Пасифик-Хайтс

— Я считаю, что им грозит серьезная опасность.
  
Глава 35
 
Лора Ча одна нагишом плавала в бассейне. По краям бассейна росли пальмы, в отдалении зеленела широкая лужайка и виднелся старый викторианский особняк, запущенный и необитаемый. Лора погрузилась на самое дно и начала всплывать навстречу угасающему свету дня.
У самой поверхности она наткнулась на что-то прозрачное и мягкое. Воду покрывала непроницаемая пленка. Не понимая, что произошло, Лора подплыла к бортику бассейна, но прозрачная пленка не позволяла вынырнуть. Лору охватил ужас.
На краю бассейна показалась расплывчатая мужская фигура. Лора закричала, зовя на помощь. Мужчина встал на четвереньки и влез на покрытие. На нем тоже не было одежды. Он скользил поверх пленки на животе, как ящерица, медленно приближаясь. Это был Кролл. Он не пытался ее спасти — распластавшись, без движения лежал прямо над ее лицом и корчил жуткие рожи.
Лора начала задыхаться… тонуть…
Женщина резко открыла глаза, хватая ртом воздух. Перевернутый мир принял нормальное положение. Внизу сверкали огни перекинутого через залив моста, выше разбегались в стороны огни Оклэнда.
Болела шея. Лора вытерла губы и повернулась на бок, потянув на себя простыню. Сколько времени продолжался кошмар?
Женщина замерла, восстанавливая душевное равновесие. Смахнув с лица волосы, она посмотрела поверх края простыни на мост. Нитки огней постепенно приобрели должную резкость. Однажды ночью она примет лишнюю таблетку чертова снотворного, выпьет лишнюю дозу алкоголя и угробит себя исключительно по глупости — подходящая смерть для азиатской дурочки.
Склонив голову набок, Лора посмотрела на часы. Уже за полночь. Ричарда нет дома — уехал в Чикаго. Как будто его присутствие что-либо меняло. Она всегда одинока. Потрясающий дом, потрясающий вид из окна, потрясающее одиночество.
И тут она вспомнила об Элизе. На выходе из офиса психоаналитика они на минуту задержались в холле, и Лора по наитию дала Элизе номер своего телефона. Элиза не ожидала такого жеста, но приняла его с благодарностью и тут же в ответ продиктовала номер своего мобильника, словно встретила сестру по редкой группе крови, обмен номерами с которой — самое обычное дело. Между ними возникла некая на удивление важная связь — и это в то время, когда все остальное, казалось, уже потеряло значение.
На высоте двадцать восьмого этажа над заливом Лора села на кровати, скрестив ноги в позе «лотоса». Она вспомнила странное окончание дня — как они с Элизой по очереди шептались с Верой, изливали душу и жаловались на проклятого упыря Кролла.
А еще она вспоминала Таунсенда, такого же привлекательного и загадочного, как Кролл, но без привкуса адской серы. Таунсенд — ходячий ребус. Главное, что доктор ему верит, а Лора, в свою очередь, полагалась на доктора. Но и при таком раскладе Таунсенду нельзя доверяться без оглядки.
Интересно, как Элиза относится к Таунсенду? Лора рассказала ему о своей любовной связи с Кроллом как на духу, а Элиза? Или роман между Элизой и Кроллом был не таким, как у нее? Таунсенд объяснил, что Кролл корректировал отношения с ними, читая записи Веры. Что ему, черт возьми, надо?
Блин, шизануться можно!
Лора протянула руку, взяла с тумбочки мобильник и набрала номер.
— Алло? — раздался сиплый голос. Сонная? Или пьяная?
— Это Лора…
На том конце воцарилось молчание, потом:
— А, ну конечно.
— Мне кажется, нам следует поговорить.
Место встречи — один из немногих в этом районе ночных гриль-баров — находилось недалеко от перекрестка Саттон-стрит и Ларкин-стрит, примерно на полпути между домом Элизы в Пасифик-Хайтс и квартирой Лоры в Ринкон-Хилл.
Женщины сидели за столиком у массивного окна, в отдалении от остальных посетителей, толпы которых, к облегчению Лоры и Элизы, поредели, оставив только несколько парочек и горстку одиночек у стойки. Бар через час закрывался.
Они заказали по чашке кофе, завязался разговор. Хотя времени оставалось мало, процесс пошел не сразу — сначала несколько общих фраз, потом, постепенно углубляя доверие друг к другу, женщины завели более предметную беседу. Вскоре они заговорили без утайки, наперебой, радуясь, что кошмар с Кроллом каждая из них переживала не одна. Они чувствовали себя спасенными счастливчиками, сестрами тайного ордена из двух человек.
 
Но доля их была неодинаковой. Элиза понимала это отчетливее Лоры. Боль от подлой выходки Кролла ранила ее глубже, в самое сердце. Разве Лора способна это понять? Никакие ссылки на объективные обстоятельства тут не помогут.
Наконец в разговоре наступило затишье. Лора заметила:
— Одной из нас придется еще раз встретиться с этой гнидой.
Элиза кивнула. Противно даже представить.
— Таунсенд, — продолжала Лора, — непроницаемый тип. Сложная натура, но, похоже, знает, что делает. Ты ему доверяешь?
— Да, пожалуй.
— И я тоже. — Лора оглянулась. — Только… видишь ли, он так и не сказал нам, как планирует избавиться от Кролла. Для чего ж мы его нанимали? Ты хотя бы его настоящее имя знаешь?
Элиза покачала головой.
— Я и говорю: мы открылись Таунсенду, чтобы он избавил нас от ублюдка. Но как он собирается это сделать? Я понимаю — сейчас всем не до этого. А потом?
— Лучше пусть все идет своим чередом, — резонно заметила Элиза. — Сначала надо вернуть файлы. Я почувствую громадное облегчение, если над моей головой не будет висеть этот топор.
Лора согласно кивнула и отвела взгляд в сторону. Она сидела к столику боком, закинув ногу на ногу, и теперь принялась покачивать носком туфли. Элиза заметила этот жест еще в кабинете Веры — Лора качала ногой всякий раз, когда ее охватывало нетерпение или раздражение.
— Признавайся, какие мысли тебя донимают? — спросила Элиза.
— Наверно, когда файлы заберут назад, у Таунсенда найдется какой-нибудь план, — произнесла Лора. Ее слова не вязались с тоном, каким они были сказаны.
— Ты говоришь так, словно сама в это не веришь.
Лора взглянула на Элизу:
— У меня не идет из головы биография Кролла. Черт! Откуда мне было все это знать, когда я попросила Таунсенда избавить меня от него? Я-то думала… ну, не знаю… что он какой-нибудь ненормальный урод, достаточно напугать его и все. Но судя по описанию Таунсенда, Кролл не из тех, кого можно взять на испуг. Я просто не нахожу себе места от беспокойства.
Лора перевела взгляд на дождливую ночь за окном.
— Подозреваю, что Таунсенд и это учел, — сказала Элиза.
Взгляд Лоры быстро вернулся к собеседнице.
— Тогда почему он нас держит в неведении? Ведь это мы на крючке у безумца. Маньяк нас преследует, не так ли? И нам же не хотят говорить, что они с ним сделают?
— Таунсенд никому не дает заглядывать в свои карты, — согласилась Элиза. — Придет время, и он их раскроет.
— Мне этого недостаточно. Мы его нанимали, чтобы он защищал наши интересы, а выходит, что он работает на Веру.
— Ее интересы совпадают с нашими.
— Только до определенной степени.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, во-первых, Вера не трахалась с Райаном Кроллом, не так ли?
Лицо Элизы вспыхнуло. Лора, видимо, даже не допускала мысли, что отношения с Кроллом могли быть у Элизы совсем не такими, как у нее. Элиза не винила ее, грубая фраза лишь усилила горькое понимание того, что Кролл, видимо, и в самом деле не делал между ними никаких различий, и Лора теперь могла себе позволить пошлость.
— Ей не приходилось месяц за месяцем подчиняться идиотским правилам безопасности Кролла, — продолжала Лора, — терпеть внезапные унижения или вспышки жестокости, далеко выходящие за рамки… — Ее голос надломился. — Ладно, хватит!
Желудок Элизы сжался, словно кулак, при воспоминании о похожих обидах. Воспоминания вызывали еще больший стыд теперь, когда их даже нельзя было назвать личными. Стоило Элизе узнать, через что пришлось пройти Лоре и, возможно, другим женщинам, как роман с Кроллом окончательно потерял всякую ценность в ее глазах.