Эргоном: Опричник среди теней (СИ)

Я был одет даосским монахом. Благо, брить голову для этого не потребовалось: не было у экзотического учения такого требования к адептам.
Расположившись напротив входа в контору, я достал чётки, прикрыл глаза и начал «молиться» — шевелил губами и слегка раскачивался. Я понимал, что сейчас Беркутова слишком занята заключением новых контрактов. Но скоро ей доложат о монахе, сидящем перед зданием. Главное, чтобы продавец из магазина передал предсказание. Если он этого не сделал, придётся искать иной способ заявить о себе. Впрочем, я был уверен: зная об увлечении хозяйки даосизмом, он сделает это обязательно. Так что волноваться было не о чем. Следовало лишь запастись терпением и ждать.
  
Глава 20
 
Где-то поблизости дежурили Падшие, а в небе парил дрон. Но всё это мне сейчас не было нужно. Никакой опасности не предвиделось, и это было лишь подстраховкой — не более. Использовать беспилотник или девушек я не планировал.
Время от времени мне подавали. В основном, монеты и мелкие купюры. Никого не удивляло присутствие монаха на улице. Видимо, здесь к такому привыкли. Я кланялся и бормотал что-то неразборчивое, что могло бы сойти за мантру.
Когда солнце начало садиться, и посетителей значительно поубавилось, из дома вышел охранник и остановился передо мной. Вид у него был грозный, под пиджаком топорщилась кобура.
— Госпоже твоё лицо показалось знакомым, монах, — сказал он, глядя сверху вниз. — Она велела спросить, не ты ли вчера говорил с ней возле пруда.
— Я лишь передал то, что сказали мне звёзды и планеты, — ответил я, выдержав небольшую паузу. — А теперь ступай и не мешай мне молиться.
Охранник немного потоптался, не зная, что делать, а затем вернулся в дом. Спустя несколько минут на крыльце показалась Беркутова собственной персоной. Её глаза буквально впились в моё лицо. Я наблюдал за ней сквозь щёлочки век. Женщина нерешительно постояла на ступеньках, а затем направилась ко мне.
Отлично! Рыбка угодила в сети.
* * *
К концу следующего дня, проведённого в доме шёлковой королевы, я не только узнал, что Беркутова до сих пор тоскует по почившему супругу и ищет успокоения в восточном учении, что часть акций её торгового дома принадлежит Красному роду Зиловых, но и поддался на уговоры и перевёз свои вещи в комнату на третьем этаже.
Меня устроили с максимальным комфортом. Даже выделили служанку, хотя я сразу объявил, что не нуждаюсь ни в какой роскоши и вообще веду скромный образ жизни. Хозяйке представился Андреем и поведал вымышленную историю сироты, попавшего в горный монастырь даосов, где у меня открылся дар читать по звёздам. Год назад настоятель отправил меня странствовать и совершенствовать своё умение. Так я оказался в Камнегорске. Женщина слушала, открыв рот, качала головой, издавала удивлённые возгласы и не удивлялась, что русский парень оказался на востоке, да ещё и в горном монастыре. Собственно, особо было и нечему: после падения Чёрного Сердца произошло Великое Рассредоточение народов.
Через день Беркутова, совершенно мною очарованная, заявила, что просто обязана познакомить такого уникального юношу со своим духовным учителем — Ливеем. Этого я и ждал.
— Разумеется, я слышал о знаменитом священнике, — сказал я, — но не уверен, что у нас могут найтись общие интересы.
Пришлось женщине снова меня уговаривать. В результате к трём часам отправились в храм. Автомобили доставили нас к самому крыльцу. Осталось только подняться по девяти ступеням и познакомиться с дерзким даосом.
Я шагал рядом с Беркутовой, справа шли её дочери, слева — сёстры. Позади держались телохранители. В таком составе вошли в храм.
Внутри находилось несколько групп, явившихся для беседы с Ливеем. Беркутова была далеко не единственной и не самой влиятельной из тех, кто принял даоса в качестве духовного учителя. Так что пришлось подождать, пока дойдёт очередь.
Я то и дело ловил на себе взгляд младшей дочери хозяйки торгового дома — Дарьи. Девушка смущалась, отводила глаза, но они снова возвращались к загадочному юноше. Астрология порождала любопытство, а любопытство — это сила, над которой ни одна женщина не властна. Заметив в очередной раз устремлённые на меня глаза, в глубине которых плясали искры, я вдруг понял, что девушка влюбилась. Да, все признаки были налицо. Даже дышала Дарья по-особому — часто, глубоко и прерывисто. Как бы это не стало проблемой.
 
Через полчаса меня, наконец, представили Ливею как астролога и монаха. Тот заинтересовался. А когда узнал, что моё предсказание уже сбылось, буквально впился в меня чёрными колючими глазами. Ещё бы: даос отлично понимал, что его проповеди передают архиерею, и тому они, мягко говоря, не угодны. Потому и нанял охрану из «Соруйи». Подробно расспросил о том, что именно я видел на небе. Под конец, уже видя, что другие пришедшие в храм для духовной беседы начинают проявлять признаки нетерпения, пригласил прийти снова. Одного.
— Нам нужно побеседовать о нашей общей философии, — объяснил он Беркутовой. — Обменяться некоторыми мыслями.
Ну, понятно: хочет услышать предсказание насчёт своей судьбы. Конечно, напрямую не спросит, но так или иначе обязательно к этому подведёт. И, возможно, попытается использовать для популяризации своего учения. Ещё бы: если в его храме будет настоящий предсказатель, страшно даже представить, сколько народу туда хлынет. А сколько найдётся желающих заплатить кругленькую сумму за полноценный сеанс!
Беркутова польщённо улыбалась. Она была счастлива, что смогла угодить учителю. Я внутренне ликовал, но виду не показывал. Даже слегка вздохнул и посетовал на необходимость медитаций. Но приглашение принял.
— Жду тебя завтра в восемь вечера, брат Андрей, — кивнул Ливей. — Угощу тебя особым чаем. Он состоит из трёх сортов, и правильно заварить его — целое искусство.
Как только Беркутова с домочадцами поднялась, их оттеснили другие даосы. Некоторые даже бросали на наглецов, так долго занимавших внимание Ливея, недовольные и осуждающие взгляды.
Когда вышли на улицу, Беркутова позволила себе расплыться в улыбке. Даже в ладоши захлопала — правда, беззвучно.
— Андрей, тебе несказанно повезло! — заявила она. — Далеко не каждый может похвастаться, что пробовал особый чай Ливея! Да ещё и во время беседы с ним. Я завидую тебе!
Я благодарно поклонился и ответил, что вся эта суета меня не прельщает. Но, раз брат Ливей желает со мной побеседовать, я, конечно, не могу отказаться.
Как только добрались до дома, я сразу отправился к себе и заперся, заявив, что мне нужно предаться медитациям, чтобы ночью созерцать звёзды. Ужин принесли и оставили у порога, сообщив об этом лёгким стуком. Никто не смел мешать занятиям астролога.
А я действительно медитировал. Нужно было очистить сознание, чтобы пришедший в гармонию разум предложил наиболее эффективный способ убить Ливея. Разум не заставил ждать долго: на город ещё не упали сумерки, когда у меня родился подходящий план.
  
Глава 21
 
Ливей принял меня в своих покоях. У него имелись просторные и богато убранные комнаты в верхней части храма. Телохранителей, японцев в чёрной с красным форме, украшенной камонами, оставил снаружи двери. В помещении не было окон — явно неслучайно. Даос опасался покушения. Я оценил меры предосторожности и уселся перед низким мозаичным столиком, на котором уже были расставлены принадлежности для заваривания чая.
— Никому не доверяю этот процесс, — пояснил Ливей. Он был в свободной жёлтой одежде, бороду расчесал надвое, и пахло от него дорогими благовониями. — К тому же, не хочу раскрывать секрет. Мой чай уже стал легендой в городе. Многие мечтают попробовать его.
Ну, конечно. Прямо так твой чай и нужен всем. Хотя, конечно, ярые фанаты проповедника наверняка многое готовы были отдать за чашку его пойла. Та же Беркутова.
Я с благодарным поклоном принял чашку из рук Ливея и сделал вид, что попробовал. Пить здесь я ничего не собирался — от греха подальше. Зажмурился и несколько секунд сидел, изображая, что наслаждаюсь изысканным вкусом. Пахло, впрочем, действительно приятно.