Стерва поневоле, или Инструкция по выживанию
– Кейра не дает мне исцелить её запястья, – озвучил он причину нашего последнего спора. Ректор посмотрел на мои руки и, встретившись со мной взглядом, спросил.
– Почему? – причем таким тоном, что промолчать нельзя.
– Вы сами приказали не приводить себя в порядок, лорд-ректор, – без всякого выражения сказала я. Он с досадой выдохнул и выпалил.
– Я имел в виду одежду, надеясь, что это охладит ваш пыл, пока я буду разбираться с нашим главным поваром, – он требовательно протянул руку мне. Непонимающе смотрю на него, и он озвучил приказ. – Давайте ваши запястья, адептка. Я прекрасно исцеляю. – Я покачала головой, проигнорировав красноречивый хмык Регейро.
– Я сама справлюсь. Спасибо.
– Кейрина, – рыкнул он. И я подчинилась: лучше бы сама все себе исцелила пораньше, Тьма свидетель. Аскар внимательно смотрел на меня своими темно-карими глазами, ожидая, когда я подойду и протяну руку. Обхватил запястья правой руки, и я не смогла скрыть нервную дрожь. Сжала зубы, призвав всю выдержку на помощь. – Вы вздрогнули? – как-то вопросительно сказал он.
– Замерзла, – ляпнула первое, что пришло на ум. И Аскар понял, что я соврала. И какая-то… хмм… самодовольная тень улыбки промелькнула в его глазах. Явно даже не заподозрил правду. Окинул взглядом мокрую облипшую мое тело одежду, его взгляд потяжелел. Отпустив правое исцеленное запястье, он обхватил мое второе запястье. В этот раз реакцию скрыть получилось. Я думала, что меня вскоре отпустят на свободу – ошиблась. Расстегнув манжет моей рубашки, он задрал рукав. И увидел следы, что оставили нити «кукловода». А сопротивлялась я им сильно, так что можно сказать, что сама себе боль причинила.
– Что это?! – пораженно спросил он.
– Следы от нитей «кукловода», – пожав плечами, сказала абсолютную правду. Ректор несколько секунд смотрел в мои глаза: я прямо видела, как заново в его голове складывается картина произошедшего в столовой. Перевел взгляд на Аллитера, и вновь посмотрел на меня.
– Я не видел заклятия. – и провел по моей руке вверх, покалывание подсказывало, что он просто лечит, но напрягалась я все сильнее.
– Иллюзия. – я пожала плечами, одновременно пытаясь незаметно освободиться. Не получилось, пришлось просительно сказать. – Лорд Аскар, я схожу в целительское крыло… Вы же не можете меня всю исцелить?! – последняя фраза была на грани фола, но остановить его я была обязана. Он прикрыл глаза, пряча желание как раз этим заняться. Ага, причем наедине, и в его спальне. И прятал он желание скорее от Аллитера, понял, что я уже в курсе его «хотений». Отпустил мое плечо и отступил в сторону. Обошел стол и сел в кресло, окидывая нас задумчивыми взглядами.
– А устно внушить Аллитеру, что его приставания вам неприятны, вы пробовали? – без всяких эмоций в голосе, уточнил он.
– Пробовала, – с трудом заставила себя ответить спокойно. Подсчитала в уме сколько раз, сбилась на втором десятке. Плюнула. И сдерживаясь из последних сил, сказала. – Уже несколько дней пытаюсь донести сию мысль до сокурсника, не понимает. – и уже с легким намеком на кое-кого другого, закончила. – Некоторые мужчины не желают слушать отказы от приглянувшихся им девушек. – По взгляду ректора поняла, что намек он понял и оценил. Удивился, Аскар, действительно, был привлекательным мужчиной лет тридцати трех-тридцати пяти (мы медленнее стареем, так что сейчас я говорю о его примерном возрасте, а выглядит он ровесником Аллитера), а не только думал о себе так. Но сказать ничего не успела, раздался стук в дверь.
– Разрешите войти, – донеслось от двери. И я чуть не застонала: голос моей соседки. Той, что детектор лжи. Понятия не имею, как работает её дар, но она чувствует именно ложь. Вопрос: зачем ректор её вызвал?
