Дневник Распутина
Питирим (в миру П. В. Окнов) – с 1915 г. – митрополит Петроградский и Ладожский. Гомосексуал, подозревался в хлыстовской ереси. Был с Распутиным в дружеских отношениях. «Эх, барыня, сударыня… её мать твою консисторию, а Питирима, сукина сына, проведем в митрополиты…» – выкрикивал, по воспоминаниям В. А. Жуковской, Распутин во время одной из своих неистовых плясок
И. Ф. Манасевич-Мануйлов – журналист, агент охранного отделения. В 1912 г. взял у «старца» скандальное интервью для «Нового времени», за что тот позднее его упрекал: «Я те всё говорил для души, а у тя вышло всё для гумаги!..» В дальнейшем, однако, стал секретарем и одним из ближайших конфидентов Распутина
А. Н. Хвостов – министр внутренних дел (1915–1916). Стал главой МВД, благодаря протекции Распутина, что не помешало ему принять участие в заговоре с целью убийства «старца». «Я ведь, – говорил о себе Хвостов, – человек без задерживающих центров. Мне ведь решительно все равно ехать ли с Гришкой в публичный дом или его с буфера под поезд сбросить…» Заговор был быстро раскрыт, благодаря произошедшей «утечке»
С. П. Белецкий – директор Департамента полиции (1912–1914), товарищ министра внутренних дел (1915–1916). По его мнению, у Распутина «…идейных побуждений не существовало, и… к каждому делу он подходил с точки зрения личных интересов своих и Вырубовой»; «.. помогая кому-нибудь, он затем стремился поработить того, кому он был полезен», а на уступки шел лишь в тех случаях, «когда это отвечало его интересам»
М. В. Родзянко – председатель III и IV Госдум (1911–1917). Активный противник Распутина. Выгнал его из Казанского собора, где проходили торжества по случаю 300-летия Дома Романовых, несмотря на то, что «старец» предъявил ему пригласительный билет. О Распутине вспоминал: «…повернулся ко мне лицом и начал бегать по мне глазами: сначала по лицу, потом в области сердца… Так продолжалось несколько мгновений. Лично я совершенно не подвержен действию гипноза…но здесь я встретил непонятную мне силу огромного действия…»
А. И. Гучков – председатель III Госдумы (с 1910 г.). Инициатор и вдохновитель антираспутинской кампании в Госдуме. «Вы все знаете, какую тяжелую драму переживает Россия… – говорил Гучков, – а в центре этой драмы загадочная трагикомическая фигура – точно выходец с того света или пережиток темноты веков… Быть может, изувер-сектант, творящий свое темное дело, быть может, проходимец-плут, обделывающий свои темные делишки. Какими путями достиг этот человек центральной позиции, захватив такое влияние, перед которым склоняются внешние носители государственной и церковной власти?.. Но Григорий Распутин не одинок; разве за его спиной не стоит целая банда?.. Это целое коммерческое предприятие, умело и тонко ведущее свою игру. И перед этой картиной наш долг крикнуть слова предостережения: церковь в опасности и в опасности государство…»
Илиодор (в миру С. М. Труфанов) – иеромонах, ярый черносотенец, стремившийся играть роль «народного вождя». Использовал дружбу с Распутиным для защиты от репрессий со стороны Св. Синода и правительства. Собрал на «старца» обширное «сексуальное досье», полное колоритных зарисовок. В конце 1911 г. совместно с Гермогеном организовал вооруженное нападение на Распутина с целью убедить его отказаться от общения с царской семьей
Иоанн Кронштадтский (в миру Сергеев И. И.) – церковный деятель, проповедник, черносотенец. Когда в 1904 г. слава о новом сибирском пророке дошла до Петербурга, Иоанн Кронштадтский пожелал его видеть. «Был я у о. Иоанна Кронштадтского, – вспоминал Распутин. – Он меня принял хорошо, ласково. Сказал: “Странствуй… брат, тебе много дал Бог, помогай людям, будь моею правою рукою, делай дело, которое и я недостойный делаю..”». Есть версия, что проповедник, благословив Распутина, затем сам попросил у него благословения
А. А. Макаров – после убийства Столыпина в 1911 г. по рекомендации Коковцова был назначен министром внутренних дел. Уволен с поста в 1912 г. за неспособность защитить Распутина от нападок оппозиционной прессы, недостаточную лояльность к «старцу», а также демонстрацию императору добытых полицией у агентов Илиодора писем царицы и ее дочерей к «отцу Григорию»
А. Д. Протопопов – последний царский министр внутренних дел (1916–1917). Познакомился с Распутиным в клинике Бадмаева, где лечился от третичного сифилиса, добился расположения «старца». Став министром по его протекции, превратился в самую ненавистную для оппозиции фигуру в правительстве. После гибели «старца» Протопопов заявлял, что в него переселился дух Распутина
А. Ф. Трепов – в ноябре 1916 г. назначен вместо Штюрмера председателем Совета министров. После убийства Распутина Юсупов, вызванный Треповым на допрос по этому делу, попытался подтолкнуть премьер-министра к осуществлению дворцового переворота. Но Трепов от разговора уклонился. Тем не менее, был уволен Николаем II
В. А. Сухомлинов – военный министр (1909–1915). В марте 1916 г. был уволен с военной службы, обвинен в противозаконном бездействии, превышении власти, служебных подлогах и государственной измене и арестован. Распутин, симпатизировавший жене Сухомлинова, активно пытался заступиться за него
В. Ф. Джунковский – московский губернатор (1905–1912). Один из наиболее энергичных противников Распутина. В 1915 г. сделал царю доклад о скандальном поведении Распутина в московском ресторане «Яр», после чего возмущенный Николай II отдалил от себя «старца», и тот вынужден был почти на два месяца отбыть в Покровское
В. М. Пуришкевич – лидер крайне правых во II–IV Госудумах. В ноябре 1916 г. взывал с думской кафедры: «Господа министры! Если вы истинные патриоты, поезжайте в Ставку, бросьтесь к ногам Царя, имейте мужество заявить ему, что…не подобает темному мужику дольше управлять Россией… Да не будет Гришка Распутин руководителем русской внутренней общественной жизни!»
Е. С. Боткин – с 1908 г. по желанию Александры Федоровны занял должность лейб-медика царской семьи. Не склонен был демонизировать фигуру Распутина и резко осуждал антираспутинскую истерию: «Если бы не было Распутина, то противники царской семьи и подготовители революции создали бы его своими разговорами из Вырубовой, не будь Вырубовой, из меня, из кого хочешь». На просьбу Александры Федоровны смотреть Распутина на дому ответил, что в медицинской помощи ему отказать не может, но видеть его у себя в доме не хочет, поэтому поедет к нему сам
