Эргоном: Опричник среди теней (СИ)

Рыцарь ринулся на Торхову и атаковал её сразу шестью клинками. Старуха быстро попятилась, отбиваясь от них. Один меч полоснул её по бедру, другой задел плечо.
Графиня издала громкий возглас, и под Рыцарем возникла дверь. Одновременно с тем, как она распахнулась, воин вытянул руки и, словно огромный паук, вцепился в края бездны. Изогнулся и пружинисто выпрыгнул из ловушки, мгновенно перейдя в атаку.
Два клинка отвели агрик Торховой, а четыре других пронзили её!
Рыцарь поднял графиню к потолку. Она медленно съезжала по лезвиям, насаживаясь на них. Из рта старухи хлынула кровь. Но пальцы её вдруг начали двигаться, с них посыпались искры. Тварь готовила последнюю атаку, наверняка вкладывая в него всю оставшуюся Живу!
Я метнулся к ней на Ускорении, преодолел разделявшее нас расстояние за долю секунды и ударом когтей снёс Торховой башку, разрубив её при этом на несколько кусков.
Накатил отходняк от использования магического симбионта. Тяжело дыша, я свернул Алого Рыцаря и медленно развернулся. Мой взгляд упёрся туда, где ещё недавно стояла Есения. Девушка, пожертвовавшая собой ради меня. Мерта ли она? Или просто оказалась в Иркалле, и её ещё можно спасти? Если так, то я сделаю всё, чтобы добыть Череп Раума и отправиться в путешествие между мирами. Сколько бы ни потребовалось сил и времени, я отыщу Есению и верну домой!
Падшие бросились ко мне.
— Господин, что с вами⁈ — в голосе Аглаи прозвучал ужас.
Он же читался в глазах остальных.
Жестом я остановил их.
— Помните о своей клятве! Что бы вы ни увидели, это останется только в вашей памяти.
Чуть помедлив, девушки одна за другой склонились.
— Мы верны вам, господин! — проговорила Аглая. — Что бы ни случилось!
— Этого я от вас и жду.
Моя рука уже не походила на лапу демона. Но я чувствовал, что энергетическая структура внутри меня изменилась. Количество узлов и каналов увеличилось минимум втрое, и то, что текло по ним, отличалось от обычной Живы. Теперь моя энергия походила на искрящуюся алую реку. Подобной мощи я ещё не испытывал! Взрыв внутренней боли, которую я испытал, видя, как Есения исчезает в бездне, полностью подчинил моего демона, слив не только наши сознания, но также объединил души. Только не он поглотил меня, а я его!
Значило ли это, что я сам стал демоном?
Пожалуй, да.
Остался ли я при этом собой?
Кажется, тоже да.
Чтобы убедиться в этом, я поднял руку и ощупал лицо под глазами. Никаких дополнительных век не появилось.
— Какие будут приказания, господин? — подала голос Аглая.
— Уходите. И соберите остальных, кто остался в здании. Гулей я выведу сам.
Мне предстояло собрать кровавую жатву, претворив кровь павших в свою энергию. Демон растворился во мне, окончательно перестав существовать как отдельная личность и больше не требовал дани. Но я чувствовал, что она мне необходима. Ведь я стал не кем-то, а Молохом. Бессмертным демоном магии крови.
  
Глава 45
 
Прежде, чем покинуть госпиталь, я прошёлся этажам, собирая кровь убитых и оставляя иссушённые трупы. Заодно нашёл разбредшихся гулей. Монстры пировали, пожирая плоть, и отвлекались от своего занятия нехотя. Но приказам повиновались.
Так что с крыльца я спустился в компании перемазанных кровью чудовищ. На улице валялись мёртвые тела. Очевидно, часть боевиков пыталась сбежать, но прорваться сквозь оцепление не смогла.
Ко мне подошли ликвидаторы.
— Шеф, нам удалось захватить троих, — сказал Андрей.
— Есть кто-нибудь из Лилового клана? — спросил я.
— К сожалению, нет. Этих чёрта с два возьмёшь живыми. Бьются, как черти!
— Ясно. Что ж, тоже неплохо. Везите их на допрос в Канцелярию. Я скоро тоже прибуду.
— Слушаемся. И… позвольте вас поздравить, шеф. Блестящая операция!
С этим я бы поспорил, но в ответ лишь кивнул.
— Взаимно. Вы молодцы. Я отмечу ваше участие.
После ликвидаторов приблизилась Марта. Кратко доложила о том, как прошла часть операции, которой она командовала. Я слушал слегка рассеянно.Голова была занята Есенией. Когда Падшая замолчала, кивнул.
 
