска: "Кому я такая нужна? Никому! Ну и зачем мне дальше жить? Незачем".
...Трудно сказать, почему Антон вдруг замолчал, прислушиваясь к происходящему в кухне. Пока кипел чайник, было слышно, как девушка возилась с посудой. Но после едва слышного щелчка выключателя и журчания воды наступила странная тишина. Потом что-то глухо звякнуло о линолеум... Антон сорвался с кресла, как спринтер с низкого старта. Два прыжка - и он рванул на себя застеклённую кухонную дверь.
Вера стояла у мойки, держа над ней левую руку. Глаза - как у лунатика. Из разрезанных вен в раковину ручейком стекала кровь.
Если бы Антон не услышал, как она уронила нож, девушка так и стояла бы, пока жизнь не вытекла бы из неё, капля за каплей.
- Вера! - Антон всякое видал, но сейчас испугался не на шутку. Схватил девушку за руку, срывая с крючка полотенце. Мгновенно перехлестнул и стянул выше локтя, превращая полотенце в жгут. И одновременно отметил, какие крепкие мышцы у Веры. Совсем не по-женски крепкие.
На его крик тут же примчался Степаныч.
- Поищи аптечку, - Антон уже сообразил, что не стоит орать в два часа ночи на весь дом, когда ситуация уже почти под контролем. Незачем привлекать внимание соседей.
Вера вдруг мелко задрожала, будто её бил озноб. Здоровая рука потянулась к вилке, лежавшей в мойке ещё с утра... Стакан с водой подвернулся под руку очень кстати. Недолго думая, Антон выплеснул его девчонке в лицо, и с огромным облегчением увидел, как та пришла в себя. Внезапно, словно в ней что-то отключилось.
- Что?.. Что?!! - она в долю секунды оценила ситуацию, и, естественно, перепугалась.
- Ничего хорошего! - рявкнул Степаныч, добыв из аптечки антисептический пластырь и бинт - всё, что там нашлось подходящего к случаю. - Руку согни... Чёрт! Антон, согни ей руку! Вот так.
- Я... я не помню, - Вера покорно дала усадить себя на кухонную табуреточку. - Что случилось? Почему... это?
- Потому что твой компьютер давно пора в окно выкинуть! - злился - причём, по делу - тренер, бинтуя ей перетянутую в бицепсе полотенцем и согнутую в локте руку. - Сколько раз я говорил и тебе, и другим олухам в клубе - держитесь подальше от всего, что затягивает! А вы мне что? "Ах, компьютер, ах, это только игрушка..." Вот тебе и "только" игрушка! Если ты в лесу не встретил волков, это не гарантия, что они там не водятся! Или не заведутся!
- Ладно тебе неистовствовать, Степаныч, - остановил его Антон. Уж на что он, службист, был готов ко всяким штучкам, но сейчас и его тряс мелкий озноб. - Хуже уже навряд ли будет. В больницу звонить?
- Нет! - вскинулась Вера.
- А надо бы, - процедил тренер. - Только не в железнодорожную, а сразу на Игрень. Может, хоть там ума вставят.
- Степаныч, - голос Антона стал жёстче. - Полегче на поворотах. Дело серьёзнее, чем ты думаешь.
Он хотел добавить ещё что-то, но передумал. Во-первых, ещё немного, и ему придётся рассказать о Братстве. А во-вторых...
- Спасибо.
Тихонечко, почти шёпотом сказанное слово. Но Антону почему-то показалось, будто Вера произнесла его впервые в жизни.
- Спасибо, - повторила она. И потеряла сознание.
35. Москва. Чит-чат клуб "Три пороссёнка".
Что Мичман забыл тут в три часа ночи, он и сам затруднился бы сказать. Просто во всех других мыслимых местах он Глипа уже искал. И не нашёл. "Блаженный геймер" как сквозь землю провалился. Дома не ночевал, мобилку отключил, на геймерских тусовках не был замечен уже пару недель, и, что самое подозрительное, его след простыл даже в АйТу. Оставалась последняя надежда - тусовка в "Поросятах". И, конечно же, всезнающий Эндрю. Этот умел прикидываться лаптем, на самом деле держа "уши торчком, а хвост пистолетом". Не будь этот канадец таким добродушным увальнем, точно сделал бы карьеру в секретных службах.
Спать, тем не менее, совсем не хотелось.
Эндрю - лёгок на помине - заметив Харитона, изобразил на небритой физиономии радостное удивление. Подцепив пару пива, тут же присоседился.
- Хай, Мич, - он тут же откупорил обе банки. - Ай эм донт андестенд, ты собрался набльюдать санрайз? Или хочешь кого-то искать? В такой тайм тут мало кого можно искать.
И в самом деле, народу в клубе было - раз, два, и обчёлся. То есть, сам Эндрю, Харитон, и какая-то парочка, увлечённая беседой со своими заокеанскими друзьями. Зато было куда спокойнее, чем в "час пик" - с восьми до одиннадцати вечера.
- Да так, зашёл потрепаться за жизнь, - Харитон принял угощение, кивнув в знак благодарности. - А если честно, я и правда кое-кого ищу. Глипа часом не видел?