Призыватель нулевого ранга. Том 4 (СИ)

— Что ж, прорычал он, — это было достаточно предсказуемо.
— Может, сразу попытаешься втянуться в артефакт? — спросил я.
— Так и было задумано, — ответил Йонир, — Но что-то пошло не так.
Он снова наклонился над озерцом и набрал жидкости в рот, при этом наглухо заткнув нос. Но он даже ничего сделать не успел, как скривился, а металл потёк из ушей.
— Полная прочистка организма, — рыкнул он. — Даже представить боюсь, откуда эта штука польётся, если я и уши заткну.
  
— Давай ты погрузишься в бассейн, и прямо оттуда постараешься втянуться в артефакт, а? — предложил я.
Йонира раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, ему не хотелось этого делать, и это было видно. С другой, его уже взял азарт. Как это так, что он чего-то не может⁈
— Хорошо, — ответил он, спустя несколько секунд раздумья. — Есть же ещё сферы?
— Да, — ответил я и приготовился.
Демон погрузился в жижу. Бассейн, или озерцо, оказался всего метр глубиной. Поэтому Йонир лёг на дно, набрал в рот жидкость и втянулся в артефакт.
Я увидел то, что даже не предполагал. Поток серебристо-белого металла, тянущийся от озерца к моему кольцу. И тут он остановился и втянулся назад.
— Ну как, — спросил я у демона. — Хоть что-то есть?
— Не-а, — ответил тот. — Ни капли. Давай ещё кое-что попробуем.
Я использовал ещё одну сферу, с тревогой понимая, что их осталось совсем немного, и снова созерцал перед собой демона.
— Чего хотел попробовать? — я смотрел на него и видел, что Йонир очень недоволен собой.
— Давай её испарим и соберём конденсат, а? — предложил он и развернулся к озерцу, прогревая свои огнемёты в плечах.
— Стойте! — Рик вдруг спустился и завис перед нашими лицами. — Вы разве не слышите?
— Чего? — я прислушался, но по-прежнему вокруг была тишина, нарушаемая лишь нами самими.
— Тс-с, — призрак приложил полупрозрачный палец к таким же губам. — Как же вы можете не слышать? Это же голос. Кто-то говорит с нами!
  
