Место Силы 3. Тьма внутри (СИ)

— Сейчас сделаю.
Мы тут не обладали никакими шкалами, позволяющими оценить, насколько мы сильны или слабы. Но судя по тому, что я видел, Алеф за время, прошедшее с нашего знакомства, стала гораздо сильнее.
На первом уровне она котировалась не слишком высоко, считалась слабенькой Целительницей, даже Лин мне пеняла, что я выбрал в пятёрку её. Однако сейчас, похоже, Алеф могла дать фору дажеЦелителям, прошедшим все десять уровней.
Момент, когда кислота перестала пожирать плоть, был физически ощутим. Илайя прекратила вопить и вырываться, слышалось лишь её тяжёлое дыхание.
На лбу Алеф выступили крупные капли пота.
— Господи, — пробормотал Ери.
Невооружённым глазом было видно, как вырастают отожранные холодцом ступни. Белая кожа. А по ней, словно клякса, ползла чернота — обтяжка восстанавливала форму. «Заживала».
— Алеф… — нерешительно позвал я.
— Я справляюсь! — рявкнула она на меня так, как никогда раньше. Скорее подобного тона можно было ожидать от Лин.
Илайя тихонько скулила. Я попытался представить, что чувствует человек, у которого вот прям так, в реальном времени вырастают конечности — и не смог. Но когда посмотрел на лица Сайко и Гайто, увидел там глубочайшее сочувствие.
Они — знали.
И Лин тоже знала.
Грудные створки кибера раскрылись, и она, подтянувшись на перекладине, выскочила наружу.
— Зайдём? — предложила мне. — Здесь мы ничем не поможем. А Илайя вела нас именно сюда.
Я кивнул, заставив себя отвести взгляд от ног Илайи.
Мы вошли в комнату, и я уставился на телевизор.
Когда я только попал сюда, мне казалось странным примерно всё. Я просто шёл, куда показывали, и лишь кивал. Взорвавшийся смарт? Ладно. Ожившие мертвецы? Принято. Другой мир? Как скажете. Пауки? Пусть будут. Телевизор в комнате на стене? Хренли бы и нет.
Но сейчас, когда я побывал на поверхности, поговорил с Хранителями, прошёл задом наперёд десятый, девятый и восьмой уровни, увидел кучу всего такого, что человеку вообще не предполагалось видеть, я начал понимать, что телевизор — это полная чушь.
А на паучьем уровне я находил книги. Человеческие книги. Правда, они распадались в труху, стоило их коснуться.
Ну, а телевизор показывал помехи. Всё честно.
— Как будто здесь ничего нового, — сказала Лин.
— Угу…
Говорить с Лин нормально не получалось. Я в каждом её слове, в каждом движении настороженно ловил намёк на то, что… В общем, нам, по уму, не стоило бы дальше работать вместе. Но выбора нет. И вариантов, как всё разрулить, я не вижу.
Холодец после выстрела Сиби разметало в разные стороны, и когда мы вошли в комнату, ошмётки уже исчезли. Комната реально нисколько не изменилась после нашего последнего визита.
— У кого-нибудь есть попкорн? — спросила Сиби.
Я оглянулся. Все потихоньку заходили в комнату. Только Сайко и анфал оставались с Алеф и Илайей.
— Я так понял, это — цель нашего милого путешествия? — спросил Майлд. — Хотелось бы немного понимания…
— Понимания! — фыркнул Гайто. — Брат, ты слишком дохрена хочешь.
— Может быть, — пожал плечами Майлд. — Никогда не видел смысла ограничивать себя в желаниях. Жизнь сама поставит рамки, сука это умеет. Помогать ей — не моя забота.
— Сейчас Илайя придёт в норму и, наверное, что-то объяснит, — сказал я, вглядываясь в помехи.
— Значит, привал, — скомандовал Данк. — Давайте, ребята. Отдохните. Куда бы мы ни двинули дальше — поработать ещё придётся…
Звук, пронёсшийся по туннелю, заставил Данка замолчать. Все повернулись к двери. Сайко отвёл взгляд от колдовства Алеф и уставился куда-то.
— Что там, Сайко? — спросил я.
— Пока ничего, — ответил он. — Звук был такой, как будто крикун попытался на кого-то заорать, и его немедленно превратили в фарш.
Звук был именно такой.
— Ну, мы ведь понимаем, что твари ещё остались, — сказала Райми. — И они продолжают вылупляться. Видать, одного коротнуло. А может, голос пробовал. Не между собой же они дерутся?
— Ну да, — пробормотал я. — Хотя чёрт их знает.
Больше никаких странных звуков не было. Я опять повернулся к телевизору. И, чувствуя ответственность за всех, кто здесь собрался в ожидании ответов, сказал:
 
