"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
В пяти шагах от нас Рул притормаживает. Виталий выдвигается на первый план. Как будто готовится удар на себя принять.
Улыбаюсь экс-подполковнику. Пожимаем руки. Если не принимать во внимание ранение — в целом он выглядит воспрянувшим и довольным. Изгнавшим из груди страх неопределенности. Прямо — «восставший из ада»!
Ну а что ему довольным-то не быть, в самом деле? Он сейчас своих близких в «глубокий тыл» отправит! Что еще надо для счастья любящему сыну и отцу?
— Извини, задержались. Пришлось полгорода по широкому кольцу огибать. Иначе — слишком высокие риски нарваться на патрули. — Виталий правильно понимает интерес появившийся в моем взгляде, — Да! У них есть организованные патрули, Егор. И не только они…
— Угу. Давай сейчас об этом поподробнее поговорим, только мне удивительно, что я до сих пор не услышал голоса твоей спутницы. Смотрю — она даже глаз надолго от песка не поднимает. Дама контужена во всю голову или возмущена, что мы встречаем владычицу миров без роты почетного караула и триумфальной колесницы? Или — дабы поддержать традицию наших встреч — мы сейчас обязательно должны кого-нибудь зарезать?
— Я согрешила, святой отец. Моя вина. Меа кульпа. Ин номине патрис эт филии эт спиритус санкти. Амин… — и прыскает в кулак с элегантными перстеньками на изящных пальчиках, — А если по-взрослому, Горан, — она поднимает ставшее серьезным лицо, — Что ты хочешь, чтобы я сказала или сделала? Пеплом голову посы́пать? Или грязью измазать? Вериги и рубище одеть? Как скажешь — так и будет! На всё заранее согласна. Кроме харакири. Да, к тому же глядишь — и пригожусь я еще тебе. И не только тебе одному. Всем, кто в разуме остался. Искуплю…
— «Пригожу-усь!» Надо же — так вот ты какая, золотая рыбка… Прогиб не засчитан! Ты на индульгенцию-то не рассчитывала бы, демонесса… Она для тебя очень дорого стоить будет. Суккубица недоделанная! Смотрю — протрезвела немного от кровушки? Охолонула — шальная императрица?
— Да уж. Привели в чувство. Излечили от головокружения, — она не выглядит побитой собакой и отважно не уводит лучистых ведьминых глаз в сторону, — Давай, Егор — не стесняйся! Можешь оттоптаться и выспаться на мне по-полной. Даже огрызаться не стану — ибо заслужила. Признаю и сожалею. Правда! — и бесстрашно, но без малейшего вызова — выдерживает мой не самый ласковый и теплый взгляд.
…Красивая все же баба! И сильная! Да и смелостью не обижена. При нашем с ней совместном бэкграунде — пришла почти в одиночку и не побоялась, что тут её и загрунтуют… Штучный экземпляр! Решительная, волевая, злая! Неглупая… Ценный союзник! А по нынешнему времени — так просто бесценный.
— Пожалуй — обойдемся без всей этой словесной мишуры. Не вижу смысла в назидательных речах и обличительных проповедях. Перед кем тут бисер метать? Да и злорадствовать не в моем стиле. Даже в адрес врагов, которые страстно жаждали посадить меня на цепь. А потом еще и на кол, догадываюсь. И всех моих ближних — под нож пустить…
Наши взгляды на мгновение скрещиваются — холодно зазвеневшей боевой сталью. Через пол-такта сердца опустив глаза к земле — Рул демонстративно уступает. Как животное, обозначающее мирные намерения и признающее свою слабость и покорность перед вожаком. Усмехаюсь внутри себя: «Верю, верю всякому зверю, но тебе, ежу — погожу!»
Выдержав необходимую паузу, продолжаю.
— Ладно, мы же тут не для того — чтобы прошлые обиды припоминать, собрались. Не на встрече ветеранов вермахта и РККА. Давайте о делах. Как тут сейчас? По первому впечатлению — вы похожи на загнанных в пятый угол волков, уж извините за прямоту, господа.
— Жопа! Тут жопа! Полная и сплошная! — лаконично характеризует ситуацию тёмная горгулья, — А насчет похожести… Скорее на ободранных помойных котов — можешь не щадить моё самолюбие и не деликатничать… союзник.
Усмехаюсь. Она по-прежнему безжалостна. В том числе и к раненой себе. Ну так — всем известно, что горбатого исправит. Вот же бешеная сука!
— Где зацепило? Тогда — в замке? — киваю на повязку на её руке.
— Меня — там. Его — вчера.
— Да царапина, — с небрежностью отмахивается Хлыст, — Слушай, Егор — а как ты про остров допетрил?
— А что тут собственно такого..? Ну вот, опять! — я снова невольно отвлекаюсь на очередное сообщение-призыв в общем чате.
