Elden Ring: Своя концовка (СИ)

Погасшие начали возвращаться. Способные на полёт существа застыли в воздухе, окружив Костю; всадники будто никуда и не уходили, взяв мужчину в сужающееся кольцо.
Впрочем, это нисколько не пугало главного претендента на трон короля.
Его интересовало другое:
— Зачем ты присоединился к ним, Бернал?
Взгляд Кости встретился с взглядом старого Погасшего. Честно говоря, мужчина не хотел нападать на того, кто в своё время научил немало игроков многим приёмам.
  
— Я не мог отказаться от такого предложения, — склонил голову Бернал, будто извиняясь перед ним.
Он, неспособный сбежать с остальными, догадывался, почему выжил.
— Хотел бы я скрестить клинки с тобой в честном поединке, Константин, даже если бы это значило немедленный проигрыш, но твоё существование может помешать моей цели. Сильные убивают слабых; слабые объединяются и убивают сильных. Ты разве не знаешь об этом, Погасший?
Константин приподнял бровь.
— Я не хочу идти на базовую концовку. Кто сказал, что я собираюсь подчиняться Великой Воле? Твоя вайфу прыгнула в огонь [221] и я полностью разделяю твоё горе, Бернал. Смерти того немногого прекрасного, что есть в этом мире, не будут забыты.
Глаза Кости загорелись светом фаната вайфу. Самым ярким светом, что у него был.
Бернал, совсем не ожидав речи от Кости, застыл, почесав шлем.
— Моя… вайфу? Ты знаешь про мою служанку?!
Сознание Погасшего словно немного прояснилось. Свет вайфу, что был сильнее любых чар, проник в его разум.
— Достаточно разговоров!
По полю битвы разнёсся рёв Повелителя Крови. Кажется, из-за того, что Погасший совсем перестал обращать на его драматическую трансформацию внимание, он слегка обиделся.
Посмотреть же было на что: за спиной полубога выросли чёрные крылья; тело Мога покрыла кровавая энергия и даже его рога, казалось, стали длиннее!
— Сразу на вторую стадию решил перейти?.. — удивлённо пробормотал Константин.
Как оказалось, да. Видимо, накопив достаточно казуальной энергии, Мог, по достоинству оценив силу Кости, решил сразу действовать наверняка:
— Слушайте меня! На счёт! Trēs!
Кровавая энергия ударила в небо. Константин почувствовал, как его покрыло чужое казуальство. Уже знакомый порядок энергии, недоступный даже полубогам, способный сдержать его внутреннее солнце, лучше всего ему намекнул на реальное благословление Аморфной Матери [222].
Настроение Кости стало ещё чуть лучше.
«Интересно, будет ли у неё свой квест…»
Если не в игре, то хотя бы здесь. Его внутренний учёный ум (лоровед) жаждал узнать то, чего игра так и не рассказала. Правда, для этого нужно было для начала закончить основные квесты.
Если так задуматься, их осталось не так уж и много.
В руке мужчины появилась покрытая трещинами дубина.
Не только Константин осознал, к какой силе обратился полубог. Проекция Морготта, наблюдавшая за всем со стороны, сжала зубы, почувствовав желание присоединиться к Константину и выбить из предателей всё дерьмо. Из них всех! А затем из самого Погасшего!
«Предатели… Вокруг одни предатели!»
Достаточно сократив дистанцию, Стражи Древа в едином порыве бросились на Погасшего. Константин, оглянувшись, неожиданно достал свисток и призвал довольно фыркнувшего Потока.
Получивший порцию усиления скакун, явно шокировав своим появлением Стражей, тут же показал, что его прокачка не прошла даром: удар копытами призрачного скакуна снёс не только одного из Стражей, но и его спутника, на котором он только что вальяжно восседал.
Подпрыгнув на несколько метров ввысь, с чувством выполненного долга Поток исчез, позволив Косте приземлиться прямо на второго Стража, снеся уже его со скакуна.
Не давая тому и шанса, мужчина замахнулся дубиной.
Удар!
Константин оказался напротив поверженного противника. Скакун Стража, жалостливо захрипев, подошёл к нему, начав тереться об него.
Сцена не могла не вызвать у него определённые воспоминания.
— …никаких истинных парирований, пока не придёт время, — сурово заявил мужчина, шлепком отогнав животное подальше.
Пускай провожает своего всадника после битвы. Если от тела Стража останется хоть что-то. Основания для опасения его полного испепеления были, и не одно:
— …Duo!..
Константин почувствовал, как чужая сила ещё сильнее сжала его, будто бы стремясь раздавить.
Вой Повелителя Крови стал новой командой. Драконы открыли пасти, выпустив поток пламени. Выжившие после атаки Погасшего мертвецы не стали отставать, явно не слишком заботясь о том, что драконье пламя настигнет и их.
Видимость быстро опустилась практически до нуля. Море пламени поглотило землю, окрашенное в красный небо наполнилось воплями живых мертвецов, бросившихся через пламя на Погасшего.
Где-то в потоке огня раздался рёв мёртвой птицы.
Участок земли, на котором столкнулась армия во главе с полубогом против одного-единственного казуального хардкорщика, уже никогда не будет прежним.
И последующие действия Кости лишь укрепили это.
— Маричьи округлости… — почесал шлем Бернал.
Неожиданно прочистившиеся от слов Константина мозги подсказывали ему, что лучше было и впрямь оставить «союзников» и просто наблюдать.
По какой-то причине он не стал противиться странному чувству, незаметно исчезнув. В пылу такой битвы исчезновение одного-единственного Погасшего ни на что не повлияет.
И это определённо было правильным решением.
В небо ударили потоки кроваво-чёрного пламени.
Короля Знамений было тяжело испугать. Разозлить — легко. Но не испугать. За долгую жизнь он видел столько, сколько не могли себе представить и самые страшные и ужасные существа, населявшие Междуземье.
А их было много, соулслайк, в конце концов!
Но даже он почувствовал, как по его проекции пробежал холодок, на краю сознания ощутив жар от поднявшегося в небо пламени. Пламени, отличавшегося от всего того, что Междуземье когда-либо видело.
Словно живое, оно вцепилось в пламя драконов, поглотив его, переключившись на самих владык небес. По всему Плато Альтус разнёсся мучительный вой пытавшихся избавиться от страшного огня ящериц-переростков.
Мертвецам повезло немного больше: они были испепелены быстрее, чем успели что-либо понять.
К сожалению, в пылу битвы ни у кого не было времени на размышления.
— …Ūnus!..
Кроваво-чёрное пламя Константина развеялось. Горящий заживо мужчина удивлённо уставился на руки, чувствуя, как окружающая действительность словно сжала его, купируя всю силу где-то глубоко внутри него.
Без преувеличения можно было сказать, что поглотивший кровь трети армии полубог смог зайти ещё дальше Тени Погибели.
Косте определённо нравилась эта прокачанная версия босса [223].
«Теперь настал черёд Погасших», — Морготт прищурился.
Их было не больше двух десятков, вероятно, даже меньше, но каждый прошёл бесчисленные сражения. Лишённые благодати неудачники, получившие шанс стать владыкой.
Кто-то, пользуясь предоставленной вечностью, изучал магию.
Кто-то предпочёл путь воина.
Кто-то пошёл ещё дальше, объединив в себе и то, и другое, в разном виде и разных формах.
Каждый Погасший был индивидуален, и они, пусть не могли представлять такую же разрушительную мощь, как те же драконы, в конечном итоге были заточены на то, чтобы охотиться на тех, кого они убить физически не могли.
В конце концов, каждому из них был предоставлен шанс стать владыкой.
  
Теперь же, когда основная сила Погасшего была ограничена, этот шанс становился больше.
Или они так думали.
Бесчисленные клинки, окружив обугленного, но всё ещё сохранявшего неизменную повязку на поясе мужчину, неожиданно достигли цели, пронзив жизненно-важные органы Погасшего, разрушая его тело изнутри собственной силой.