Н - 7 (СИ)
— Тогда вези к Аймара.
— С другой стороны… А у нас страхуют свадьбы? Есть такая услуга? Ну, чтобы если все вдребезги…
— Национальные традиции не страхуются. Там всегда все в дребезги.
— У нас с Инкой будет красивая, спокойная, мирная свадьба без происшествий.
— То есть, ты и меня решил не приглашать? — Возмутился уже я в свою очередь, и не слушая оправдания ушел в пикап.
Все равно он в кабину не помещается, а с улицы спорить несолидно. Вон, уселся в кузов — аж джип повело. Сидит, с пулеметом играется. Или меня представляет и расстреливает с тихим «тра-та-та» под нос.
— Я дал им адрес, — хлопнул второй дверью господин полковник. — Завершат и привезут.
— Не сбегут? — Для порядка уточнил я, заводя двигатель.
— Я пообещал им присниться, если сбегут. — Поправил очки его сиятельство.
Вот уж чего я не умею — и никто не торопится учить…
Дорога обратно, расчищенная частыми поездками банды, стелилась под колесами, не вызывая особых проблем. Даже слегка перегруженный, пикап спокойно забирался на кучи разнообразного хлама и поднимался на высокие бордюры там, где основную дорогу перекрывали остовы сожжённых автобусов и машин. Разве что отметил активность ближе к отелю: окрестное население начало любопытствовать более благополучными соседями. В проулках через десяток зданий от нашего отметил джип с дежурным-водителем. Останавливаться и расспрашивать без толку — отсветы биноклей наблюдались визуально с самого утра, и с разных частей города. Не миновать визитов: кого-то определенно заинтересует место с электричеством, а в этом городе все уже привыкли отнимать.
Стрелять в сторону каждой активности тоже не будешь — всегда есть шанс, что перед тобой просто люди, желающие заселиться в дорогой отель. Или отчаявшиеся, которые ищут в осколке цивилизации — приют, еду и тепло.
Именно за таких я и принял группу молодых людей, сидящих и стоящих поодаль от входа в отель — защита их не пускала. Внутри же охраняемой территории стоял Руслан Артемьевич и помахал нам рукой, что все в порядке.
Бандитский пикап загнали внутрь территории — надо будет его потом перекрасить, чтобы не портил репутацию. Выгрузились из кабины и подошли к терпеливо ожидающему завучу.
— Кто эти люди? — Краем глаза рассматривал я колоритную группу молодежи.
Семь человек — пять девушек, два парня. Одеты не по погоде легко — тонкие кофты с капюшонами кричащих цветов, белые кеды, хитро уложенные прически и чумазые лица, на которых царила растерянность пополам с опаской. В руках — телефоны, которые видят сеть. Можно будет потом послушать, о чем говорили. Но, кажется, нам итак все сейчас расскажут — хотя бы в общих чертах.
— Докладываю: группа задание выполнила, личный состав готовится к приему пищи.
Кстати, обед! Я посмотрел на наручные часы и отметил десять минут первого.
— Телеграф обесточен, ремонтные работы ведутся силами городских служб. — Продолжил завуч. — Завербованы три техника из местных. Установлены репитеры и оборудование съема сигнала. Ожидаем только подключения электричества. По ходу движения было три огневых контакта, неприятель бежал. И вот… На обратном пути встретили группу неизвестных, — взглядом указал он на парней и девчонок. — Бросились к нашим репортерам. Говорят, из Парижа, молодые аристократы. Завербованы наводить порядок в городе. Прибыли утром на самолете. Два часа назад вступили в боевой контакт с превосходящими силами противника. Часть осталась прикрывать, вырвались только эти семеро. В городе совсем не ориентируются, рванули к шпилю телебашни, встретили там нас. Попросились идти с нами. — Пожал Руслан Артемьевич плечами.
— Вот! Вот про это я и говорю! — Хлопнул меня ладонью по плечу господин полковник. Истинный штабс-ротмистр! Отправили с отделением, вернулся с двумя!!!
— О, я его знаю! — Бестактно ткнув пальцем, громко крикнула одна из «найденышей» — в полосатых лосинах и гривой зеленых волос. — Это Давыдофф! У него два с половиной миллиона подписчиков в инстаграме!!!
— Ну, что я вам говорил? — Шепнул я господину полковнику. — Узнали даже в очках!
— Господа! — Широким жестом повел рукой явно довольный князь. — Полагаю, мы еще можем прийти на помощь их товарищам! Или хотя бы отомстить!
— Если их друзья — аристократы, их никто не станет убивать — Пожал плечами Руслан Артемьевич. — Раз не убили сразу, то явно пожелали взять в плен.
— Нам уже передали! — Активно закивала девчонка, тряхнув рукой с сотовым в забавном меховом чехле. — У родителей Анри и Филиппа требуют выкуп!
— Экие мерзавцы. — В справедливой злости дернул его сиятельство кончик уса. — Вы слыхали, ротмистр! Ничто не может отделить меня от подвига!.. — Шагнул он обратно к барьеру.
— На обед — вареники, господин полковник, — кашлянул я в руку.
— Ничто не может отделить меня от подвигов после вареников!
— Полагаю, нам следует пригласить молодых людей к нам в отель. — Вздохнул я, снимая защиту. — Йохан, запишите титулы новоприбывших!
Глава 6.2
Полноватый мужчина с залысиной, тщательно укрытой прядями светлых волос, вальяжно развалился на кресле по ту сторону экрана видеоконференции. В руках его был недопитый стакан с коктейлем и кубиками льда, на плечах — небрежно перевязанный на поясе домашний халат. Чуткая аудиосистема доносила ритмичные звуки вечного праздника жизни во дворце Йорга Латтнера, сеньора ганзейского города Бремен и покровителя северо-востока Любека.
И Георг Ходенберг чувствовал, как бешенство пополам с раздражением подкатывают к горлу. Опасные чувства — минуту назад их не было, а значит визуальный образ Латтнера ударил по правильным эмоциональным центрам: неприятию праздности и лености; напряженной ситуации, которую все они обещали контролировать; и личный пласт чувств — из-за которых пришлось срочно вызывать Йорга, а тот заставил себя ждать.
Георг изобразил пальцами сложенных за спиной рук знак опасности. Картинку на экране тут же сменили на изображение змеи с медно-золотистой чешуей, пристально глядящей в кадр.
Стало легче.
— Объяснишься? — Холодно произнес Георг Ходенберг.
— Мы просто отдыхаем, — явно улыбнулись по ту сторону кадра. — Дела идут хорошо. Тебе тоже не мешало бы расслабиться. — Зазвенел лед в полупустом бокале.
— Мои самолеты привезли благородное мясо из Европы. А твои люди перехватили микроавтобусы, убили водителей, пленили часть мяса и требуют выкуп.
— Я всего лишь хочу немного заработать! — возмутились пьяненьким голосом. — Когда это стало преступлением, Георг?
— Правление постановило, мясо должно быть импульсом к новой мировой войне. Ты нарушаешь волю правления, Йорг.
— Ты отключил видео, верно? — С небольшой заминкой поинтересовался спокойный и абсолютно трезвый Латтнер. — На твоей сетчатке отражается ровный фон.
— Твои мозгокруты придумали что-то новое?
— Есть неплохие наработки. — Не стал отпираться коллега. — Крупные телеканалы с руками отберут — ненависть хорошо поднимает рейтинги… Хочешь, поделюсь?
— Аристократы, Латтнер. — Не повелся на замаскированную взятку Ходенберг. — Это были мои аристократы, и мне было поручено определить их судьбу.
— Там остались семеро — им дали убежать. Занимайся семерыми.
— Йорг, массовость — это часть плана, — гнул свою линию Ходенберг. — Они должны были стать героями, а потом умереть от руки русских.
— Я продам заложников родным. И уже потом их убьют русские. — Наставительно произнес Латтнер. — Свое количество в новостях ты получишь.
— Нам нужно охватить все страны и социальные группы. Мы проработали на это мясо любовные линии, сценарии боевого братства и самопожертвования. Мои люди отбирали из пяти сотен кандидатур! А ты взял — и все перечеркнул!
— И что ты сделаешь? — Фыркнули по ту сторону экрана. — Соберешь правление? Твой подход лишает нас прибыли — это ты им скажешь?
— Мой план функционален и лишен рисков! Ты сам за него голосовал! — чувствовал Ходенберг, как кулаки сжимает уже самое настоящее бешенство. — Мне некем теперь добирать массовку! После новостей о выкупе, всю молодежь заперли по домам!