— С самого утра фигачит. — поняв о чем я, поясняет Хлыст, — Еще до рассвета начал. С периодичностью в полчаса. На повтор, наверное, поставил. Ведь это он тебя вызывает — больше-то некого. Не пояснишь, чем вызван такой интерес?
— Ну — с утра меня здесь не было, но как появился — тоже это наблюдаю. А по поводу его интереса — есть кое-какие размытые догадки. Но об этом — давайте позже. А вот его позывной — никому из вас ничего не говорит? Кто — этот упертый малый?
— Нет, — пожимают плечами Рул с Хлыстом.
— Предлагаю — сначала о вас. Обстановка, планы, перспективы. Возможная взаимная полезность. Горизонты сотрудничества.
Тяжелый, проницательно-«взвешивающий» взгляд гребца с лодки Рул — начинает меня не на шутку доставать.
Чьих же ты будешь, смуглый хомбре? Очень уж непростые глазоньки у тебя, для исполнителя роли очередного заурядного «Валерика». Да и наглые не по тому размеру. Реакция Кэти на твое появление, опять же… Поздоровалась без особой приязни, но вполне по-свойски. Как с давно принятым в родню.
С крепким большим носом, аккуратно постриженными черными усами наркобарона и наголо выбритым черепом. С массивной, тоже «до синевы» чисто выбритой нижней челюстью и почти идеально квадратным подбородком с ямочкой.
Поблескивающие и глубоко посаженные темные глаза из-под покато нависающего широкого лба — смотрят прямо, твердо и даже сурово.
— Отец Кэти? — спрашиваю у Рул, догадавшейся о направлении моего внимания.
— Отчим. — бесцветно хмыкает она.
— Это тот военный — которого ты в поселке нагибала, что ли?
— Угу. Да «недонагибала», как видишь. Как оказалось — и к лучшему! — хищно оскаливается акула психиатрии.
Не то, чтобы я не люблю профессиональных вояк. Скажем так — с осторожностью и сложно отношусь. Ибо насмотрелся. Особенно к тем, что со звездами выше майорской, на плечах. Слишком уж много в большинстве из них — от муфлонов. Но этот чем-то глянулся. Пока — во всяком случае.
Да и обязаны мы ему. Сам не зная того — этот военный своим несгибаемым упрямством, сконцентрировал на себе внимание и силы бывшей супруги-анаконды и тем самым предоставил нам столь необходимую фору во времени.
— Полковник Рябыкин. Позывной Фугас. В быту допустимо — просто Петр, — представляется «мачо» густым и сильным басом, вполне соответствующим его наружности.
Делаю шаг вперед. Пожатие широкой кисти, заросшей темными волосами — сухое и в меру жесткое.
— Ну что, присядем? — жестом приглашаю прибывших за раскладной столик, — Чай, кофе, алкоголь, пожрать? — и не удержавшись, добавляю, — Не столь богатый стол, как твой на мосту и резать чтобы впечатлить тебя — тоже никого не будем. Уж извини…
— Ты об этом уже говорил. А вы тут решили корнями врасти, что ли? — с еле заметными ерническими нотками интересуется волчица, — А что — вполне комфортненько расположились. Всё прямо по-красоте. Напитки на выбор. Рыбалка… Палаток бы ещё наставили. Картошечки в золе напекли. Пляж открыли. Шашлычок, пивко, шезлонги.
— А неплохая идея, — коротко подумав, я киваю, — Может займешься? Оформим тебя на вакансию директора пионерлагеря — раз уж с должностью императрицы не сложилось.
— Брэк, — приблизившись, бросает Яныч, только что прибывший на плоту, — Давайте по делу. Кто не знает — я Долгий.
Старый ручкается с Хлыстом, вприщур кивает Рул и словно прицениваясь, знакомится с Петром-Фугасом.
— Про остров-то, так и не сказал, Егор, — возвращается к своему вопросу Виталий, — Как сообразил?
— А что тут соображать? Удобно для эвакуации. От города вполне прилично — есть вероятность, что не сразу в зону действия локатора попадем. Соответственно — до возможного обнаружения, вывести больше народа успеем. И в плане обороны при наших нынешних стрелковых возможностях — вполне нормально. С наскока не налетишь. Десяток хороших лучников при попытках противника форсировать водную преграду — очень неплохо отработать смогут. А то и удерживать его достаточно долго. Да и лодки в достаточном количестве для того десанта — еще найти надо. Или плоты сооружать. А это — тоже время в нашу пользу. Ну а вплавь под обстрелом, — я кровожадно усмехаюсь, — В жизни всегда есть место подвигу, конечно… Опять же — мостов поблизости нет. При возникновении опасности — народ, не успевший в портал — разбежится по окрестностям и ищи ветра в поле. А степь большая — всех укроет… Вроде для того, чтобы просчитать подобные расклады — военную академию заканчивать не обязательно. И моей гражданской головы — вполне достаточно.