Бутылка (СИ)

Выбрав самый крайний, я направился туда, пытаясь выглядеть независимо и уверенно. Не знаю, вышло ли, учитывая, что скрыть хромоту от натиравших туфель было просто невозможно.
Расположившись за столом, я достал свои контейнеры и принялся за обед. Ребята поодаль хихикали, не знаю, относилось ли это на мой счёт или они нашли более интересные темы для разговора, но я продолжал есть, не обращая внимания.
Удивительно, но я даже получил удовольствие от скромного обеда, несмотря на то, что остывшие и выгнувшиеся тосты были далеки от свежеиспечённого хлеба, а остывшая овсянка и вовсе напоминала землю. Отправив в рот первую ложку, я понял, что забыл посолить кашу, да и на масле явно сэкономил. Ничего не поделаешь — пришлось доесть. Яйца, впрочем, были сварены вполне прилично.
В остальном день прошёл без приключений. Я едва доковылял до дому, где с невероятным облегчением снял проклятые туфли, решив, что завтра пойду в сандалиях и пусть смеются сколько влезет.
Проведя за компом весь вечер, я выполз из своей крошечной комнаты только затем, чтобы накормить отца. Тот был в прекрасном расположении духа — на работе, видно, всё ладилось, но от усталости просто валился с ног.
Отца я читал как открытую книгу. Когда он начинал разминать шею и водить плечами по и против часовой стрелки, это означало, что от усталости ломило каждую косточку.
С тех пор как меня выписали, мы больше не говорили о случившемся. Но я замечал его взгляды, когда ненадолго перемещался в гостиную, чтобы посмотреть телевизор… а скорее, просто чтобы посидеть рядом.
Доктор Майклс зашёл через пару дней, как и обещал. Осмотром остался доволен, только посоветовал питаться получше и прописал какие-то витамины. Рецепт я скомкал, стоило переступить порог своей комнаты, надеясь что отец поскорее об этом забудет. Ещё доктор предложил освобождение от физкультуры, но я вежливо отказался. Против занятий спортом я ничего не имел, к тому же мне совсем не хотелось устанавливать между собой и учениками Истрет Хай ещё одно отличие, уже не говоря о том, что кто-нибудь мог поинтересоваться моим особым положением. Отвечать на вопросы и придумывать новые сказки не очень хотелось.
Физкультура стояла по расписанию на следующий день. Я захватил с собой кроссовки, снова сожалея, что не могу отправиться прямо в них, и форму. В тёплое время я обычно занимался в шортах, но недавно усилившаяся худоба и бледность не вселяли уверенности и потому я предпочёл спрятать худые ноги в штанах. Футболку тоже выбрал с рукавами. Отыскал напульсник, чтобы скрыть две крошечных белых точки на запястье, и остался собой вполне доволен.
Рассматривая шрамы, я иногда вспоминал тот вечер. Странное дело. Мне казалось, что я должен был ненавидеть и злиться на вампира, который, в общем-то, чуть меня не убил, но моих запалов ярости не хватило бы даже на приличный пинок. Я, скорее, чувствовал себя идиотом, которого обвели вокруг пальца.
Только после случившегося, хорошенько всё обдумав, я понял, что вёл себя как последний дурак. Да, конечно, я знал о дозе и остальном, но вот сколько это и как измерить, никогда не задумывался, полагаясь в этом на вампира.
Полагаясь на вампира!
Какой же я тупица. К тому же я сам позволил завести себя неизвестно куда. И вообще, стоила ли чистка ковра моей жизни, если у меня хватило ума рискнуть ею ради половой тряпки.
«Глупо, Энди, очень глупо», — в очередной раз отчитывал я себя.
На физкультуре, стоявшей последним уроком, нам нужно было пробежать три мили вокруг футбольного поля. Учитель свистнул и мы побежали.