— Хорошо. Проверьте остальную часть здания. Может, кто-то спрятался в подвале или на чердаке. Мне нужно составить подробный отчёт для начальства Канцелярии. Отчитаться об устранении Торховой.
— Ваше Сиятельство… — робко проговорила Марта. — Мне жаль Есению. Мои соболезнования.
— Спасибо, — кивнул я.
Говорить, что лелею надежду, будто Падшая не умерла, и её ещё можно вернуть, не стал. Для этого пришлось бы упомянуть Иркаллу или оставить Марту в недоумении, а мне не хотелось ни того, ни другого.
От госпиталя поехал в замок, где велел арестовать Нину с поваром. Вместе с ними отправился в Канцелярию. Как и сказал, нужно было доложить об успешной операции Голицыну.
Там я провёл несколько часов. Начальник был в восторге. После устранения руководства агентурной сети красных он мог начать отлов оставшихся провокаторов — вплоть до полного очищения города от коммунистов. Процесс не обещал быть быстрым, но очаг болезни был устранён, и остальное — дело времени и упорства.
— Вам наградные и всё сопутствующее, маркиз, — сказал Голицын на прощанье, потирая руки. — Большую работу проделами. Я непременно охарактеризую вас с лучшей стороны, когда буду докладывать Его Величеству.
— Благодарю, — отозвался я. — Рад служить империи.
Вечер провёл дома. В основном, хандрил. Исчезновение Есении и неясность её судьбы выбили меня из колеи. Даже удивительно. Я никак не ожидал, что один человек может так сильно повлиять на меня.
Ещё и Пешковым пришлось объяснять, почему их любимая Есения не вернулась. Врать не стал. Попытался рассказать, как всё было. Девочки очень расстроились. Расплакались, конечно. В общем, вечер выдался не из лучших. Особенно учитывая, что утешитель из меня так себе. Да и какими словами можно унять боль потери того, кто тебе дорог? Лично я не знаю.
Шушики, видя грусть-печаль хозяек, переполошились, скулили и норовили забраться на руки. Собственно, это и отвлекло немного моих подопечных. Девочки понемногу успокоились, и я смог оставить их укладываться спать. Сам же отправился к себе, принял контрастный душ, выпил зелёного чая с мятой и тоже завалился в кровать.
Размышляя об Иркалле, я постепенно утвердился в намерении во что бы то ни стало вытащить девушку, если это вообще возможно. Благодаря памяти Молоха я знал, как управлять лабиринтом измерений, но для этого требовался Череп Раума. Значит, нужно сосредоточиться на том, чтобы добыть его. К сожалению, не всё зависело от моего желания и усердия. Время тоже имело значение, причём немалое. Если не решающее. И это выводило меня из себя. Пришлось приложить усилия, чтобы взять себя в руки. Нельзя пороть горячку. Это только всё испортит, и, скорее всего, я навсегда утрачу шанс вернуть Есению. Придётся набраться терпения и ждать нужного момента. Главное, чтобы не оказалось слишком поздно для девушки. Но выбора нет.
На следующий день в школе я, наверное, был сам не свой, потому что друзья заметили моё необычное состояние.
— Что случилось? — спросила Каминская, когда мы обедали в столовой. — Ты на редкость задумчивый и рассеянный. Случилось что-то?
— Да нет, просто много дел, — ответил я. — Навалились разом, а тут школа ещё.
— Представляю, как она тебе мешает, — улыбнулась Глафира.
— Честно говоря, так и есть. Толку от всех этих знаний немного, а вот времени отнимает до фига.
— Может, тебе помочь чем-нибудь? — предложил Артём.
— Да нет, всё в порядке. Не парьтесь. Сейчас разгребу дела и снова буду бодр и весел.
— Ну, насчёт весёлости ты преувеличил, конечно, — усмехнулась Каминская. — Я тебя таким особо и не припоминаю.
Школа, действительно, была мне совсем не в тему. Особенно сейчас, когда на носу оказалась главная операция — атака на логово гулей.
После уроков я провёл совещание с Андроновой и Свечкиным, которые заверили меня, что войска готовы подняться по приказу.