Они совсем рядом (СИ)

— Четвёртый аварийный шлюз. — Раздался голос капитана по связи. Воздух во всех помещениях был откачан, для уменьшения действия ударных волн, могущих возникнуть в случае взрыва. — Перестали работать все внешние камеры. Кто-то пытается открыть люк снаружи. Лабар, следуй туда.
Сверившись с картой, Лабар пошёл к названному шлюзу. Штурмовики быстро перестроились. Теперь перед звездой псионов двигались солдаты в тяжёлой броне. По мере приближения к шлюзам легко одетые солдаты исчезали в узких проходах, которые вели к тяжёлым орудиям, спрятанным в стенах. Управление и вся автоматика у таких орудий была только на ручном управлении. Электронику некоторые псионы легко взламывали. На случай ментального контроля предусматривался узкий сектор обстрела. Фактически стрелять можно было только вдоль коридора в предполагаемых атакующих. Развернуть орудие против своих было невозможно физически.
Без тяжёлых орудий оборона корабля бесполезна. Штурмовые дроиды и тяжёлые штурмовики легко выдерживают попадание из стрелкового оружия.
— Проклятые тыхи! — Выругался капитан. — Они прогрызли наружную створку и лезут в шлюз! Это не аборигены! Это какие-то монстры!
— У нас тихо. — Возразил Лабар. Он приложил руку к стене коридора, надеясь ощутить отголоски разрываемого металла.
— Забудь слово «невозможно» в этой проклятой системе! Смотри! — Капитан отправил картинку с камер, расположенных внутри шлюза.
Странные существа, похожие на осьминогов, один за другим проникали в шлюз через чуть приоткрытую створку люка. Запорные механизмы были изъедены кислотой. Да и сам люк после каждого проникшего внутрь осьминога покрывался глубокими шрамами от коррозии. Слизь, капающая со щупалец на палубу, начинала пузыриться, реагируя с покрытием. Насколько знал Лабар, такое покрытие делалось химически и физически очень стойким.
— Ты что-нибудь чувствуешь? — Повернулся он к своему менталисту.
— Тишина. Это или машины, или их разум на уровне насекомых. — Ответил тот. Изображение, поступающее с камер, он тоже получил. — Но на архов не похоже. Там ощущается присутствие управляющего менталиста, а здесь полная тишина.
— Будем надеяться, что горят они хорошо. — Попытался приободрить окружающих, а скорее самого себя, пирокинетик.
— Создай огонь. — Неожиданно приказал ему Лабар. Пирокинетик подчинился, и его рука окуталась пламенем. Причём на скафандр пламя никак не влияло. — Порядок. Лабар расслабился. — Мне показалось, что эти осьминоги могут гасить пси-способности. Но, к счастью, я ошибся.
* * *
Мел-та мрачно оглядывал лётную палубу. Она была плотно заставлена штурмовыми ботами и универсальными истребителями поддержки. Ему было непонятно, почему капитан не выпустил эти корабли на оперативный простор. В этот момент пришёл приказ от капитана для группы Лабара.
Разглядывая странных осьминогов на экране, встроенном в шлем, Мел-та немного расслабился. Место проникновения стало известно, и он со своей группой находился далеко от него.
Внезапно чувство опасности снова дало о себе знать. Мел-та начал судорожно оглядываться, ища её источник, но ничего не находил.
Четверо его подчинённых стояли, привалившись к штурмовому боту. Штурмовики старались держаться от псионов подальше. Только пятеро из них стояли в тяжёлой броне, повернувшись лицом к внешним створкам лётной палубы. Они должны были принять первый удар на себя и дать время псионам подготовится к отражению атаки. Тяжёлая броня не имела мускульных усилителей. Аграфы, носившие её, проходили усиленный курс силовой подготовки. Желающих добровольно уродовать своё тело излишними мышцами среди чистокровных аграфов находилось мало. Поэтому в тяжёлые штурмовики чаще шли полукровки. У них лучше нарастали мышцы, к тому же это был один из немногих вариантов получить признание чистокровных аграфов и покровительство какого-либо дома.
— Си-ток! — Крикнул Мел-та менталисту, хотя необходимости в этом не было. — Проверь пространство вокруг на присутствие чужих!
— Всё хорошо, командир. Всё хорошо… — Млеющим от удовольствия голосом ответил менталист.
