Эргоном: Опричник среди теней (СИ)

Наконец, человек решил, что ему почудилось. Ловко спрятал оружие в складках одежды и торопливо двинулся вдоль коридора.
Я не стал его преследовать, хотя, наверное, мог убить прямо сейчас и выполнить задание царя. Но у меня были немного другие планы. И Мяснику в них отводилась своя роль.
Вернувшись к себе, я тщательно перенёс черты лица убийцы на лист бумаги. Получился вполне сносный портрет. Где-то я уже видел этого человека. Но вот так сразу узнать его не мог.
Раздевшись, лёг спать. Очевидно, Мясник собирается проникнуть в императорские покои ночью. Он уверен, что лазейка существует. Я сомневался, что убийцу ждёт удача.
Утром я поймал начальника охраны.
— В чём дело, маркиз? — спросил тот недовольно.
— Убийце удалось где-то спрятать кинжал, — сказал я. — Ваш обыск ничего не дал?
Олег Борисович нахмурился.
— Нет, никакого оружия обнаружено не было. Откуда вам известно, что у Мясника есть кинжал?
— Я его видел.
Мой собеседник вскинулся.
— Кого⁈ Мясника⁈
— Да. Этой ночью.
— Как⁈ — начальник стражи выглядел совершенно опешившим.
— Ждал его в коридоре после заката. Был уверен, что он попытается пробраться в императорские покои.
— Вы его видели и не убили! — воскликнул Олег Борисович с возмущением. — Почему⁈
— Он сумел уйти. Скрылся прежде, чем я его догнал. И, кстати, вы просили взять его живым.
— Проклятье! Но вы его, по крайней мере, разглядели?
— Нет, он был слишком далеко. Заметил только кинжал. Нужно его найти. Пока у Мясника есть оружие, Его Величество не в безопасности.
— Да-да! — кивнул начальник охраны. — А сегодня общий приём послов!
— Нужно сделать так, чтобы до императора нельзя было добраться.
— Но это заставит послов, которые не замешаны в заговоре, подумать, будто им не доверяют. Хуже того — что Его Величество боится!
— Нет, если придумать что-то такое, что не будет бросаться в глаза.
— Например? — жадно спросил Олег Борисович.
— Какую-то неявную преграду. Замаскированную. Кинжал такой длины, как у Мясника, практически невозможно метнуть. Значит, нужно исключить возможность беспрепятственного сближения с императором.
— Мы не позволим пронести оружие на приём!
— Я опасаюсь, что Мясник не станет этого делать.
— В каком смысле? Что же тогда он задумал⁈
— Полагаю, он взял вчера оружие, чтобы спрятать в церемониальном зале.
— Тогда нужно обыскать помещение! Мы найдём кинжал, где бы он ни находился. А если нет, то сменим зал для приёма!
— Но приём состоится уже скоро. Помещение, вероятно, подготовлено. Вы не успеете всё перенести в другое.
— Проклятье! Вы правы! Значит, остаётся обыск.
— И преграда.
— Обещайте что-нибудь придумать, господин маркиз!
Надменность с начальника охраны как ветром сдуло.
— Дайте мне полчаса, — сказал я. — Где мне найти вас?
— В зале, разумеется! Мы будем искать кинжал!
Итак, все силы были брошены на досмотр. Я отправился в служебные помещения, где сновали слуги. В должности инспектора я не вызывал ни удивления, ни подозрений — позаботился заранее о том, чтобы персонал дворца знал, кто я такой.
От идеи отравить пищу Мясник должен был отказаться: всю еду, которая подавалась императору, пробовали двое человек. Убить императора таким способом невозможно. Да и Лекарь наверянка неподалёку.
Я направился в кладовую, где хранились благовония. Выбрав те, которые подходили по виду, добавил в них особый состав, выделяющий при горении ароматный, но ядовитый дым. Он не убивал, но погружал присутствующих в подобие сонливого оцепенения. Позаботившись о том, чтобы отрава оказалась во всех ёмкостях, я вышел и поспешил к начальнику охраны.
— Придумали? — спросил тот, едва заметив меня.
— Светильники, — ответил я. — Вот, что не оскорбит послов и в то же время защитит императора.
— Светильники? — нахмурился Олег Борисович. — Каким образом они помогут?
— Нужно выставить перед Его Величеством тяжёлые, массивные лампы. Ароматические. Они будут смотреться как часть интерьера, но при этом задержат Мясника, если тот вздумает броситься на императора.
 
— Хм… — начальник охраны задумался. — Да, идея неплохая. Кажется, во дворце что-то такое есть.
— Я видел подходящие в хозяйственной части. Если угодно, прикажу слугам принести.
— Да, давайте! И поскорее, маркиз. Приём уже скоро!
Лампы представляли собой бронзовых львов, отлитых почти в полный рост. Некоторые держали чаши для благовоний в передних лапах, другие — на голове или спине. Перетащить их оказалось непросто, но слуги справились. В чаши насыпали благовония.
— Пока не зажигайте, — велел я. — Сделайте это, когда все соберутся. И пусть кто-нибудь скажет, что это символ того огня мира и дружбы, который зажигается сегодня между мегаполисами. Так присутствие светильников будет оправдано.
Олег Борисович кивнул.
— Да, хорошая идея. Я сейчас же обсужу это с распорядителем. Думаю, он поймёт и не будет против внести изменения в протокол.
Сцена была подготовлена. Осталось только дождаться начала представления. Я незаметно сунул в рот корень, служивший противоядием от дыма, и тщательно разжевал.
Через несколько минут начали собираться послы. Их рассаживали в соответствии с планом. Место Его Величества пока пустовало. Он должен был явиться, когда все остальные уже соберутся.
Начальник охраны заметно нервничал, ведь кинжал так и не нашли.
Я был уверен, что никакой опасности нет. Мясник не стал бы нападать при всех — это подписало бы ему смертный приговор. И оружие он с собой не возьмёт. И, уж конечно, он не прятал его в зале.
Когда все делегации оказались в сборе, я внимательно обвёл взглядом собравшихся. Три человека походили на того, кого я видел в темноте. Поэтому под предлогом проверки, верно ли расставлена посуда, я прошёлся между послами, обращая внимание на уши подозреваемых. Меня учили запоминать подобные приметы, которые нельзя изменить — в отличие от лица.
Вот он! Шестой от начала стола, из делегации Старгорода. Ну, кто бы сомневался! Похоже, Юматов готов на всё. Я был почти уверен, что он и нанял убийцу, чтобы избавиться от императора и, тем самым, посеять смуту в Камнегорске.
Дойдя до конца, чтобы не вызвать подозрения, я вернулся на своё место.
Распахнулись тяжёлые двери, и распорядитель торжественно объявил, что Его Величество (и прочие титулы) сейчас появится.
Голицын в белоснежном мундире с золотыми эполетами и атласной перевязью вошёл в зал и направился к своему месту, установленному на небольшом возвышении. Как только он неспешно устроился, прозвучал сигнал, и двери в зал закрылись с обеих сторон. Ловушка захлопнулась.
Слуга прошёлся с горящей лучиной, поджигая ароматические лампы. Распорядитель комментировал это действие, значительно расцветив мои слова о грядущем союзе городов-государств.
Осталось только дождаться, когда яд подействует.
  
Глава 40
 
Дым постепенно распространялся по залу. Император и послы первыми ощутили его действие. Речь становилась всё более бессвязной, некоторые начали впадать в оцепенение. Стража, расставленная преимущественно возле Голицына, тоже подверглась действию отравы. Начальник охраны и распорядитель уже смотрели прямо перед собой, глуповато ухмыляясь. Без их приказов гвардейцы возле противоположной двери ничего предпринимать не стали бы. Я наблюдал за происходящим с удовлетворением. Ещё немного, и все, кроме меня, станут безвредны и не будут понимать, что происходит.
Когда в зале наступила тишина, нарушаемая лишь едва слышным потрескиванием ламп, я медленно поднялся и двинулся к Мяснику. Сейчас все увидят, как юный маркиз в очередной раз спасёт Его Величество, нарушив планы его врагов. Без чьей-либо помощи. Даже не знаю, что попросить в этот раз. Хе-хе! Да нет, конечно, знаю.
Однако я успел сделать лишь несколько шагов. Мясник тоже встал! Мы встретились взглядами. Дым не подействовал на убийцу! Тот вышел из-за стола и двинулся ко мне.