Бутылка (СИ)

План Ласа сработал. Я слышал чужие шепотки, но не более. Никто не пытался зацепить, никто не приближался близко — альфе удалось переключить всеобщее внимание, шокировав Истрет Хай повторно.
Каковы будут последствия глупого поступка Ласа, оставалось только гадать.
Переварив потрясение, остальные могли всё же попробовать поупражняться в унижениях или же действительно оставить меня в покое. На самом деле, многое зависело от статуса вампира. В школе он был на высоком счету, но насколько этого хватит, чтобы прикрыть мою спину и не навредить себе самому? Глупо, очень глупо.
Окинув взглядом кабинет, я убедился, что все погружены в решение уравнения — собственно, мне полагалось делать то же самое, но мысли мои были далеки от математических расчётов. Незаметно для остальных, я нерешительно коснулся губ, желая убедиться, что они всё те же.
Мой первый поцелуй, — подумал я, точно зная, что никому и никогда не скажу об этом. Мне хотелось, чтобы у меня самого сложилось так, как у папы с отцом. По любви. Но ведь жизнь редко походит на сказку.
Глупый вампир, — пыхтел я через нос, не понимая, зачем взваливать на себя чужие проблемы и так подставляться. Одно дело — проявить участие, помочь. Скрепя сердце, я ещё мог понять обеды и услуги личного шофёра, если уж мой несостоявшийся убийца так на этом настаивал. Я мог даже переварить мокасины, съев объяснения по поводу невыплаченной зарплаты, но поцелуй, чтобы помочь!.. Лас точно отшибленный если не на всю, то на полголовы точно.
То, что чуть не произошло в особняке Варжей, было ужасно, не поспоришь, но намеренно увязнуть в чужих проблемах… Может, Лас плохо понимает, во что суётся и чем это ему грозит?
Время обеда неумолимо приближалось, и я почти не удивился, столкнувшись с Ласом нос к носу, когда спускался по лестнице. По всему выходило, что на верхних этажах ему нечего было делать — во время большой перемены все спускались вниз. Лас подтвердил мою догадку, пристроившись рядом с самой обворожительной улыбкой.
Мне оставалось только промолчать — вызывающее поведение вампира было невозможно прокомментировать в густой толпе, где буквально каждый навострил уши и вперил глаза в наши затылки.
Мы вошли в столовую в абсолютном молчании. Лас вежливо пропустил меня первым, демонстрируя отличные манеры и, похоже, играя в ухаживания.
Как же мне всё это не нравилось.
Но сейчас я ничего не мог сделать, если, конечно, не был полным кретином и не собирался раскрыть правду, устроив бесплатный спектакль и пустив все старания вампира насмарку.
Очередь придвинулась вплотную к прилавку.
— Бери то же, что и вчера, — шепнул альфа, задев моё ухо носом.
Давая совет, он, должно быть, хотел, чтобы мы выглядели милующейся парочкой, не грешившей откровенным милованием на людях, но вот я был к такому совершенно не готов.
По телу прокатилась волна, заставившая подняться каждый волосок. В горле вмиг стало сухо, и я был готов клясть вампира на чём свет стоит, лишь бы вернуть уверенность и убедиться, что я не стану спотыкаться на ровном месте.
— С тобой всё в порядке? — Похоже, Лас что-то заметил.
— Да, — сдержанно отозвался я и начал собирать на подносе вчерашний набор блюд.
Расчёт вампира я оценил. Не следует показывать неуверенность другим. Лучшая защита — нападение или, в нашем случае, тупое игнорирование случившегося. Пусть видят, что меня ни капельки не заботит вчерашнее, и я не стану превращаться в пугливую мышь только потому, что один из дней не задался.
Лас подмигнул мне, стоило сесть за стол.
Обед проходил в молчании. Время от времени вампир позволял себе бросать в мою сторону двусмысленные взгляды. Один раз даже попытался накрыть ладонью мою руку. Но я убрал её раньше, словно не заметил манёвра.
 
— Лас, — предупреждающе произнёс я, глядя на рыбу в своей тарелке.
— Да-а, — оживился альфа, то ли игнорируя намёк, то ли желая подействовать мне на нервы.
— Держи себя в руках, — снова незаметно оглядевшись, предупредил я.
— Энди, мы должны разыграть свои роли до конца, иначе нам могут не поверить.
— Вот и разыгрывай, а меня оставь в покое, — сквозь зубы прошипел я. — Если бы я знал, что ты задумал, то ни за что бы не согласился.
— Поэтому я тебе ничего не сказал.
— И я ещё не решил, прощать тебя за это или нет. — Альфа явно не имел чувства меры и не знал, когда стоит прикусить язык.
Лас нахмурился, словно серьёзно о чём-то задумавшись.
— Думаю, надо простить.
Чужой самоуверенности не было предела! Если бы вилка в моей руке была пластиковой, то давно бы переломилась пополам.
— Ладно тебе, Энди, — зашептал он, видя как моё лицо мрачнеет всё больше. — Представим, что это был просто дружеский поцелуй. Зачем принимать всё так близко к сердцу? Ведь я же не сорвал первый поцелуй с губ невинной фиалки, — тихо хмыкнул он, склоняясь над столом.
Я не удержал быстрый взгляд, скользнувший по лицу Ласа помимо воли, и тут же почувствовал, как щеки согревает румянец.
— Мне пора, — не выдержал я пристального взгляда и пяти секунд, кляня себя за то, что не догадался смыться раньше.
— Энди, подожди, я… — Слишком поздно, альфа прочёл меня с лёгкостью, но я уже нёсся вон из столовой, сияя пунцовыми щеками на радость охочим до зрелищ зевакам.
========== Приглашение ==========
Несмотря на случившееся, Лас не позволил мне самостоятельно дойти до дома, но вёл себя тихо. Ни о чем не спрашивал, разговоров не заводил. Мой первый поцелуй не обсуждал.
Так и повелось — альфа отвозил меня в школу и возвращал обратно, кормил обедом и смотрел своими долгими нечитаемыми взглядами. Мне даже иногда казалось, что его мучает совесть за то, что он такой напыщенный индюк.
В школе всё сложилось. Вернее, сложилось без причинения физического и материального вреда. Меня по-прежнему недолюбливали, косились, но не трогали, должно быть, отчётливо чувствуя чужое покровительство.
Правда, унять чужие языки оказалось непосильной задачей. Особенно сурово доставалось от омег. Они наверняка считали, что я занял не своё место.
Надо же быть такими узколобыми. Словно я вообще что-то решал. Или мог бы решить, появись у меня такое желание.
Пообщавшись с Ласом подольше, я сумел немного рассмотреть характер альфы. Лас был самоуверенным, настойчивым, непреклонным. Если он чего-то хотел, добивался собственных целей любыми способами, из-за чего у нас за последние пару месяцев вышло немало размолвок. Но каждый раз ему каким-то чудом удавалось тушить пожар, сводя моё возмущение на нет.
Когда он желал, он был понимающим и заботливым, даже мог наступить на горло собственной песне. Ненадолго, конечно, но мог.
Общаясь с вампиром, я незаметно привык к его присутствию. Иногда мы говорили о школе, и я даже не заметил, как мы начали говорить о самых разных вещах. Он, как и я, много где побывал, и потому нам было что вспомнить. Странно вот так просто разговаривать с кем-то, словно вы знакомы тысячу лет.
Иногда мы говорили о том, как закончим школу. У меня было ещё несколько лет в запасе и это служило прекрасным оправданием тому, что я совершенно не знал, чем хочу заниматься.