"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Теперь о других событиях. Сегодня на территории Пакистана был найден труп предводителя одной из близких к “Аль-Каиде” исламских фундаменталистских группировок “Карающий Джихад” Абу Кукнара. Точное место обнаружения трупа не сообщается в интересах начатого спецслужбами Пакистана расследования. Имеются разнообразные версии его гибели. Основных две: удачная операция американских спецслужб либо результат разборок с руководителями других организаций подобного толка.
Теперь о погоде…»
Майор Леонов выключил радио и сказал Платову:
— Еще одним уродом стало меньше.
— Да уж, хорошо бы, если б и с Нисаром такое случилось…
— Ничего, и Нисару глаз на жопу натянем. Жаль, конечно, что вчера не получилось, но при такой работе разведки мы очень скоро до него доберемся. После вчерашнего он еще долго не сможет очухаться. А раз…м Нисара и прочих ваххабитов долбаных — возьмемся и за инопланетян. Ведь и они не такие крутые, как кажется. А что до Нисара, то мне одно непонятно: как это наша разведка так лихо на сей раз сработала?
— Мне кажется, — вмешался лейтенант, — что у него прямо под боком есть теперь их человек. Может, вы чего слышали в штабе там или от знакомых?
— Ага, разбежался! Если уж такого «крота» внедрили к самому Вахе Справедливому, чтоб он сдох побыстрее, то будут помалкивать в тряпочку. Это же сверхсекретная информация! И если у нас на базе вообще о ней знают, то, небось, два-три человека, включая начальника разведотдела. А тебе зачем? Ой, смотри, попадешь ты со своим неуемным любопытством на контроль к вэкаэровцам [19] — мало не покажется!
— Да я просто спросил, — сделал невинное лицо Платов.
— Вот мне бы еще нашу крысу вычислить, а то все так же кто-то у нас этому уроду Нисару стучит!
— Ну уж это никуда…
— Жаль, что ты, лейтенант, вчера в операции не поучаствовал.
— Да черт меня дернул с этими головорезами из спецгруппы, которая прилетела позавчера из Москвы, в рукопашке тягаться. Сущие звери! А то интересно было бы увидеть, как Вахе задницу надрали. И впрямь удивительно, как это разведка так лихо сработала.
Не знали ни Платов, ни Леонов, что методом «захват заложника» могут пользоваться не только те, с кем они воевали, и что в целях обеспечения эффективности действий в ситуации, осложненной наличием пришельцев, многие писаные и неписаные правила были пересмотрены, порой радикально. Теперь и ГРУ, и ФСБ получили приказ действовать по обстановке, а значит, и близкие родственники противника могли стать заложниками.
Вадим мчался на экстренный слет байкеров за городом. События, происходящие в мире, всколыхнули до глубины души и эту часть населения. «Харлей» чувствовал себя уверенно, так как по совету друга Вадим все же купил новые свечи. Правда, самого приятеля, который обещал ему их достать, он так и не нашел, так что пришлось покупать самому, и жадничать в этой ситуации не было никакого смысла. Еще бы, ведь уже завтра всего этого может не быть — ни денег, ни свечей, ничего…
На поляне, где частенько собирались байкеры со всего города, было около ста мотоциклов, которые стояли кругом, оставив место в центре для оратора. Так было всегда, так было и сейчас. Хром и никель сияли на солнце, создавая изумительную световую фантасмагорию, а запах паров бензина мог вызвать у непривычного человека легкую токсическую эйфорию. Но таких здесь не было. Множество людей в коже и с татуировками либо сидели на своих «верных конях», либо располагались подле них. Одни курили, другие пили пиво, третьи миловались со своими подругами, большинство же просто беседовали. Они были в своей среде, но все же в горячем летнем воздухе ощущались нервозность и растерянность.
Когда почти все собрались (понятное дело, все никогда собраться не могут), в центр круга вышел Демиург, глава этого мотоциклетного сообщества, в миру Дмитрий Ургант.
— Братья мои, — начал он, — в этот хреновый час собрал я вас, чтобы решить, что делать будем мы, баранами ли послушными станем внимать мировым правительствам либо свое что-нибудь замутим?
По толпе пронесся шумок, в котором можно было разобрать «А что мы можем?», «Хрен козлам», «Давай, Демиург» и тому подобное. Громко же, так, что его услышали все, высказался, не вставая со своего «Харлея», только Вадим, в байкерской среде — Стрелок:
— А что ты предлагаешь? Мы хоть ребята и крутые, и, сам знаешь, среди нас разные люди есть, со связями и деньгами, да при этом еще и с характером, но, как говорится, где поп, а где приход… А с пришельцами бороться — это не с ментами разбираться. Так что, если есть план, говори конкретно.
— Стрелок, Череп, Балу, Ворон, — продолжал Дмитрий, переводя глаза с одного из названных на другого, — не один год колесим мы по дорогам нашей многострадальной эрэфии, а порой и за ее пределами, и все для чего? Для того чтобы «фридом» был нам дом, а отстой жизни был лишь пылью под нашими подошвами. Правильно?!
— Пра-а-а-вильно! — загудела толпа.
— Но долго ли нам осталось жить при таких раскладах? — встревоженно произнес Демиург. — В мире творится непонятная фигня, и если каждый будет сидеть и наблюдать эту историю со стороны, то сам скоро станет историей, о которой завтра все забудут. Я так не хочу.
— И мы не хотим, — громко сказал Вадим, — но что ты предлагаешь конкретно?
— А предлагаю я, челы, взять ситуацию под свои колеса и, пока не наступил нам трындец, садиться и пылить в места скрытые, организовать там свою коммуну и строить свое сообщество. Надо только связаться с братвой нашей, а может, и из Европы кого подтянуть, чтобы выбрать это место…
— И как ты себе это представляешь? — поинтересовался Стрелок, которому совсем не хотелось уезжать куда-то далеко и бросать свой бизнес.
— А будет это так, — не смутился Дмитрий и сообщил свой план, над которым думал уже не один день.
Ленька один играл во дворе, когда к нему подошел паренек примерно его лет, но выглядевший каким-то слишком уж серьезным и не по годам взрослым. Одет он был в грязные футболку и шорты, на ногах — стоптанные сандалии размера на два больше, чем нужно, — обыкновенный беспризорник, которых так много появилось в последнее время на бескрайних просторах России. Дети, выброшенные за борт жизни, не были нужны ни родителям, ни государству.
— Привет, пацан, — уверенно поздоровался подошедший. — Тебя как звать?
— Ленькой.
— А меня Стас зовут. Закурить есть?
— Я не курю. И никогда не буду, это вредно для здоровья.
У меня даже папа не курит.
— Да прогон все это, — Стас кашлянул и сплюнул на асфальт, — я уже два года курю — и хоть бы хны.
— Ну и зря, — сказал зачем-то Ленька и решил пойти домой. Ему было неприятно общаться с оборванцем по имени Стас.
— За базаром следи, — повысил голос беспризорник и схватил «обидчика» за рукав футболки.
— Отпусти, а то схлопочешь!
— Щас сам огребешь!
— Тебе что, заняться нечем? — сказал уже не так зло Ленька.
— Нечем, — ответил Стас и неожиданно отпустил рукав. — А вообще я есть хочу.
— Так бы и сказал, а то прилип, понимаешь, к людям, занятым делом.
— И каким это таким важным делом ты занят? Какие у тебя проблемы? Накормлен, одет, обут, папа с мамой, небось, тебя любят. То ли дело я: живу в подвале, нас там одиннадцать человек, и каждый день — драка на выживание.
— Как это? — заинтересовался Ленька.
— Да так, — нехотя отвечал Стас, — почти весь день ищу жратву, сигареты и клей — это моя обязанность.
— Странные какие-то у тебя обязанности. Тут такое творится, а тебе все, видать, по барабану.
— А что такого творится? Вроде все, как всегда.
— Ты хоть про Нашествие слыхал? Или к вам в подвал подобные новости не доходят?
— Опять начинаешь? Не выпендривайся. Про все я слыхал. Мне от этого ни тепло, ни холодно. А вот вчера дядьки какие-то на магазин напали, а их менты спалили. Они бежать, менты за ними. Выбросили ящик, который спи…ли. В нем водка оказалась. Менты-то, дураки, никого около ящика не поставили, так погоней увлеклись, а мы с пацанами его к себе в подвал по-быстрому притаранили. Половину на закусь продали, половину сами выпили, так ништяково было! Но это вчера, а теперь башка болит и жрать охота.