Белая как снег

Постучав в дверь, она осторожно вошла в маленькую темную комнатку.
– Дедушка?
Темно.
Лидия подошла к окну и раздвинула шторы.
– Дедушка? Ты не спишь?
Старик лежал, накрывшись одеялом с головой и повернувшись к стене.
Так было уже несколько дней.
– Дедушка? Ну я пойду тогда. Ты не попрощаешься со мной?
Мертвая тишина в ответ, но было видно, что он дышит.
– Да ладно тебе, дедушка. Это же не конец света. Я же не навсегда ухожу. Вернусь вечером. Принести тебе что-нибудь?
Он покачал головой.
– Мне уже двенадцать, я могу решать сама. Ладно. Мне пора. Не лежи слишком долго, у тебя спина заболит, вставай, у тебя полно дел.
Уже в дверях она остановилась и прислушалась, может, он все-таки встанет, но шагов слышно не было.
Да-да.
Пройдет.
На улице стояла прекрасная погода. Деревья словно радовались вместе с Лидией.
Она улыбнулась солнцу.
Я иду в школу.
Неужели это правда?
Лидия Клеменс радостно накинула на плечи рюкзак, бросила последний взгляд на их маленький домик и быстрым шагом пошла к воротам.
85
Миа сидела на кухонной столешнице у окна, выходящего на улицу, с чашкой чая в руках и смотрела на итальянское посольство. Кто-то работал в саду. Чьи-то руки в перчатках трудились над кустами сирени, под прекрасными деревьями, и она подумала. Может, и мне тоже? Сделать что-нибудь в саду? А у нее есть сад? Забыла спросить у бабушки. Лежащий рядом телефон тихо завибрировал. Миа собралась нажать на красную кнопку – ей совершенно не хотелось ни с кем сейчас разговаривать, – но передумала, увидев, кто звонит.
– Холгер, привет.
– Привет, Миа, как дела?
– Все нормально, а у тебя?
– Все хорошо, я дома. Тебя вчера выписали?
– Позавчера. Вроде бы все в порядке. В ухе еще звенит, но это должно пройти, если не говорить по телефону.
Мунк хохотнул.
– Хорошо, Миа, хорошо. Ты говорила с Анетте? Я подумал, что нам нужно встретиться снова через пару дней. Подвести итоги. Хорошо?
– Да, конечно.
Мунк замолчал.
– Я должен задать тебе один вопрос. Анетте сказала, что ты еще не подписала договор. Это ведь формальность? Ты же останешься с нами?
Миа улыбнулась.
– Да, я хочу остаться. Если, конечно, ты этого хочешь.
В его голосе прозвучало облегчение.
– Конечно, Миа, естественно. Нас ждут долгие годы совместой работы. Ты получила цветы?
Миа перевела взгляд на лилии на кухонном столе.
– Да, а от кого они?
– От семьи Ронни Энга. Они просто счастливы. Хотели познакомиться с тобой. Поблагодарить лично. Я сказал, что не получится, правильно?
Миа кивнула.
– Да, я немного устала.
– Господи, еще бы! Оставлю тебя в покое. Хотел только узнать, как ты.
Миа услышала голоса на заднем фоне, Мунк был на улице, кто-то звал его.
– Тогда увидимся через пару дней?
– Кстати…
– Да?
– Ты забыл рассказать мне, чем все закончилось.
– Что именно?
– Там, в Манглерюде. Когда ты следил за тем почтовым ящиком.
Радостный голос издалека.
Папа, ну ты идешь? Гриль уже накалился.
– В другой раз. Дела зовут.
– Ладно. Спасибо, что позвонил.
Она положила телефон на стол. Садовники, видимо, закончили. Собрали инвентарь с зеленой травы и поспешили к великолепному зданию посольства. Миа как раз собиралась поставить чайник, как вдруг увидела кого-то внизу.
Светлые длинные волосы под шапкой.
Тоненькие руки обхватывают худое тело.
О боже мой.
Сигрид.
Вскочив, Миа босиком бросилась вниз по лестнице.
– Сигрид!
Ее было почти не узнать. Бледное лицо. Трясется. С трудом выговаривает слова.
– Привет, Миа. Ты теперь тут живешь?
– Да, заходи. Зачем стоять на улице.
Обняв сестру за хрупкие плечи, она повела ее в сад. Помогла подняться по ступенькам. Сигрид чуть не падала, у нее едва хватило сил скинуть грязные ботинки.
В спальню и на кровать.
Миа осторожно помогла ей раздеться.
– Где ты была, Сигрид? Я так по тебе скучала.
По щекам сестры потекли слезы.
– Я устала. Не могу говорить.
– Лежи, лежи, дружочек. Потом обо всем поговорим.
 
Миа уложила Сигрид и накрыла одеялом. Подошла к окну и занавесила его.
– Миа?
Сигрид протянула к ней руку.
– Что, дружочек? Не говори ничего. Я здесь. Я с тобой.
– Я чувствую себя такой грязной, Миа. Внутри.
Сев на край постели, Миа погладила сестру по светловолосой голове.
– Это не так, Сигрид. Ты лучшая из всех, кого я знаю. Ты чище всех. Ты белая как снег.
На красивых бледных губах мелькнула улыбка.
Глаза медленно закрылись.
Сигрид уснула.