В моих прежних школах к урокам физкультуры относились снисходительно. Ученики ходили, но выполняли задания без энтузиазма. Исключения иногда составляли игровые виды спорта: баскетбол, волейбол, футбол. Всё остальное — просто необходимость, поэтому никто никогда не спешил, пробегая нужное расстояние с удобной скоростью.
 
В Истрет Хай явно придерживались другого отношения. Ребята целеустремлённо рванули по свистку. Не все, но многие. Тех, кто унёсся вперёд, я посчитал фриками, помешанными на спорте, и таких, видимо, здесь было большинство. Остальные размеренно работали локтями и не рвались обогнать лидеров. Я бежал во второй группе, пока не понял, что ребята набирают скорость и оставляют меня позади, планомерно увеличивая разрыв. Прибавил и я. В итоге пересёк финишную линию последним.
Стараясь отдышаться, я согнулся пополам, опираясь на колени. В боку нестерпимо кололо. Так хотелось завалиться на густой зелёный газон поля, но никто так не делал, не стал и я.
Другие ребята уже обступили учителя физкультуры, чтобы получить следующее задание.
— Салливан, не задерживайся, — крикнул поверх голов ребят тренер Харрис.
И я, едва волоча ноги, подошёл к остальным.
Сердце продолжало колотиться как ненормальное, пока я слушал, что после двадцати отжиманий для альф, пятнадцати для бет и десяти для омег мы будем отрабатывать челночный бег.
Бросив взгляд на чёрные пластиковые часы на запястье, я с ужасом обнаружил, что прошло только восемнадцать минут!
Похоже, я попал в подобие спортивного лагеря, где собирались исключительно фанаты физической нагрузки.
На четвёртом отжимании руки подогнулись сами собой и я рухнул на траву.
— Салливан, постарайся, — решил приободрить меня тренер. Другие тоже получали словесные пинки, но тренер, скорее, поправлял ребят, чтобы те выполняли упражнения правильно. — А теперь снимаем обувь и выстраиваемся в линию по правому краю.
Ребята бодро поскидывали кроссовки, отставляя их в сторону. Ставить свои рядом, я не решился, надеясь, что на мою потёртую пару с рвущимся шнурком никто не обратит внимание.
Тренер гонял нас без устали. Ему, как и другим преподавателям Истрет Хай, явно нравился свой предмет. К концу урока я сомневался не только в том, что смогу дойти до дома, но и в том, что просто сумею подняться. Сил не было.
Остальные уже скрылись в направлении раздевалки, а я всё продолжал загорать на травке. Отклеившийся пластырь никак не желал прикрывать мозоль на мизинце, но я не сдавался, продолжая приклеивать его обратно, оттягивая тот момент, когда подняться всё же придётся.
— Привет, — поздоровались со мной и от неожиданности я вздрогнул. Я думал, что все покинули поле.
Надо мной снова стоял вампир. И как ему вечно удается подкрадываться незаметно?
— Привет, — на автомате пробурчал я и поправил носок, пряча под ним пластырь.
— Как дела?
— Нормально, учитывая что я едва остался жив. — Поддерживать с вампиром светскую беседу у меня не было желания.
Натянув кроссовки, я не спеша направился к раздевалке. Вампир зашагал рядом.
— Послушай, я хотел с тобой поговорить о том, что случилось.
Бросив на него косой взгляд, я не сразу нашёлся что ответить.
Разговаривать с ним совсем не хотелось, но и скандалить тоже. Всё что мне было нужно, это чтобы кровопийца оставил меня в покое.
— Проехали. Случилось и случилось. Наверняка ты не хотел, но слишком увлёкся, — не глядя на вампира, ответил я, безразлично махнув рукой в сторону.
До раздевалки оставалось половина пути.
— Ты всё правильно понял, — согласился вампир, явно проигнорировав мой сарказм. — Ты не мог бы остановиться, неудобно говорить на ходу, — достаточно вежливо попросил он.
Похоже, так просто он не отстанет. Мне пришлось расстаться с надеждой скрыться за широкими дверьми раздевалки, встречу с которыми я так глупо оттягивал сам.