Пасифик-Хайтс

Вера собрала столь цельные и подробные сведения, что агент мог сэкономить множество часов проб и ошибок и с ходу перейти к триггерам  [4]— самой уязвимой части внутреннего мира любого человека. За последние девять месяцев он невероятно далеко продвинулся в области психологических манипуляций. А сверх того еще и получал безумное удовольствие от секса.
Теперь агент вплотную подошел к самому главному, к тому, что Бритте Уэстон пришлось навязывать силой. Бритта была первой среди пациентов Веры, кого он выбрал в подопытные кролики. Проводя эксперимент с Бриттой, блондин хотел выяснить, удастся ли повторить и закрепить успехи, которых он достиг на допросах в пустыне.
Бритта чуть не сорвалась с крючка, агенту не хватило тонкости. Он заторопился, надергал сведений из рабочих записей аналитика и пустил их в ход, толкая кандидатку в спину. Бритта так и не догадалась, что он прочитал ее досье. Предполагалось, что она сломается под нажимом; вместо этого она только психанула. Раз, и все! За один вечер.
Оставался лишь один выход — устроить ей самоубийство. В досье на Бритту мало что наводило на мысль о самоубийстве. Действовать пришлось в такой спешке, что полиция могла и не купиться на эту лажу. Дело поручили расследовать двум дундукам из отдела убийств. Те рассудили просто: ходила к психоаналитику? Ага! Значит, ненормальная. Самоубийство в их глазах выглядело логично. Агенту откровенно повезло.
Сейчас заветная цель уже близка, но положение остается деликатным. Подтолкни слишком сильно, излишне поторопи — получится неприятный сюрприз, как с Бриттой Уэстон. А если не подталкивать совсем — рассосется накопленный стресс, пропадет задел. И все-таки прогресс налицо. Метод работал. Блондин прикинул, что, если действовать крайне аккуратно, Лора Ча должна созреть всего через одну-две встречи.
На стеклянном столе завибрировал мобильник. Агент некоторое время наблюдал конвульсии мягко елозившего по гладкой поверхности телефона, прежде чем ответить на звонок.
— Дженни Кокс говорит, — послышался неуверенный женский голос. — Я туда попала?
— Что там у вас?
— В ваш дом в Милл-Вэлли приезжала какая-то женщина.
Дженни остановилась, ожидая хоть какой-нибудь реакции.
— Понятно, — сказал человек. — И что?..
— Она спрашивала, здесь ли живет Филлип Крей.
Новость против ожиданий застала агента врасплох.
Он с самого начала вел себя крайне осторожно. Если учесть, какое положение занимали его жертвы, преследуя их, агент рисковал собственной жизнью. Телефонный звонок от Дженни Кокс — один из элементов защитной системы. Сам факт звонка говорил, что система — своего рода «растяжка» — сработала как положено.
С другой стороны, звонок означал, что он где-то прокололся. В мозаике личной защиты расшатался и выпал маленький камешек.
Еще не задав вопрос, светловолосый уже знал ответ.
— Кто она?
— Не представилась. Азиатка. Очень красивая. На вид лет тридцать.
Агент дал отбой и замер в неподвижности, глядя невидящим взглядом на экран компьютера. Будь текст написан иероглифами, он бы сейчас не заметил, полностью сосредоточившись на переоценке трех важных эпизодов. Неужели на последней встрече с Элизой и Лорой он опять перегнул палку? Неужели опять повторил те же ошибки, что с Бриттой Уэстон? Как это могло случиться?
Не хотелось верить, что почва уходит из-под ног, но факты — упрямая вещь.
Сначала три дня назад, когда они были в Кастро, он проснулся и заметил, что Лора роется в его бумажнике. Та вдруг заторопилась домой, что-то лепетала про мужа и обязательства.
Агента удивила наглость, с которой Лора пыталась втирать ему очки. Сомневаться не приходилось — в голосе Лоры звучала неловкость. У нее же мозги набекрень, откуда там взялась неловкость? Нет, не может быть. Тем более в такой ситуации. Лора нервнобольная, но не нервная.
А вчера вечером сюрприз преподнесла Элиза. Агент думал, что спланировал ход с точным эмоциональным расчетом, с правильной дозой неожиданности, проницательности и угрозы. Однако Элиза отреагировала совсем не так, как он надеялся. Сначала он неверно истолковал ее реакцию, а потом, когда понял, что все идет наперекосяк, вышел из себя. Черт! Вся затея псу под хвост!
 