  
— Какого?… — Мел-та оглянулся. Си-ток навалился на бот спиной и мелко подрагивал, раскинув руки. — Придурок! — Сквозь зубы выругался Мел-та, но больше ничего делать не стал.
Менталист принял сильнейший стимулятор, запрещённый к продаже и использованию. Видимо, тоже почувствовал, что дело плохо. Стимулятор запредельно поднимал ментальные способности, но отбирал за это часть жизни. У человека каждое применение отнимало пару лет. Для долгоживущих аграфов два года считались бы ерундой, но наркотик отнимал именно часть жизни, что для аграфов равнялось десятилетиям, а то и полувековым её сокращением. Сразу после введения наркотик вызывал эйфорию, которая постепенно проходила. На её место приходила злоба и раздражительность, что вкупе с усилившимися метальными способностями, почти всегда плачевно заканчивалось для окружающих.
Именно поэтому у всех остальных псионов звезды Мел-та были установлены самые совершенные имплантаты сполотов, защищающие от ментального воздействия.
Плюнув на бесполезного в ближайшее время менталиста, Мел-та рявкнул остальным:
— Приготовиться! Сейчас нас будут убивать!
Словно в подтверждение его слова, внешние створки лётной палубы пришли в движение. Тяжёлые штурмовики подняли пулемёты и обшаривали стволами раскрывающийся проём.
Трое псионов из пятёрки разошлись в разные стороны, чтобы не попасть под один удар неведомого противника. Лишь менталист продолжал млеть, распластавшись на броне бота, как змея на солнышке. Мел-та глянул на происходящее в четвёртом шлюзе. Осьминоги продолжали заполнять шлюзовую камеру. Они действовали не спеша. Ползали друг по другу и по стенам. Никаких осмысленных действий осьминоги не предпринимали, только кислота, выделяемая их телами, всё больше разъедала пол и стены шлюзовой.
— Что за хрень здесь творится! — Не выдержав нарастающего предчувствия смерти, заорал в полный голос Мел-та.
— Держи себя в руках! — Рявкнул капитан на общем канале. — Возможно, у вас просто сбой в цепях управления внешними створками из-за кислоты этих тварей. У нас вся электроника сбоит периодически.
— Ты сам-то в это веришь? — Успел ответить Мел-та, как ситуация снова изменилась.
Прямо перед штурмовиками возникла прозрачная человеческая фигура. Те сразу открыли огонь, перечёркивая очередями фигуру крест-накрест, вдоль и поперёк.
Сначала тяжёлые пули наносили ей сильный урон. Казалось, фигура была сделана из воды, но та почему-то не испарялась в вакууме. Многочисленные брызги от попадания пуль летели в разные стороны. Отстреленная правая рука упала на палубу, растеклась обычной лужей и втянулась в ноги непонятного создания. На месте культи уже выросла новая рука.
Мел-та навёл своё оружие на прозрачную фигуру, но так и не нажал на спусковой крючок. Его развитая интуиция не видела уязвимых мест у этого существа.
Постепенно пули стали наносить все меньше и меньше вреда. В конце концов, попадая в прозрачное тело, они сразу вязли в нём и начинали опускаться вниз.
Чтобы научиться противодействовать пулям, у существа ушло меньше десяти секунд. За это время пирокинетик с кинетиком успели подготовиться и ударили скоординированно.
Прозрачную фигуру сначала расплющило от воздействия кинетика, а потом всё вокруг заволокло густым паром, который почему-то не спешил рассеиваться в открытом космосе.
Мел-та накрыло волной ужаса.
— Си-ток! Где ты есть, затрахай тебя тыхи! — Заорал он.
— Не лезь. — Послышался хриплый голос менталиста. — Эта тварь сильна, но я сильнее…
— О чём ты говоришь?
— Что у вас происходит? — Вмешался капитан корабля. — На камерах ничего не видно.
— Нас атакуют. — Мел-та начал пятиться в сторону шлюза, ведущего во внутренние помещения корабля. — Ты послал меня на смерть, капитан. — Внезапно окрысился он. — Ваши твари лишь обманка для детей. Файв⁈ Слом⁈ Сид-за⁈ — Позвал он остальных членов своей команды. — Где вы, тыхи вас побери?