Глава 6
 
Я ничего не слышал.
Йонир хотел было возразить, причём, я был уверен, что это была бы шпилька в духе: смотрите, у призрака совсем крыша потекла. Но я остановил его движением руки. Мы оба замерли. Четверо, если считать Рика и Курфа.
В полной тишине прошло несколько минут. Причём, я мог поклясться, что тишина была действительно мёртвая. То есть я отлично слышал собственное дыхание и даже свой собственный пульс.
— Ничего не понимаю, — прервал Рик молчание и подлетел ко мне. — Кто-то что-то говорит. Кажется, обращённое к нам, но я не могу понять, что именно. Но чувствую разочарование.
Я покачал головой. Что-то в этом всё было такое, что требовало осмысления. Конкретно, если мы никакого голоса не слышали, а слышал его только Рик, то, возможно, голос действительно был, но на другом уровне мироздания. Всё-таки нашему полупрозрачному спутнику было доступно чуть больше, чем обычным людям.
Например, вызывать души умерших… Стоп!
Получается, что Рик может взаимодействовать с чем-то таким, чего уже нет в нашем мире. Что изменилось и стало недоступным для многих, но не для него.
— Послушай-ка, — сказал я. — А попробуй вызвать душу этого самого озера.
— Что? — в один голос спросили меня Рик и Йонир, полагая, что я сошёл с ума.
Но прежде, чем ответить, я снова проанализировал поведение жидкости-металла. Если посмотреть все опыты, что мы проводили, и представить, что мы имели дело не просто с озерцом материи, а с чем-то одушевлённым, то теперь все действия этой самой жидкости становились понятными. Она просто не желала разъединяться.
Оно и понятно. Допустим, подойдёт ко мне какой-то незнакомый мне человек, и скажет: слушай, а давай-ка ты мне сюда свою руку. Она мне нужнее, потому что с помощью неё я смогу сделать себе охренительную защиту. И у меня вот отсюда прям твои пальцы торчать будут!
Естественно, что такому деятелю ты ответишь — да пошёл ты! Причём, это будет самое мягкое, что ты вообще ему скажешь.
Теперь предстояло понять ещё вот что: Рик умеет общаться с душами людей, которые умерли. Кстати, интересно, а как дела обстоят с теми, кто при жизни говорил на других языках? Ладно, это уже мелочи, хотя… Дело в другом, сможет ли он вызвать душу живого, условно по крайней мере, существа?
Всё это пока просто кружилось в моей голове, постепенно укладываясь в стройную картину. Но нужен был эксперимент, чтобы понимать куда двигаться.
Нет, была, конечно, и ещё одна возможность: Рик чокнулся, и голос, который он слышит, не имеет никакого отношения к озерцу со странной жидкостью.
— Смотри, — я обратился к Рику. — Если ты слышишь голос, но не можешь определить, откуда он доносится, и кто с тобой пытается говорить, то попробуй вызвать обладателя этого самого голоса. Просто я уверен, что тут, кроме нас четверых и вот этого самого озерца, больше никого нет. Поэтому будет логично, что голос принадлежит вот той самой жидкости.
— Ты серьёзно? — спросил меня Йонир. — Разумная жижа? А я её ещё в рот брал? Бр-р-р!
— Спокойно, — сказал я, так как не был сейчас настроен на болтовню, которая могла бы меня сбить с толку. — Рик, попробуешь?
— Я не совсем понимаю, что должен сделать, — ответил призрак. — Меня гложут сомнения.
— А ты не сомневайся, просто позови обладателя голоса, который слышишь, на разговор, — сказал я ему. — Потом поймём, как общаться.
— Хорошо, я попробую, — пообещал Рик.
И снова всё смолкло. Рик, видимо, пытался вызывать душу озерца, или уж не знаю, что именно. Но явно у него ничего не получалось. И, не выдержав этого, он проговорил вслух:
— Выходи к нам! Мы не причиним тебе вреда!
Поверхность озерца вздулась, и на его поверхности появилась серебристо белая фигура, больше всего похожая на чью-то фигуру, укрывшуюся простынью.
— Привет, — ошарашенно сказал я. — Ты кто?
Ответа не последовало. Я перевёл взгляд на Рика, а тот тщательно прислушивался.
— Что оно говорит?
— Пока не понимаю, — отмахнулся призрак. — Но могу примерно сказать, какие эмоции испытывает эта штука.
— Было бы любопытно узнать, — сказал я. — Возможно, придётся так и общаться.
— Ну, на самом деле, ничего хорошего наш с вами собеседник не чувствует, — произнёс Рик. — Самая сильная эмоция, которую я могу засечь — разочарование. Чем бы не было это существо, оно разочаровано в крайней степени. Можно сказать, дико разочаровано.
— Это ещё почему? — удивился я. — Плескаешься тут в пещере, занимаешься своими размышлениями.
В озерце что-то изменилось. Мне показалось, что фигура повернулась ко мне и слушает, несмотря на то, что внешне вроде бы ничего и не поменялось.
Неосознанно я протянул руку к жидкости, поднявшейся из резервуара. Та отпрянула, затем расплескалась по поверхности, но затем снова собралась дальше от моей протянутой руки.
— Оно боится? — спросил я.
— Ему неприятно, — ответил Рик. — Оно шлёт мне образы и понимает то, что говоришь ты. По крайней мере на уровне эмоциональной окраски. Жалуется, что все его только используют для своих целей и не дают побыть в покое.
— Скажи, что мы…
И тут я запнулся. А что он должен сказать, что мы его не используем? Но ведь именно для этого мы тут. Ради этого мы обманули охрану на входе, дрались с монстрами. Йонира вон заставили всякой фигнёй заниматься.
Как я понимал, врать было бесполезно. Это не учитывая то, что ложь мне самому была противна. И обманывать я мог лишь тех, кто сам был в этом уличён, и действовал во вред мне, моим друзьям или вообще другим людям. И то, если можно обойтись без этого, я лучше обойдусь.
  
— Послушай, — я снова протянул руку к форме, поднявшейся над озерцом, но на этот раз ладонью вперёд, выказывая свою полную лояльность. — Мы действительно хотели воспользоваться твоими свойствами, как это делали предыдущие люди, — я старался вкладывать в каждое слово некоторое сожаление, чтобы существо понимало, мы не желаем зла. — Но это случилось лишь потому, что мы не знали о твоей разумности, — я постарался сказать по-другому, так как эта фраза самому мне казалась немного корявой. — Мы не знали, что ты — живое!