Гувернантка из другого мира, или Фея с поличным (СИ)

Мистрис так и пошла пятнами и залепетала:
- Что? Я? Так заметно? С чего вы взяли? Да как вы смеете!
Я улыбнулась. Да было с чего.
На покрасневшем вмиг лице такая борьба отразилась, что мне даже почти её жалко стало. Но себя-то жальче. Потому что со «зверятами» я общий язык найду. Фирма гарантирует. Но откровенно не хочется, чтобы мне эта Забота палки в колёса ставила и воспитательный процесс подрывала.
- С того, что вы потворствуете их выходкам, - просто и честно ответила я. - Нет-нет, внешне вы ничем себя не выдали. К тому же я чувствую, что гувернантка вам позарез нужна.
Не моргнув глазом, я соврала:
- Это магия фей такая. Мы всё чувствуем. И мне просто понять надо, какую цель вы преследуете.
- Да какая тут цель! - вспылила мистрис Сапота. - Я с детьми с рождения! А вы на всё готовое пришли! К тому же понравились им! И я...
- Вы боитесь остаться ненужной, - припечатала я.
- Что?! Вы забываетесь, леди!
- Ничуть. Вы главное поймите: вы детям, как. любимая тётушка. А тётушки, особенно любимые, созданы для того, чтобы баловать детей, а не этикету их обучать. Нам с вами нечего делить, совершенно. Балуйте их и дальше, детям это только на пользу. Но давайте уважать друг друга?
Мистрис Сапота посмотрела на меня, жуя губами. Обитатели живых картин замерли, прислушиваясь.
- Похоже, вы и правда профессионал, - процедила мистрис Сапота.
Я кивнула, мол, фирма гарантирует, не обращая внимания на ставший ещё более настороженный тон.
И зря, как выяснилось.
- Для вас это забава, да, леди? Вы же упорхнёте потом, как и. - мистрис Сапота с трудом перевела дух, идя пятнами. - Как и вся ваша крылатая братия! А это дети! Дети!!! И они, как и все дети, имеют свойство привязываться! Да, я делала всё возможное, чтобы выбрать для них гувернантку.
- Попротивнее, - подсказала я.
Ну, раз уж мы тут карты раскрываем. Пусть я честнотравы не ела, но всё должно быть по справедливости.
- Именно! И тут появляетесь вы, - меня окинули брезгливым взглядом. - Вся такая парящая, воздушная! Смотреть противно! Попробуйте только причинить детям боль, и вы будете иметь дело со мной! Не посмотрю, что леди!
Я мистрис враз зауважала.
Ведь реально не посмотрит... И объяснять ей сейчас что-то бесполезно. Пусть пар выплеснет. По случаю ругалика с зельем правды даже эту самую правду ей простим. Мистрис Сапота не стала мне приятнее, да и я ей, как выяснилось, тоже. Вот только такое искреннее отношение к детям подкупало.
Не могло не подкупить.
И вот она орёт, разоряется, а у меня в груди теплеет.
Потому что понимаю, что «зверята», как бы то ни было, не одни в этом мире.
И оттого радостно на душе.
К сожалению, мою некстати вылезшую улыбку истолковали превратно.
Но чего уж там.
- Улыбаетесь? Смешно вам? Я посмотрю, как вы на балу посмеетесь! Дети должны вести себя безупречно! И если лучшим, уважаемым гувернанткам не удавалось их образумить, то вам и подавно.
Тут я принялась вслушиваться в тираду мистрис Заботы внимательнее.
Оказывается, уже на следующей неделе детей, - а скорее, меня, как их гувернантку, - ждёт первое серьезное испытание.
Первый выход в свет после гибели родителей.
В честь дня явления наследников объявлен бал, на котором соберётся весь свет (или правильнее говорить - «тьма»?) империи в честь предстоящей Инициации темнейшества.
Новость, мягко говоря, не обрадовала.
Как по мне, так детям совершенно нечего делать на подобных мероприятиях.
Ведь какому-нибудь послу ну, не знаю, какой-нибудь не сильно дружественной нам державы не объяснишь, что это дети с нестабильным даром.
Да уж, задачка намечается не из лёгких.
Мистрис Сапота вдруг подавилась очередным обличительством в мой адрес и замолчала, испуганно выпучив глаза.
Смотрела она мне за спину.
Оглянувшись, я столкнулась взглядом с темнейшеством.
Он с какой-то нечеловеческой скоростью приближался с противоположного конца коридора и производил впечатление несущейся прямо на нас лавины. Рядом охнула мистрис Сапота, гулко зазвенело, когда мистрис, отступая к стене, задела высокую вазу, расписанную золотом.
 