– Проходите, адептка Натали ис Байко, – приглашающе кивнул ректор. И пока она подходила к нам, озвучил приговор Регейро за драку. – Штраф за всю разбитую посуду, и переломанную мебель оплачиваете вы, адепт Аллитер. Также после практических занятий и сегодня и завтра, поступаете в полное распоряжение главного повара. – Я улыбнулась: есть справедливость в этом мире. Пусть и мизерная. Представила, как Аллитер будет чистить картошку без магии, и улыбнулась ещё шире. А потом почувствовала взгляд ректора, и улыбаться перестала. Встретилась взглядом с темно-карими, сейчас почти черными глазами и обреченно выдохнула. – А ваше наказание за драку, адептка, я озвучу позже.
– Нет, – твердо сказала я. Только свидетели остановят его от высказываний своих пожеланий. – Вы озвучите его СЕЙЧАС! – грубо, не спорю, невежливо и все такое прочее, но что ж так реагировать. Ректор зло сверкнул глазами.
– Да не придумал я его ещё! Действительно, не знаю, как наказать девушку, которая просто защищала свою честь. – я отвела взгляд, переведя его на окно за спиной ректора. Значит, ему ещё не доложили коллеги, что от моей чести даже ошметок не осталось. Но в неведении долго не продержат, это точно!
– Я – свободна? – уточнила я, желая, наконец, покинуть кабинет ректора и привести себя в порядок. От практически ощутимых взглядов мужчин было откровенно неуютно.
– Нет, – ответил ректор, откидываясь на спинку стула. И внимательно следя за моей реакцией, спросил. – Кейрина, скажите, световое шоу в пятницу вечером, а точнее в ночь на субботу, устроили вы? – Я прикрыла глаза всего на секунду. Надеялась спрятать прозрение: теперь понятно, зачем он позвал Натали.
– Шоу? Световое? – переспросила я удивленно. Не хватало быть наказанной ещё и за это, поэтому попробуем отвертеться. – Не помню ничего подобного. – Аллитер закашлялся, «удивленно» посмотрела на него. И заметила, как Натали кивнула.
– Странно, – протянул ректор, слишком изучающе глядя в мои глаза. Не верит! Удивительно, о способностях Натали знает вся Академия. – Я думал, об этом происшествии знают все.
– Я тоже в курсе, – пожала плечами. – Но не помню ничего подобного.
– Вы ночевали в Академии? – я кивнула, старательно не смотря на Натали (интересно, ректору известно, что она ещё и моя соседка по комнате?). Ректор посмотрел на Натали (а я подумала, что могла бы просто покачать головой, она же правду-ложь только в словах слышит). Она никак не среагировала, хотя подоплека вопроса ректора читалась в его глазах. Озвучивать вопрос, где я ночевала, ректор не стал, хотя догадка, что не у себя, явно мелькала в его взгляде. Но это личное дело каждого, где ночевать. Странно другое, промолчала Натали, а ябедничать девчонки умеют прекрасно. – Так почему вы не помните это просто грандиозное зрелище? – Ну и что на это сказать, рядом с детектором? А попробуем так.
– После тренировки комбинированных боев в пятницу я была немного не в себе. Отправилась в комнату. – сначала насильно, потом добровольно, владельцев комнат не озвучиваем. – Поужинала, – про «выпивку» нельзя: не запрещено, но не желательно. – И… едва оказалась на кровати, как сознание вырубилось до утра. – последнее воспоминание, как я пересела на койку к Бесу (обсуждали планы на Новый год), а дальше творило мое подсознательное. И я уверена в этом на 100%. Натали встретилась со мной взглядом и не скрыла улыбку (и что она заподозрила?). А на вопросительный взгляд ректора просто кивнула. Регейро промолчал, задумчиво как-то поглядывая на меня. А ректор продолжал смотреть вопросительно, я же просто пожала плечами. Минуту он изучал меня, а потом сказал всем сразу. – Свободны. Хотя нет, Регейро задержитесь. – Я вышла, точнее чуть не побежала к двери, но на пороге была окликнута ректором. – Кейрина, трудно быть единственной и при этом очень привлекательной девушкой в мужском коллективе? Я про группу сейчас.
– Нереально трудно! – абсолютно искренне сказала я и даже улыбнулась. Кажется, он что-то понял. – Периодически начинаю сожалеть о своей привлекательности.
– Лжешь, – не сдержалась Натали. Да-да, я жалею об этом постоянно, но всем знать об этом не обязательно.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».