Убийства в тумане (СИ)
Ирдис сидел на месте дежурного и изо всех сил старался казаться серьезным, но глаза у него горели, а по веснушчатому лицу то и дело пыталась расползтись улыбка. Было видно, что дежурному не терпится поделиться чем-то интересным, но вот беда — подходящую жертву он пока не находил. Я подсела к нему.
— Рассказывай!
— Ммм… — в душе парня происходила мучительная борьба. — Не могу. Герцен меня убьет.
— Слово ведьмы, никому ничего не выдам, — пообещала я. Надо же, Герцен рычал. Из всех оборотней Управления мой коллега был одним из самых спокойных и адекватных — ну, пока дело не касалось меня. — Я хочу знать, по какому поводу такой шум докатился аж до морга.
— Герцену тортик подарили. Анонимно, — подавившись смешком, признался Ирдис.
— И? Он любит сладкое, — причем очень любит. И сладкое, и выпечку, и вообще не понятно, как при впечатляющих масштабах этой любви сохранил свою восхитительную фигуру.
— На коробке было написано «С выздоровлением», — шире ухмыльнулся дежурный. Похоже, про вчерашний прокол оборотня уже кто-то прознал, значит, максимум к обеду об этом будет знать все Управление. — А тортик — медовик, причем в виде пчелки, — Ирдис закашлялся в кулак, маскируя рвущийся из него смех. Ржать над взбешенным оборотнем открыто было опасно, но и сдерживаться дальше дежурный не мог.
Я хихикнула, конечно, но в душе Герцену посочувствовала. В Управлении всегда была традиция слегка подшучивать над опростоволосившимися сотрудниками, а оборотень очень плохо переносил удары по самолюбию. Не удивительно, что он рвет и мечет. Надо бы сегодня от Нарана подальше держаться на всякий случай.
— Кстати, — вспомнила я свое вчерашнее желание. — Дай сводку ночную почитать?
— Да пожалуйста, — Ирдис подвинул ко мне толстый журнал, куда вносились все обращения в Управление. — Что-то конкретное ищешь?
— Пока не знаю, — я вчиталась в неровные строчки. Почему у всех дежурных в Управлении такой отвратительный почерк, специально их подбирают, что ли? — Ночная смена твоя была? Что-то необычное, интересное происходило?
— Да нет, — удивился парень. — Все тихо и спокойно, даже тише, чем обычно.
Хмм, друзья научились не следить. Тишина же объяснялась просто — мало кто из преступников решится на дело, чувствуя ледяное дыхание смерти буквально за своим плечом — именно так ощущали Тень не владеющие магической силой. Похоже, Нар с Томом этой ночью погуляли с пользой для города.
— А ты…
— Да? Что-то хочешь спросить? — прищурилась я, прекрасно понимая, что вертится на языке у главного сплетника Управления, видевшего, с кем я сегодня пришла. Вот только делиться подробностями вышедшего на новый уровень расследования я не собиралась.
— Нет-нет, — правильно понял мой настрой Ирдис. — Но потом-то расскажешь?
— Может быть, — не стала я его разочаровывать, прекрасно зная, что никогда. В этом деле уже всплыло то, что даже коллегам знать не стоило, и кто знает, что еще мы выясним?
Глава 7
В кабинете меня уже ждал заваренный травяной чай, к которому тянул голубые листья Сапфир. Этот куст единственный из всех питомцев Ровены отдавал предпочтение чаям и компотам, а не моей настойке. Я налила немного в отдельную чашку и поставила остывать — горячим Сапфира поить было нельзя. Сама же насладилась бодрящим и наполняющим силами составом, который сегодня должен был заменить мне завтрак.
— Как хорошо, что ты уже здесь! — в дверь просунул голову Морриган. Я махнула рукой в приветствии — а говорили, до обеда не приедут. — Я тебе два зелья привез, проверишь концентрации?
— А Ровена где? — вовремя я свой чай допила, вот и работа появилась.
— Скоро будет, завез ее домой переодеться.
Отлично, может, вампирша догадается захватить с собой что-нибудь съедобное? Я накинула халат и забрала у следователя два небольших разноцветных фиала — желтый и бирюзовый. «Фея снов»? Тонкий аромат сирени, мелиссы и цитруса подтвердил, что да, она самая.
— Что ищем?
— Если бы граф из желтого фиала принял три капли, а спустя промежуток от часа до трех — еще две, уже из голубого, то могла бы получившаяся концентрация стать причиной смерти? — задал следователь очень конкретное направление для анализа.
— Умеешь ты ставить задачи, — покосилась я на довольного следователя. Такими упражнениями нас когда-то целый семестр мучили в университете и, откровенно говоря, именно их я ненавидела больше всего. — Приходи часа через два.
— Спасибо, — просиял Морриган, а я отправилась в лабораторию, забрав по пути отчет Ровены о состоянии здоровья графа Каппеша, и погрузилась в работу.
Для начала достала таблицы, в которых указывалась скорость распада и выведения «феи» в зависимости от состояния организма — подобные для удобства криминалистов давно были высчитаны для самых распространенных наркотических эликсиров. Сверилась с отчетами Ровены. Высчитала концентрацию первого зелья, а заодно погрешность — как никак, умер граф почти четыре дня назад, и «фея» могла за это время немного выветриться. Нашла, какой уровень зелья должен был остаться в крови Каппеша на момент приема второй порции — опять с погрешностью, так как временной промежуток был уж очень расплывчатым. Проделала все тоже самое для второго зелья. Не забыла учесть, что при повторном приеме концентрации «феи» не складываются, как у большинства эликсиров, а умножаются. К концу четвертого листа с расчетами голова моя казалась чугунной, а в животе грустно забурчало, напоминая, что чай — это не завтрак, однако результатом я была довольна. Даже с учетом всех погрешностей и допущений ответ получился почти однозначный — да, при описанной Морриганом схеме приема передозировка гарантирована на восемьдесят семь процентов, о чем я и поспешила сказать Алистеру.
— Понял, — следователь забрал мой отчет, покосился на часы и обрадовался. — Успеваю, спасибо.
— Куда?
— Завтра расскажу, когда дело закрою, — пообещал следователь, убегая.
— Я так понимаю, в отсутствие хозяев заходить внутрь опасно для жизни? — правильно оценил свесившуюся в проход лиану Томас. Встретить его второй раз за день я не ожидала, и потому немного растерялась.
— Что ты здесь делаешь?
— Пирожных тебе принес, — продемонстрировал бумажный пакет дознаватель. — Будешь?
В животе радостно заурчало, и я, покраснев, позволила Тому войти. Он сделал вид, что ничего не услышал, зато сразу выложил на мой стол содержимое пакета — коробку шоколадных пирожных и пару сэндвичей, судя по запаху — с моей любимой рыбой.
— Я думал, ты заберешь цветы домой, — мне показалось, или в голосе прозвучала… обида?
— Они замечательно смотрятся в кабинете, — а еще здесь я провожу куда больше времени, но вслух я этого говорить не стала. — Будешь травяной чай?
— С удовольствием бы позавтракал вместе с тобой, но я и так все утро в Управлении провел, — отказался дознаватель. — Мне пора возвращаться, пока мои подчиненные не решили, что я их бросил, и не начали праздновать.
— Неужели тебя там так не…
— Кэтти, ты не представляешь, как меня достал этот… Ой! — влетевшая на полном ходу Ровена едва успела затормозить, чтобы не столкнуться с машинально закрывшим меня собой Томом. Я выглянула из-за широкой спины и в полной мере оценила, как сереет и так бледное лицо некромантки. — Извините, что помешала, — Ронька, невиданное дело, отступила из собственного кабинета и скрылась за дверями морга. Мы с Томасом проследили за ее маневром.
— Дай угадаю, про Линарда она еще не все знает? — развернулся ко мне палач. Я покачала головой. Ронька про Линарда — нет, а вот Том про вампиршу уже в курсе. Интересно.
— Нар вчера хотел явиться ей во всей красе, — сдала я друга. — Кажется, я правильно его убедила не торопиться.
— И вместо этого он свалился на голову мне, — хмыкнул Том. — Как думаешь, Ровену потом отлавливать придется, или не сбежит?
— Не сбежит, — в подругу я верила. Поистерит наверняка, проклянет пару раз, об голову ему что-нибудь разобьет, но от «Линчика» бегать вряд ли станет.