Гувернантка из другого мира, или Фея с поличным (СИ)
Ледяной лорд тем временем с удобством расположился, вытянул руку на спинку сиденья за моей спиной, и небрежно бросил на столик перед нами сложенную пополам газету. После чего принялся комментировать успехи «зверят» и стать протозавриков.
Я уже решила, что ледейшество понял непрозрачный намёк с первого раза, но дарк оказался настойчивым:
- А я знаю, леди, из-за чего вы бегаете от меня полдня. Это всё из-за нашего вчерашнего недоразумения.
Я пожала плечами.
- Да мы вроде выяснили всё. Вчера ещё.
- Серьёзно, леди? - не унимался ледейшество. - Вы до сих пор дуетесь из-за невинной шутки с саламандрой?
Я бросила взгляд на умильно посапывающего на манжете Фрозика и решила уточнить:
- Вы действительно считаете невинной шуткой прятаться с детьми за портьерой, в ожидании, пока гувернантка растянется на полу?
- Ну что же мне сделать, чтобы заслужить ваше прощение?
И вот вроде вопрос правильный, а взгляд ледейшества, ползающий букашкой по моей щеке неприятный... какой-то. Под таким взглядом даже благожелательный с виду тон выглядит угрожающим.
Впрочем, после сегодняшнего утра я во всём вижу угрозу.
Отставить мнительность, Машенька!
- Всего лишь не учить моих подопечных плохому, - пожала я плечами. - Они ему и сами научатся.
- Вы слишком жестоки, прекрасная фай и ваша жестокость разбивает мне сердце!
- А вы явно злоупотребляете чтением на ночь женских романов.
- Что?! - кажется, на этот раз пронять ледейшество удалось.
- Ну, как-то это наиграно всё, что вы говорите, не находите? Вы ведь что-то другое сказать хотели. Честное слово, ваше ледейшество, - фиолетовые глаза снежного изумлённо расширились. - То есть я хотела сказать, милорд, у меня нет сейчас ни времени, ни желания на ваши недомолвки и намёки. Вы явно не о Фрозике поговорить пришли. Тогда о чём же?
Меня окинули задумчивым взглядом.
- Вы сейчас серьёзно, леди?
- Более чем, - раздражённо ответила я.
И когда мне показалось, что ледейшество вот-вот расколется и это зависшее в воздухе, тревожное напряжение, наконец, проявится, обретёт форму, цвет, запах, растеряет свою таинственность, как ледейшество окликнули!
Вот ж невезение!
Впрочем, мне было о чём подумать и помимо недосказанностей ледяного лорда.
Проводив широкую спину ледяного взглядом, я рассеянно покрутила в руках забытую им на столике утреннюю газету. Так и не успела почитать за завтраком - «зверята» умеют, когда им нужно, быть очень быстрыми.
Вскинув взгляд на манеж, я удовлетворённо хмыкнула - мордашки наследников так и лучились счастьем. Со спокойным сердцем и с энтузиазмом я зашелестела страницами.
А спустя минуту только лишь благодаря мысли о детях я подавила рвущийся из груди крик. Пахнущие типографской краской страницы выскользнули из помертвевших пальцев.
Кажется, я выяснила причину появления ледяного лорда.
И этого тревожного напряжения, зависшего в воздухе.
Лорд Малколм Нэвесх явно хотел поделиться со мной утренними новостями.
И было чем...
Вчера, всего в нескольких кварталах от летней резиденции правящего дома, была принесена в жертву фея с голубыми волосами.
А сегодня на рассвете ещё одна.
Глава 28 О том, как ледейшество играл мускулами
В воздухе парили розовые парашютики семян. Приглядевшись к тому, что кружил над головой, я разглядела, что парашютик шевелит крохотными ворсинками, словно медуза щупальцами, за счёт чего «плывёт» по воздуху. Вот к нему присоединились ещё два, «поплыли» рядом, нацелившись, казалось, прямо мне в лицо. Но до меня парашютики не доплыли, в метре от лица синхронно вильнули в сторону, сменив направление, словно косяк рыбы.
Я завороженно проводила их взглядом.
Сразу я не успела понять, какое из времён года царит в моём новом мире. Но сейчас, наблюдая за плывущими по воздуху семенами, отчётливо поняла: конечно же, весна!
И это было как нельзя кстати.
Потому что мой новый мир оказался настоящим миром цветов.
По дороге на озеро нам встретились цветы с ярко-жёлтыми, словно небольшие солнца, бутонами размером с футбольный мяч, цветы с лепестками в форме мечей, на которых они и вправду сражались между собой, роняя лепестки один за другим, цветы, растущие прямо букетами, обвитые разноцветными кудрявыми листьями, будто упаковочной лентой и даже цветы, которые обменивались бутонами - те взмывали над соцветиями пёстрыми бабочками и, покружив над поляной, перемещались на другую ножку.
В чистом и сладком, пропитанном цветочными ароматами воздухе разливались нежные птичьи трели. Они смешивались с воплями и неумолкаемым галдежом наследников -полностью и абсолютно счастливыми, счастливыми настолько, насколько вообще может быть счастлив ребёнок, что спешит на озеро в погожий день. И под щебет этих маленьких неугомонных баньши мои тревожные мысли невольно отступали.
А ещё «зверята» были ну очень горды собой. Ещё бы, они выиграли пари у самого тёмного лорда! И то, что пари с темнейшеством заключала я, зверят, конечно, не могло смутить. Они повели себя как взрослые, они добились того, чтобы с ними считались, их отпустили на озеро, заслуженно и добровольно, а не уступив воплям, смехотворным детским угрозам и топанью ногами. Мистрис Сапота, которая позволила себе на минуту расслабиться, глядя на скачущих впереди «зверят» даже поведала мне, что темнейшество детские крики не пронимали (за что лично я ни капли его не осуждаю) и потому его проигрыш в споре очень значимая победа для наследников. Спохватившись, перед кем разоткровенничалась, мадам Забота тут же поджала губы и отвернулась, но я уже успела просиять почище «зверят».
В качестве поощрения и празднования нашей победы, я поспособствовала перемещению дислокации нашего обеда на берег озера. На мой взгляд, одного образцово-показательного приёма пищи в день в первое время вполне достаточно. Этим послаблением режима «зверята» тоже были довольны.
С нами на озеро отправились все три нэи наследников - Мистрис Сапота и две женщины помоложе, Клара и Сони.
Ледейшество наравне с несколькими слугами нёс поклажу.
.. .Утопающие верхушками в небе деревья расступились и мы оказались на невысоком утёсе над маленькой, очень уютной бухтой. Моим глазам предстали пологие извилистые холмы и. сразу два неба с плывущими по нему облаками! Одно, как и положено небу, было вверху, а второе, точь-в-точь такое же, как первое, лежало под нашими ногами, отчего создавалось невероятное ощущение полёта, даже парения. и я сполна прониклась желанием зверят тут оказаться.
Холмы по сторонам от бухты, к которой мы принялись спускаться, утопали в зелени и розовых кустах. Цветы, похожие на лотосы и магнолии одновременно источали нежный, чуть дурманящий аромат.
Воды озера устремились мне навстречу, и были они голубыми и такими чистыми, что с каждым шагом почему-то всё сильнее хотелось плакать. Нежное голубое зеркало манило и звало, заставляя сердце биться всё чаще и чаще. Ровная поверхность едва заметно колыхалась, словно сонно вздыхала и потягивалась, как после долгого сна. И эти томные вздохи завораживали, притягивали взгляд, словно магнитом. Казалось, ещё немного и эта небесная гладь уже не отпустит, дёрнет вниз, потянет, потащит волоком по своей поверхности, словно по катку!..
На секунду показалось, что над центром озера что-то мерцает, клубится дымкой. Я даже как будто разглядела смутные очертания, проступающие в воздухе и в тот же миг из груди вырвался всхлип, смешанный со стоном облегчения.
Это именно то, что нужно! Прямо сейчас!
Крылья за спиной затрепетали, зажужжали нервно, и я уже оторвалась от земли, как меня окликнула одна из нэй.
Осознание, что нельзя, не сейчас, не время было равносильно ушату ледяной воды, вылитой на голову. А понимание, что меня даже не магия контракта сдерживает, а чувство ответственности за детей, вмиг утяжелило крылья, заставило болезненно заныть лопатки.