— Когда я попал сюда впервые, то увидел на экране пейзаж… Тогда не придал этому значения, но потом случилась странная штука. Это было после Наказания. Я прилёг у себя в комнате и, наверное, моментально вырубился. А может… не знаю. В общем, из-под кровати выбрался крикун.
— В рот мне жопу, я бы сдохла в ту же секунду, — выпалила Сиби.
— Он начал делать эту свою хрень, — продолжал я. — Ну, вы понимаете. И я вдруг очутился здесь. Я стоял на этом самом месте, смотрел на экран. И там снова был тот же самый пейзаж. Могилы. И — кибер, который принёс на руках одного инопланетянина… — У меня начал дрожать голос, а потом и руки. — Блин… Столько всего… И только сейчас до меня дошло, что я впервые увидел кибера во сне. И грунт… небо… Это был тот мир, что наверху! Как мне могло это всё присниться, если я ещё даже не знал, что такое бывает?!
Кто-то коснулся моего плеча. Я посмотрел — Райми.
— А как можно видеть «прописи»? — спросила она. — Как можно выучить десять чужих языков за десять дней? Мы понятия не имеем, что тут сделали с нашими мозгами, Крейз. Не стоит сходить из-за этого с ума.
Она не удержалась — хихикнула, поняв, какую неоднозначную сентенцию только что выдала. А мне было не до смеха.
— Там, в том сне… — Я проглотил ком, застрявший в горле. — Во время наказания мы многих потеряли. Но одного почти у меня на глазах сожрал холодец.
— Скрам, — сказал Гайто.
Я кивнул.
— Когда я обернулся, во сне, то увидел его. Склизкое бесформенное нечто. Он сказал какое-то слово, которое я понял, как «Гайто». И наша пятёрка сложилась.
Я повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Алеф закончила работу. Погасли два солнышка, она устало опустила руки и прислонилась спиной к дверному косяку. Посмотрела на меня, улыбнулась. Видимо, не слышала, не концентрировалась на том, что я говорю, пока она лечила Илайю.
— Эта комната, — сказал я. — Холодец. Кибер. Инопланетяне. Мне показали какие-то намёки на будущее, и теперь всё словно замкнулось. Круг замкнулся.
Илайя села на полу, подтянула к себе ноги. Осторожно и как-то смешно пошлёпала ступнями по полу, будто проверяя, действительно ли у неё есть ступни. Встала. Сайко помог ей. Вместе они вошли в комнату, перешагнув через вытянутые ноги Алеф.
Быстро освоившись, Илайя высвободила руку и уже сама подошла к телевизору. Осмотрела его, чуть ли не обнюхала и — кивнула.
Кресло валялось рядом со сломанным столом так же, как и миллион лет назад, когда я попал сюда впервые. И Илайя взяла его…
Ко многому я привык в Месте Силы. Но до сих пор не сумел отучиться вздрагивать при виде того, как хрупкая девушка играючи поднимает тяжести.
Илайя взмахнула массивным креслом легко, как табуреткой из бамбука, и ударила.
— Нет! — вскрикнул я, но крик раздался одновременно со звуком удара, и на пол посыпались осколки.
За разбившимся экраном открылась бездонная чернота.
Холодный ветер взъерошил мне волосы. Только вот дул он не оттуда, а — туда. Чёрная дыра высасывала воздух из туннелей.
— Смотри, — сказала Илайя таким тоном, будто я всю жизнь смеялся над ней за её веру в единорогов, и вот она привела ко мне одного.
Я смотрел.
Там была тьма. И ещё бо́льшая тьма свивалась кольцами между звёзд.
  
61. Почему ты идёшь задом наперёд?
 
Мне было не привыкать к таким вывертам собственного сознания.
Я видел странные сны с самого старта своей карьеры в Месте Силы. Я видел глюки наяву. Я умел переключаться в режим коллективного разума. Я превращался в огромного кибера. Я неоднократно оказывался под воздействием воронки крикуна.
И сейчас, когда всё вокруг исчезло, я не запаниковал. Я просто принял как должное, что остался один, в пустоте, а передо мной шевелилась, разворачивалась тьма. И смотрела на меня ничем из ниоткуда.