Сама же я была не в силах оторвать взгляд от темнейшества. Не сразу поняла даже, что он то ли ипостась на ходу меняет, то ли, наоборот, сдерживается, чтобы не сменить!
Взгляд огненно-голубых глаз был абсолютно бешеным!
Поравнявшись со мной, тёмный лорд выдохнул как будто облегчённо и менять ипостась передумал окончательно.
Неужели и он думал, что я улечу?
Это уже оскорбительно, в конце концов.
Мистрис Сапота тут же, запинаясь, завела шарманку о том, что она, не покладая рук, показывает мне дом, и что милорд Нэвесх прибыли, и что дети из-за меня ужинать отказались.
Ябеда.
Лорд, казалось, её не слушал.
Так и застыл, не сводя с меня глаз.
И это уже становилось не только странным, но и неприличным.
- Леди Фрейя Миноре, - наконец, заговорил он и на его низкий, бархатный голос в груди отреагировала какая-то неведомая прежде струна. Я вдруг ощутило беспокойство, от лорда буквально волнами исходящее. Липкое, густое, полное тревоги... За меня беспокойство. И несмотря на то, что вкус этой эмоции отвратительнее сиропа от кашля, то, что темнейшество за меня тревожился, почему-то так приятно было.
- Напоминаю, что согласно нашему контракту, вы постоянно находитесь рядом с детьми.
- Я помню, - ответила я. - Они с дядей сейчас. Вот мы с мистрис.
- Я имею ввиду, что вы не покидаете резиденцию, - перебил меня темнейшество.
Я пожала плечами.
Да я, собственно, и не собиралась.
- Мистрис Сапота, - тихо сказал тёмный лорд. - Пройдите, пожалуйста, в мой кабинет.
После чего лорд развернулся и пошёл обратно. Уже человеческим шагом. Мистрис Спота мелко засеменила следом.
Лорд вдруг резко оглянулся на меня, и я часто заморгала.
Стало стыдно, что вот так стою и пялюсь ему вслед.
- Ни ногой!
- Можно ли воспользоваться библиотекой? - отмерла я.
- Да, конечно, - кивнул темнейшество рассеянно. - Мистрис Сапота её откроет. А насчет личных вещей не волнуйтесь. Что-нибудь придумаем.
Я кивнула и выдохнула.
Одной проблемой меньше: не надо изображать амнезию, пытаясь «вспомнить», где они, эти мои личные вещи.
Или врать о том, что забыла адрес.
  
Глава 15 О том, как я спрашивала, как пройти в библиотеку
 
Под потолком в золотой лепнине парили небольшие, каждый размером с футбольный мяч, шары. Они излучали тёплый мерный свет и были похожи на разноцветные луны. Опустевший коридор, - довольно широкий, кстати, запросто можно целый школьный класс с партами разместить, - также освещала красивая боковая подсветка. Приглядевшись, я поняла, что каждая рама, обрамляющая живую картину, исходит ровным безмятежным светом.
И вот стою я посреди всей этой красоты и идиллии и верчу головой в недоумении.
Мистрис Сапоты с темнейшеством след простыл, а я одна осталась. А дом этот, который здесь мило зовут усадьбой, мягко говоря, немаленький. Все эти коридоры и анфилады, конечно, не лабиринт Минотавра, но на каком из трёх этажей нужная мне библиотека, я так и не выяснила.
Понятно, что нужно было за темнейшеством с Сапотой топать, но я сперва растерялась, -уж очень злым и взмыленным темнейшество вернулся, где бы там он ни был. Ничего общего с тем сорвиголовой, который утром за мной на дерево лазил. А потом, когда отмерла, уже поздно было.
И, как назло, вокруг ни души.
Снизу раздавались вопли «зверят», но я рассудила, что вряд ли они затеяли игры у библиотеки. Значит, надо у кого-то из слуг спросить.
Заодно и оглядеться спокойно, а не бегом за мистрис Сапотой по коридорам.
На ближайшей картине лениво водила щёткой по волосам томная дама.
Заметив, что она с интересом меня разглядывает, даже рука с расчёской замерла, я решила, что хуже точно не будет и обратилась к даме: