"Фантастика 2024-1" Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Игру в молчанку выигрывает Рик, потому как через минуту тишины первым не выдерживаю я:
-- Ценз?
-- Да. Чтобы получить Возвышенный Лик, надо быть гением, чтобы быть достойным легендарного, как минимум талантливым.
-- Это тебе опять Дельфийский настоятель рассказал?
-- Нет, это моя личная теория... Но я не заметил в ней ни одного сбоя.
Вначале подумал, что он шутит, но нет, это не шутка, он сам верит в то, что говорит.
-- То, что ты сказал, внешне вроде не противоречиво и даже во многом сходится со мне известным. Даас, и правда, - гений программирования, Иллея -талантливый повар, Ланс - учитель на грани гениальности, ты… Ну... Точно могу сказать, то, как ты охмуряешь женщин, это точно талант, и я не шучу. Все вроде складывается, кроме одной детали. - Сказав это, я переворачиваю пустую кружку на столешницу.
-- И что же не сходится?
-- Я… Я не схожусь... Не укладываюсь в эту схему. Себя-то я знаю и могу точно сказать, как бы мне не хотелось, но назвать себя талантливым хоть в чем-то, я не могу. Даже в БАА, потратив многие годы, я достиг едва ли низшей ступени профессионального игрока, и только Лик вытащил меня выше. А в остальном… Пфе… - просто взмахиваю рукой, мне и правда больше нечего сказать.
-- Ты наверняка много слышал о том, что недооценивать противников - это плохо и ведет к поражению. - Слегка менторским тоном произносит Бегущий. - Но почему-то многие упускают из вида, что недооценивать самого себя - ошибка совсем не меньшая. Ты мало что рассказывал о своей жизни до переезда в Новую Женеву...
-- Там было мало интересного. - Пожимаю плечами в ответ на его слова.
-- И тем не менее… - Рик пропускает мимо ушей мой ответ и продолжает развивать одному ему ведомую мысль. - Даже то, чем ты соизволил поделиться, уже показывает, как ты не прав в собственной недооценке. - Не считаю нужным что-либо говорить в ответ. - Я молод, но несмотря на этот факт знаком с большим количеством людей, в основном, конечно, со студентами и студентками… - Ну да, он почти каждый вечер тусит где-то в студенческих компаниях и где только силы берет развлекаться после целого дня тренировок на базе? - Так вот, при всем многообразии моих знакомств я не знаю ни одного человека, кто бы смог в школьные годы провернуть то, что сделал ты… - Он ждет от меня реакции, но я ему это не даю, продолжая молчать и внимательно рассматривать столешницу. – Думаешь, я притягиваю кота за хвост? - а вот тут киваю, именно так я и думаю, что он придумал себе теорию и теперь подгоняет под неё факты. - А вот и нет, знаешь ли, со стороны виднее многое. Продолжу… Не знаю никого, кто смог бы в школе пробить организацию кружка компьютерных игр. Не программирования, не компьютерного дизайна, не графики или робототехники, а именно игр. Честно, не представляю, что нужно сделать, чтобы школьный совет и директор вообще одобрил создание такой секции. К тому же вы не в пустом классе же сидели, вам и компы выделили.
-- Выделили. - Как вспомню - так вздрогну, дело тогда дошло до скрытого и анонимного шантажа завуча по учебной части.
-- Знаешь, со стороны это вообще кажется чем-то невозможным, особенно с учетом того, что организатор всего - это простой школьник без блата и волосатой лапы, чей отец простой моряк.
-- Не моряк, а старший моторист большого сейнера-завода “Тихая погода”. - На автомате поправляю его.
-- Ладно, пусть старший моторист, это не принципиально. - Отмахивается Рик от моей поправки. - Но ведь выбить создание игрового кружка — это только половина дела! Нужно еще набрать в него людей. Конечно, от желающих записаться школьников отбоя, наверное, не было, но вот ведь какой нюанс, я-то прекрасно понимаю, что этого желания мало. Большинство родителей пристально следит не только за оценками своих чад, но и в какие секции, кружки и прочие занятия после уроков посещают их дети. Я еще могу представить, как можно протолкнуть идею игрового кружка в школьном совете: риторика, уговоры, мелких шантаж. - вот же, угадал. - Но как уговорить пап и мам отпустить своих детей в секцию компьютерных игр? И ведь не одного тебе пришлось уговаривать, сколько в секции народу было?
 
-- Семнадцать человек. - Десять команда, плюс ротация и на замену по болезням.
-- Это ты половину всех мальчишек своего года обучения в школе заполучил, получается. - Усмехается Рик. - Силен! В общем, ты можешь думать о себе что угодно, но со стороны отчетливо видно: чтобы провернуть то, что сделал ты, нужно быть как минимум очень талантливым… манипулятором!
-- Пфе… - Фыркаю в ответ. Сейчас, оглядываясь на то время, склоняюсь к тому, что мне просто повезло, сложилась масса факторов и случайностей, которыми я воспользовался для своих целей. Для этого не нужно быть талантливым, достаточно быть наблюдательным и готовым на многое ради своей цели. - Даже если ты прав, все равно твоя теория не объясняет, почему именно я был избран Одиссеем, у меня слишком много расхождений в мировоззрении с полученным Ликом. Могу допустить, что настоящих гениев всегда единицы, но талантливых людей много, намного больше, чем легендарных Ликов, так что ты меня не убедил.
-- Я и не собирался тебя убеждать. - Пожимает плечами Рик. - Я все это говорил к тому, что шанс нарваться на “аналогичную” команду на столь местечковом турнире, на который мы записались, безмерно мал. И тебе не стоит прессовать парней и накручивать им нервы. Нам и выигрывать-то не обязательно, дойдем до полуфинала с учетом записанных шестнадцати команд - уже отлично и придаст всем уверенности. - Он встал из-за стола, но прежде чем уйти, наклонился ко мне. - По поводу того, что Одиссей избрал тебя, а не кого-то иного… Почему все так уверены, считают за постулат, что Арка оставлена ТриЕдиным для людей? Об этом не написано ни в одном священном тексте, ни один жрец не скажет подобного. Но все по умолчанию почему-то считают верным изречение: “Арка для людей”.
-- Что ты имеешь ввиду?
-- Ничего. - Пожимает плечами Рик. - Но ты попробуй, в следующий визит в Храм спроси у любого жреца, оставлена ли ТрехЛиким Арка для людей? Мне пока удалось добиться только ответа “Арка стоит в Храмах на благо рода людского”.
-- Я тебя не понимаю. - он меня сегодня совершенно запутал.
-- А ты подумай, если фраза “Арка для людей” не верна, а будь она верна, жрецы бы не уходили от прямых ответов, то… Может эти раздумья и наведут тебя на ответ, почему именно ты стал избранником Одиссея. - закинув кружку в посудомойку, Рик махнул рукой. - Спокойной ночи.
-- Спокойной. - на автомате отвечаю ему.
В голове шторм из противоречивых мыслей. Странный вышел разговор. Очень…К каким мыслям Рик меня подталкивает своими последними словами? И как это поможет мне понять себя? Если бы не Лик Декарта, я бы просто пошел спать и постарался поскорее выкинуть из головы тот информационный мусор, которым закидал меня собеседник. Но вот то, что Бегущий - избранник Энея, заставляет меня отнестись к его словам серьезно. Что же, спать я не хочу, так почему бы не подумать: “Если фраза “Арка для людей” не верна, то…”
Минут через пятнадцать раскачивания на стуле в пустой столовой я так и не пришел ни к одной более глубокой мысли, чем перевернуть все с ног на голову. Если не Арка для людей, то возможно верно обратное “Люди для Арки”? Не, ну бред, для чего ТриЕдиному подобное? И что можем мы люди дать? К тому же, проходя Аркой, мы можем быть услышанными, разве не это основная функция Арки - доносить до ТрехЛикого молитвы достойных? Хотя, у подобного артефакта наверняка не одна функция, этих функций скорее всего даже не десяток, а больше, только нам они не видны.
До часу ночи ломал голову, в итоге так ни к чему и не пришел, так что плюнул на все и пошел спать. А Рику я за эти головоломки еще отомщу, он у меня еще попрыгает, но как-нибудь потом, после турнира…
Следующие несколько дней после разговора с Риком прошли, как одна прямая линия. После того как Декарт взял на себя рутину индивидуальных тренировок, у меня стало больше времени на общекомандную подготовку. Это не принесло мгновенного результата, но день ото дня мы играли все слаженнее. К тому же у меня появилось время на разбор команд противников. Как и говорил Бегущий, не у всех из них были свои сайты, но информацию о подобных командах можно было искать и косвенными методами. Этим я и занимался, когда на пятый день после памятного разговора ко мне подошел Рик.