"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
— Что-о? Какого дьявола, майор?! Я же только недавно вас вызывал и интересовался, все ли в порядке! И вы соизволили тогда сказать, что все без проблем. А сейчас утверждаете, что нас чуть ли не атакуют! У нас что, все системы дальнего обнаружения отключились разом?
Дюфур виновато молчал, ожидая продолжения.
— И что значит «кажется»?! — кипятился генерал. — Извольте доложить по форме!!!
— Пять минут назад из оперативного центра штаба ВВС получен код угрозы высшей степени. Неизвестный противник вторгся в наше воздушное пространство и, используя средства маскировки и летательные аппараты нового типа, начал высадку десантов на некоторых наших стратегических объектах. По предварительным данным, таким же атакам подверглись Германия, Великобритания, Израиль, Россия, США, КНР, Пакистан и Индия. Все системы ПВО и части ВВС подняты по тревоге. Поскольку один из атакованных объектов находится в нашем округе, я отдал команду на подъем нашего дежурного звена истребителей для обеспечения поддержки эскадрильям с соседних авиабаз.
— Господи, где только были ваши глаза… и мозги, черт возьми! Объявите боевую готовность всем подразделениям базы, включая эскадрильи экспериментальных машин и все группы наземной охраны. Вызовите на связь соседние авиабазы и части ПВО. Активируйте боевые режимы взаимодействия со средствами дальнего обнаружения и наведения. Приступайте…
— Есть!
Пулен явственно чувствовал, что влип во что-то очень нехорошее. Хотя он к своим сорока семи годам так и не научился нормально общаться с окружающими вне рамок устава, но умел отличать реальность от желаемого и приучил-таки себя прислушиваться к своей интуиции, которая сейчас буквально вопила о том, что близится нечто ну о-очень скверное.
Холодный пот выступил у Фредерика Пулена на лбу, а в голове вновь и вновь прокручивались детали бликов, увиденных сегодня утром на дисплее цифровой фотокамеры Мориса…
— Господин генерал, разрешите обратиться? — и только что вошедший в кабинет Пулена майор Дюфур, пожелавший явиться самолично, встал навытяжку.
— Давайте… Только по сути.
— Наше дежурное звено и авиагруппа с соседней базы в составе шести «Еврофайтеров» и четырех «Миражей-4000М» вступили в бой с нарушителями воздушного пространства. Идентифицировать их принадлежность не удалось. На полученных с бортов видеоизображениях видны лишь какие-то плохо различимые блики. Пилоты успели передать дополнительно только то, что эти объекты обладают потрясающей способностью к трансформации формы и оснащены, судя по всему, каким-то либо лучевым, либо иным оружием, действие которого не распознают противоракетные системы наших самолетов. В течение всего полутора минут пять истребителей исчезли с экранов радаров. Можно предположить…
— Засуньте свои предположения себе в задницу, капитан! Мне нужны факты. Данные телеметрии с бортов, спутниковые данные, локаторные с наземных станций, наших E-3F и Е-ЗВ и «Сентри» [4] наших заокеанских союзников… Разве вас этому не учили?
— Господин генерал, я выразился так потому, что всех этих данных нет!
— Что?! — чувствуя, как кровь прилила к лицу, Пулен встал из-за стола.
— Связь со всеми уцелевшими бортами пропала спустя две минуты и пять секунд после вхождения их в контакт с неопознанными объектами, все «Аваксы» доложили, что в зоне боестолкновения возникли аномальные возмущения атмосферы и электромагнитных полей, вызвавшие отражение и рассеивание сигналов РЛС [5] во всех диапазонах длин волн. Зона контакта с противником словно закрыта для электронных средств воздушного и наземного наблюдения. А из центра космической разведки пришла информация, что они потеряли контроль уже над более чем семьюдесятью процентами нашей орбитальной группировки. Нечто подобное происходит и у всех наших союзников, а также у русских. И еще они сообщили, что… — майор замялся.
— Ну, говорите уж, что там они еще такого сообщили?
— Что перед тем, как спутники прекратили трансляцию информации, некоторые из них передали снимки и видеозаписи возникших буквально из пустоты космических объектов, маневрировавших и имевших явно искусственное происхождение.
— Не может быть! Этого не может быть! — прошептал ошарашенный Пулен.
Но это было. И не одному Пулену хотелось ущипнуть себя и проснуться. Только вот происходящее не было сном. Это была реальность — новая, неизвестная и оттого еще более страшная! Генерал чувствовал себя бессильным, раздавленным. Однако впадать в панику, тем более на глазах у подчиненного, никак нельзя… Пулен напустил на себя важность, насколько это было возможно в столь щекотливой ситуации:
— Продолжайте наблюдение, майор Дюфур! И постарайтесь все-таки установить связь с нашими парнями. Вышлите в район боя еще пару звеньев экспериментальных Z-39, на которых установлена та новая система связи, которую смонтировали спецы из управления перспективных разработок.
— Но она же еще не прошла тестирования!
— Вот и протестируете в реальных боевых условиях и ее, и Z-39 в целом. Выполняйте!
— Слушаюсь, господин генерал.
Как только Дюфур покинул кабинет, Пулен медленно опустился в кресло. Ему вспомнилось, как совсем еще мальчишкой он прыгнул на спор с вышки в бассейн. В детстве все кажется больше, чем есть на самом деле, — по этой ли причине, а может, просто потому, что он плохо плавал, маленький Фред тогда здорово струхнул. Пересилив дрожь в коленках, он камнем упал в воду, а затем почувствовал, как над головой сомкнулась водная гладь. Тогда он решил, что это навсегда, и даже не пытался сопротивляться; его спасли взрослые, оказавшиеся поблизости. Теперь же… Фредерик Пулен давно не ребенок, но то чувство вернулось. «И объяли меня воды до глубины души моей…» — вспомнилось ему вдруг. «Откуда это?» — вяло подумал генерал. Ответа не последовало. Пулен почувствовал, как что-то зловещее вновь смыкалось над его головой, и обхватил ее руками. Спасения ждать было неоткуда. «Исчезнуть… Исчезнуть… Господи, больше ничего не прошу!» — твердил про себя Пулен, хоть и знал, что чудес на свете не бывает.
А тем временем поднятые в воздух звенья экспериментальных сверхсекретных самолетов с повышенным морфингом Z-39 с экспериментальными же системами связи, основанными на каких-то ведомых лишь установившим их спецам спинорных полях, на форсаже приближались к району, в котором был зафиксирован последний контакт с самолетами дежурного звена. Войдя в зону предполагаемого боестолкновения, ведущие передали на базу сигнал и приступили к поиску противника. Но даже самые совершенные импульсно-доплеровские РЛС с фазированной антенной решеткой (ФАР) большой мощности ничего не обнаруживали. А сигналы с наземных локаторных постов наведения и срочно поднятых по тревоге дополнительных самолетов ДРЛО при входе в зону предполагаемого контакта с противником словно обрезало. Данный район воздушного пространства был как будто окружен некой защитной сферой, поглощающей, рассеивающей или отражающей электромагнитные волны практически во всех диапазонах.
Капитану Леклерку показалось, что справа что-то мелькнуло, словно он только что пролетел зону воздушной линзы или восходящего теплого потока, внутри которого воздух дрожит и струится… Он сразу же бросил свой самолет в восходящий вираж и отдал приказ ведомым на перестроение в боевой порядок. Экспериментальная связь работала на удивление прилично, обеспечивая, по крайней мере пока, устойчивый контакт и между машинами, и с базой. «Второй» и «третий», похоже, тоже заметили что-то необычное, поскольку перед выходом в свои эшелоны выполнили маневры уклонения.
— Парни, что случилось?
— Да показалось, будто мелькнуло что-то справа, — почти одновременно ответили ведомые.
Леклерк вызвал ведущего второго поднятого в воздух звена майора Эмильена Дюпре по его официальному позывному: