Пасифик-Хайтс

В свете окна булочной Селия быстро заглянула в лицо собеседника. Повернувшись на месте, она вышла на проезжую часть, обогнула свою машину. Отперев дверь, бросила прощальный взгляд поверх крыши.
— Жди звонка, — повторил Клейн.
Селия открыла дверцу и села в машину. Клейн проследил, как она заперла дверцу изнутри, завела мотор, вырулила на улицу и скрылась из виду.
  
Глава 31
 
Пока Вера работала с Элизой и Лорой над ложными заметками о последнем сеансе, Фейн в наступающих сумерках спустился вниз по Хайд-стрит. Поравнявшись с переулком Хастингс-Террас, он свернул в короткий тупик, к стоявшему у салона антиквариата фургону Джона Бюхера.
Мартен постучал в дверь. Рома открыла, он уселся рядом на сиденье.
— Больной дышит ровно, — пошутила напарница, нахлобучивая пластмассовую крышку на стаканчик с кофе. — Группа Либби уже обрабатывает район, ходят по периметру, не высовываясь.
— Общую картину им передали?
— Ага.
— От Селии новостей нет?
— Она не звонила, я ей тоже. Договорились — чем меньше контактов, тем надежнее. Кроме того, если она станет звонить мне каждый раз, как заиграет очко, то никогда не успокоится.
Фейн повернулся к Бюхеру:
— Эрик готов?
Бюхер кивнул.
— Вызову, когда начнется гон. Он в десяти минутах отсюда.
Эрик Као был доцентом кафедры управления данными факультета компьютерных наук в Беркли. Бюхер периодически нанимал его для таких заданий. Как только компьютеры Кролла будут обнаружены, Као на месте решит, как лучше поступить — скопировать файлы или забрать «железо». Если компьютеры нельзя вывезти, Као снимет копию с жесткого диска и сотрет на нем все записи, не оставив никаких следов данных о Вере и ее пациентках.
— На машины метки поставили?
— Ставим, — ответил Бюхер, кивнув на монитор. Все шесть машин, участвующих в операции (Фейна, Ромы, Либби, Марка, Рида и Бюхера), снабдили метками системы слежения. Машины были обозначены на экране точками разного цвета. На бортовом мониторе каждый водитель мог следить за перемещениями остальных членов группы.
Фейн решил также пометить автомобили Элизы и Лоры, но не ставить женщин в известность. Это задание поручили Риду. Либби и ее команда были асами своего дела — объект «накрывали» и вели, не приближаясь к нему более чем на квартал.
Как только Кролл приедет на встречу с одной из женщин, его машину тоже пометят… если, конечно, обнаружат.
Мартен и Рома вышли из фургона и встали под навесом салона антиквариата. Сверху срывались ленивые капли дождя.
— Как пошло дело у Веры в офисе?
— Тяжело. Участвовать-то согласились, но случившееся еще не до конца дошло до их сознания.
— Тебе известно, о чем они будут говорить с Кроллом?
— Нет. Они и сами не смогут сказать, пока не встретятся с ним лицом к лицу. Их можно понять. Я четко объяснил, что от них требуется и как себя вести, чтобы не спугнуть Кролла. Повторили несколько раз. Они не питают иллюзий насчет своего положения.
Рома посмотрела с сомнением:
— Думаешь, справятся?
Мартен пожал плечами. Рома всегда отличалась тем, что умела задавать вопросы не в бровь, а в глаз.
— Не попробуем — не узнаем, — ответил он.
Оба понимали, что наиболее непредсказуемым звеном в поведении Элизы и Лоры по отношению к Кроллу была эмоциональность. Никто не знал, сумеют ли они удержать свои чувства под контролем.
— Как Вера держится?
Мартен покачал головой:
— Просто шокирована. Они все шокированы. Им невдомек, что от них нужно Кроллу, и не находят себе места от неизвестности. Могу себе представить, как Элиза и Лора перебирают в уме все, что когда-либо ему говорили. Тут растеряешься…
— Кролл никому из них больше не звонил?
— Нет. Но он, случается, не звонит неделю или две. — Мартен посмотрел на часы: — Пора возвращаться.
Когда Вера закончила вводить новые записи о сеансах с Элизой и Лорой, часы показывали без пятнадцати девять вечера. Работать было неудобно — женщины по очереди толкались рядом с Верой над компьютером в одном конце офиса и шептались, чтобы ни Фейн, ни другая пациентка их не слышали. Не будь возможные последствия этих разговоров столь зловещими, сцена могла бы показаться комичной. Однако ставки были так высоки, что никто не чувствовал абсурдности ситуации.
 
Пока Вера говорила с одной женщиной, другая не нарушала молчания — расхаживала по кабинету, сидела, погрузившись в тяжелые раздумья, или смотрела в окно на густеющую темноту.
Посовещавшись с Верой в последний раз и уступив место Элизе, Лора жестом пригласила Фейна за стеклянную перегородку. Они немного постояли, глядя в дождливую ночь. Наконец Лора повернулась к Мартену:
— Что вы сделаете с ним, когда… получите от него все, что нужно?
Фейну не хотелось говорить на эту тему.
— Всему свое время, сейчас этот разговор некстати.
— Но я ведь не дура. Вы, вне всякого сомнения, об этом уже подумали. На вашем поприще, хотя я и не знаю, чем вы конкретно занимаетесь, об этом всегда думают заранее. Что вы с ним сделаете?
— Послушайте, в этой задаче столько непредсказуемых величин, что невозможно дать какой-либо точный прогноз.
— А неточный? — язвительно спросила она. — Какие-нибудь варианты вы можете назвать?
К Лоре вернулась ее напористость, и она не собиралась отступать.
— Вы же не сдадите его в полицию? Он знает… черт!.. кому известно, что он знает… он может все выболтать, лишь бы подставили уши. Получается, что ваша задача — не допустить утечки, стереть данные — окажется невыполненной.
— Я не могу обсуждать с вами эту тему.
— Неужели?! — Лора поймала себя на том, что повысила голос, и оглянулась на Веру с Элизой. — В моем положении нельзя чего-либо требовать, вы на это намекаете? Так, что ли?
Глаза женщины загорелись недобрым огнем. Несмотря на риторичность вопроса, она не преминула подкрепить его убийственным взглядом.
— Откуда вам знать, что я чувствую? Угадайте, чего мне больше всего хочется? Разумеется, помимо избавления от этого кошмара. Мне хочется знать… и знать со всей определенностью, что вы сделаете с Кроллом.
Лора подошла вплотную к Фейну и понизила голос для пущей убедительности.
— Последние несколько часов, пока продолжалось это унижение, — она мотнула головой в направлении Веры, — меня мучил вопрос, неотступная мысль — я должна в точности знать, что с Кроллом покончено раз и навсегда.
Женщина стояла так близко к Фейну, что буквально выдохнула последние слова ему в лицо.
— Вот и все, — раздался голос Веры за спиной Лоры.
Та даже не повела бровью. Глядя прямо в глаза Фейна, она настойчиво пыталась телеграфировать ему какую-то мысль, но адресат ее не воспринимал.
— Дело сделано. — Доктор поднялась со своего места. Элиза отошла от компьютера, потупив взгляд. Вера была измучена, ее лицо осунулось, как после жестокого испытания. Она посмотрела на Фейна, словно хотела что-то сказать, но промолчала.
Мартен еще раз взглянул на часы.
— Вот и хорошо. Чем раньше отсюда уйдем, тем лучше, — сказал он.
— А что мы сейчас будем делать? — спросила Элиза. — Непосредственно сейчас?
— Всем по домам, — предложил Фейн. — Если попытается звонить до того, как я сам выйду с вами на связь, не вступайте в разговоры. Сразу же оповестите меня. Как только мы установим, что файлы у него, встречаемся снова и намечаем следующий шаг.
— А почему бы не договориться заранее, прямо здесь? — спросила Лора.
— Потому что неизвестно, с кем именно он выйдет на связь. Может статься, что позвонит сначала одной — просто поболтать, а потом свяжется с другой и назначит встречу. Трудно сказать, как он отреагирует на новые сведения. — Фейн взглянул на Веру: — Вы думаете, он клюнет на вашу приманку?
— Думаю, что да.
В ее голосе звучала озабоченность.
— Вот и хорошо, — подытожил Мартен. — Будем ждать.
  
Глава 32
 
Без пятнадцати десять Кролл остановил машину в переулке напротив квартиры Селии и заглушил мотор. Он весь вечер анализировал ершистое поведение девушки и в конце концов пришел к выводу, что она затеяла свою собственную махинацию.