Свобода и Магия (СИ)
— Этот ваш Мирбах, тупица! — рассмеялась та, — Уж не знаю, как там и что он делал, но да, его судили, но в Замок Иф не отправили, эта валлонская выскочка объявила о его казни. Не публичной, — она отпила сангрию, — А я думала, что она любит показуху, — потом быстро ещё раз, — Жарко нынче в полдень. Я думаю, что эта казнь нужна для насаждения собственной диктатуры, чтобы показать, какая она сильная.
— Она насаждает диктатуру? — спросила немка.
— Угу, — её собеседница грустно кивнула, — Она и её мракоборцы лишают нас свободы, шаг за шагом. Помнишь Тёмного Лорда по ту сторону Ла-Манша? Вот она очень похожа на него, только детей не трогает пока.
— Вот как раз об этом я и хочу рассказать, — усмехнулась Августа, глядя, как распахнулись глаза Серафимы, уставившись на неё, — В результате трагических событий погибли брат Валерия Мирбаха и его жена, и потом прибыла Кристина и очень хотела встретиться с выжившими детьми, — она торжествующе улыбнулась, видя, как беззаботное выражение лица собеседницы сменилось тревожным, — А потом она покинула нас, но вот буквально вчера в магловском районе сгорел дом, где обнаружили тело няни семейства Мирбах, которая вывезла после случившейся трагедии детей из поместья и спрятала. Девочка, Марта Мирбах, пропала.
— То есть… — Серафима выдохнула и осушила бокал и вскочила на ноги, — Чёрт возьми! Что это получается, это валлонская сука хочет извести всех Мирбахов?! — она отослала появившегося слугу и скрестила руки на груди, — Смотри, Августа, этот Валерий был таким же тупым, как и эта Кристина, — девушка рассмеялась, — Он был техномагом, и выступал за то, что мы с маглами можем жить вместе, бред, да?
— Ты такое же говорила и про Фавр де Поль. — кивнула фон Вальдбург.
— Да, как только случились все эти события вокруг Жана, Фавр де Поль стала выступать за то, что раз наше общество понесло такие большие потери, то нужно сближаться с маглами. А вот Мирбах как раз был техномагом, — скривилась Абрабанель, — В общем сначала мракоборцы во главе с Кристиной запретили некромантию и отловили всех некромантов. Потом вывезли в Министерство все трактаты об этом искусстве, в том числе из Шармбатона, и заперли там. После она сместила двух членов Директории, кто не согласен был с ней. — она задумалась.
— Просто не согласны? — уточнила Августа.
— Они готовили вынесение вотума недоверия Кристине, слишком уж она заигралась в диктатора и начала отбирать наши свободы. Она обвинила их в заговоре, потом их судили и отправили в Замок Иф, — возмущённо всплеснула руками Абрабанель, — Представляешь, только за то, что они имели мнение, отличное от её?!
— А Мирбах?
— Он был даже в Директории, видимо, они не сошлись во мнениях, и рассорились. Да, он был единственным, кого казнила Кристина, — Серафима подумала, вызвала слугу и подождала, пока он наполнит её бокал сангрией снова.
— Я думала, она многих казнила? — удивилась Августа.
— Нет, всех отправляла в Замок Иф, а там они уже ждут, думаю, она хочет их всех казнить прилюдно и за раз, — её собеседница взволнованно отпила из бокала, — Ну, а сейчас она вон поехала изничтожать род Мирбахов, уж сильно видимо оскорбил Валерий её. Наверное, тоже имел своё мнение, — она фыркнула, ещё раз отпив сангрии.
— Ты можешь мне помочь? — чуть понизила голос фон Вальдбург.
— Против Кристины, да, — поспешно кивнула Абрабанель, — У меня остались друзья среди высоких чинов, опять же Великие рода, и Шармбатон меня поддержит, — она задумалась, — Да и в самой Директории остались думающие волшебники, а не только те, кто слепо идёт за стадом.
— Мне нужны законные основания без последствий для добрососедских взаимоотношений схватить Кристину, — сверкнула глазами Августа.
— Её пока нет здесь, а её прихлебатели не сильно умны и сообразительны, — кивнула Серафима, — Мы подготовим почву, думаю, сменим главу Директории или выберем полноценное Правительство и Министра. Она не успеет повлиять. А там ты её схватишь.
— А если она узнает?
— Пока не найдёт и не убьёт всех Мирбахов, она не вернётся, — торжествующе произнесла хозяйка поместья, — Только судить справедливым судом будем её мы.
— Конечно, мракоборцы фон Мольтке арестуют её и доставят к вам, — кивнула Августа, — Только дай отмашку, когда.
— Думаю, некоторое время мне всё же понадобится, — улыбнулась Серафима и хлопнула в ладоши, — Отличные новости! Пора свергать тирана! Хватит ей забирать наши свободы! Мы здесь власть!
Августа ничего не ответила, лишь кивнула и допила свою сангрию до дна.
* * *(14 августа)
Кристина Фавр де Поль в лёгком светлом платье сидела ранним берлинским утром в кафе на Альте Шёнгаузер штрассе. Её небольшой деревянный столик стоял у огромного окна почти в две трети стены. Само окно было открыто, и утренний прохладный ветер трепал салфетки в салфетнице.
Перед девушкой на столике стояла чашка с чёрным кофе, и лежала на тарелке коричная булочка. Больше посетителей в кафе в это утро почему-то не было, хоть Кристина и выяснила, что это одно из самых популярных мест для завтрака в Берлине. Ну, видимо, так сошлись звёзды.
Прозвенел колокольчик на двери, улыбчивый мужчина за витриной поздоровался с вошедшим по-немецки. Ему также по немецки ответил молодой мужской голос. Кристина не стала поворачиваться, лишь зажмурила глаза, представляя, как должен выглядеть её собеседник. Когда тот сделал свой заказ и прошёл к её столику, она всё же слегка повернула голову к нему, приветливо улыбаясь.
— Доброе утро, Кристина? — он был высок, атлетически сложён, загорелый, виски были выбриты, белые волосы зачёсаны набок. Возраст его был чуть поменьше, чем у француженки, и в целом этот молодой человек выглядел так, что у той даже проскочила мысль, что он словно бы сошёл со страниц женского романа, но нет же, вот он, как есть.
— Да, я, — она кокетливо улыбнулась и подала ему руку для рукопожатия, но тот учтиво поцеловал её и сел на деревянный стул напротив.
— Моё имя Юрий, Юрий Майер. — он лучезарно улыбался.
— О, мой помощник сообщил мне, что со мной готовы встретиться, но я не знала, что это будете Вы, — Кристина чуть склонила голову набок и невзначай поправила свои кудри, — А откуда такое имя, Юрий?
— Ну, вообще я родился в Аргентине, дедушке так запомнилось путешествие по России во времена его юности, что он настоял, чтобы мне и моим братьям дали русские имена, — немец благодарно кивнул, когда ему принесли кофе.
— О, Россия чудесная страна, Ваш дед любил путешествовать? — Фавр де Поль распахнула зелёные глаза с густыми ресницами и взяла чашку с кофе двумя руками, собираясь внимательно слушать своего собеседника.
— Да, дед рассказывал, что его поражали русские реки: Днепр, Дон, Волга, — Юрий точно также кивнул, когда ему вынесли его коричную булочку и начал разрезать её ножом на маленькие кусочки, — Широта, простор, он мечтал поселиться там, — мечтательно протянул молодой человек.
— Но осел в Аргентине?
— Так сложилась его судьба, Россия всё же слишком северная и холодная страна, — он улыбнулся и отпил свой кофе.
— А кроме России он ещё где-то был? — зелёные французские глаза внимательно смотрели на белокурого немца.
— Ещё был в Польше, в Греции, в Бельгии и Франции, — тот улыбнулся и положил один из кусочков коричной булочки себе в рот, прожевал и снова улыбнулся, — Но, Кристина, мне сказали, что Вы не о моём дедушке поговорить хотели?
— О нет, конечно, — та лучезарно улыбнулась, отпила свой кофе и поставила чашку на стол, — Я хотела бы встретиться с Отто, к сожалению, не знаю его фамилию.
— Отто прислал меня и попросил переговорить от его лица, — Юрий кивнул и съел ещё один кусочек булочки.
— Ну, раз так, то, Юрий, мне от Вас кое-что надо, — она томно прикрыла глаза и протянула руку, положив свою ладонь на ладонь немца, — Где дети?
Немец вздрогнул, то ли от прикосновения, то ли от вопроса. Его загорелая кожа чуть побледнела, но он справился с собой.