«Значит, Лора явилась в Милл-Вэлли… Опасное любопытство. Вот тварь! В нашем деле достаточно недооценить случайное замечание, безобидное происшествие — и можно жестоко поплатиться. А тут недооценка целых трех происшествий в течение нескольких дней… это же смерти подобно!»
Выводы? Возникли серьезные трудности, а время на исходе. Ему дали единственную возможность доказать, на что он способен. Второй не дадут.
Агент быстро наметил следующий шаг. Сеанс Лоры с психоаналитиком состоялся день назад, сеанс Элизы назначен на сегодня. Наверняка женщины расскажут о тревожных эпизодах последних встреч с любовником. Необходимо срочно узнать, о чем они говорили, не откладывая до следующей недели.
В голове крутились недобрые предчувствия. Черт! Если сложить все одно к одному, получалась тревожная картина. Надо позвонить Селии Негри и отправить ее в офис Веры Лист сегодня же ночью, после сеанса с Элизой. По графику, визит Селии в офис намечался только на следующую неделю. Ничего, пусть сходит прямо сейчас. За деньги согласится.
  
Глава 19
 
Мартен попытался связаться с Верой, когда часы показывали почти одиннадцать утра. Та перезвонила только в полдвенадцатого.
— Извините. Вела прием.
— Я хотел бы показать вам видеосъемку, сделанную вчера ночью. Можно подъехать?
— Только не в офис. Сейчас я нахожусь у эспланады, в районе Грин-стрит и Юнион-стрит. Мы могли бы увидеться где-нибудь поблизости?
— Вы в пяти минутах от моего дома.
Мартен встретил гостью у парадных дверей. На ней было прямое черное платье без рукавов и воротника, плавно переходящее на уровне груди в белое. Собранные в узел на затылке черные волосы открывали небольшие овальные сережки из оникса, оправленного в филигранное серебро.
— Видео не слишком длинное, — сказал Фейн, пока они шли по коридору. — Примерно семнадцать минут.
Он предложил женщине кресло за своим письменным столом и щелкнул на ссылке в сообщении Бюхера. Пока Вера смотрела на немые сцены, происходившие в ее офисе всего несколько часов назад, Мартен следил за ее лицом. На нем отражалась острая сосредоточенность. Выпрямив спину, Вера наблюдала, как Селия Негри ест ее конфеты, роется в ящиках ее стола, трогает ее личные вещи.
Когда видео закончилось, гостья лишь покачала головой.
— Что это было? — спросила она.
Мартен ожидал взрыва негодования. Люди нередко приходят в бешенство, наблюдая, как незваные гости вторгаются в их личный мир. Но Вера всего лишь пыталась разобраться в том, что увидела.
— Взломщицу зовут Селия Негри. Вам это имя что-либо говорит?
— Нет.
Мартен поделился с Верой скудными сведениями о Селии и своими догадками о целях ее визита. Женщина внимательно слушала, подавляя тревогу.
Она напряглась, только когда речь пошла о методах работы соблазнителя ее пациенток — изощренных мерах безопасности с Лорой и Элизой, многочисленных фальшивых именах, использовании Селии Негри в качестве наемного агента во избежание личного риска.
— Его тоже кто-то нанял?
— Не знаю. Не исключено, что он действует сам по себе. В любом случае ситуация, похоже, серьезнее, чем мы поначалу предполагали.
Если здесь работает профессионал и в руки ему попала столь конфиденциальная информация, объяснил Фейн, им придется проявлять максимум осторожности, в то же время действуя на опережение.
Мартен не сомневался, что Вера прекрасно сознает: обстановка изменилась и требует иного подхода.
Он рассказал ей о беседе с Лорой, отметив, что на нее, если понадобится, можно положиться. Но прежде чем принимать решение о дальнейших действиях, Мартен все равно хотел встретиться с Элизой.