Elden Ring: Своя концовка (СИ)

Он был знакомым.
Корин, чувствуя, как у него от страха свело желудок, медленно повернул голову, увидев перед собой знакомую фигуру Погасшего. Одетую фигуру Погасшего.
— Константин?.. — глупо переспросил священник.
Вытянувшийся на голову Погасший, появившийся из ниоткуда, улыбнулся.
— Я знаю, где Золотая Маска.
— А?..
Почему-то Корину показалось, что ранее безразличные простолюдины, заполонившие собой всё Плато Альтус, с вызовом уставились на Константина.
  
Но, наверное, показалось.
  
Глава 50
 
Сказать, что герой Золотая Маска не внушал доверия — значит ничего не сказать. Он выглядел так, будто раз эдак пять сгорел заживо и провёл большую часть жизни (и, возможно, смерти), сидя на диете из лучей Древа Эрд.
Стоя на разрушенном мосту, он молча смотрел вдаль, в сторону возвышающегося Древа Эрд, над чем-то думая.
Единственная причина, по которой Костя вообще понимал, почему Корин столь почитает прославленного героя — тот факт, что он, очевидно, был верным своим идеалам трайхардером. Возможно, самым настоящим, в отличие от Кости, так или иначе погрязшем во всех пороках соулслайков.
В конце концов, Золотая Маска путешествовал фактически голый, прикрываясь лишь ничего не скрывающим золотым украшением. И, очевидно, в отличие от Кости, который уже успел привыкнуть большую часть времени ходить одетый, Золотая Маска что-то менять в своей жизни не собирался.
Кто он, если не настоящий, верный идеалам трайхардер?
— Герой Золотая Маска! — не мог поверить спрятанным под повязкой глазам Корин. — Это правда вы! Для меня это честь! Но что это я, меня зовут…
— …
Золотая Маска, чей указательный палец был направлен куда-то в сторону Древа, едва-едва заметно шевельнул им [203].
— Ох, так вы знаете про меня! — едва не всплакнул Корин.
Самым здесь пугающим Константин находил то, что и сам каким-то образом по движениям пальца худощавого человека умудрялся подсознательно улавливать какие-то смыслы.
Общение с первородным казуалом явно не прошло даром.
К несчастью, Костя пришёл не наблюдать за движением пальца, а общаться с ним. Точнее, не с самим пальцем, а его обладателем. Наверное.
— Золотая Маска…
— Константин! — испуганно вскрикнул Корин. — Ты мешаешь размышлениям Золотой Маски!
Палец Золотой Маски неуловимо изменил траекторию.
Он был совсем не против того, чтобы Погасший заговорил.
— Ах! — опустил голову священник. — Я совсем забылся, мне так жаль…
Конечно, Корин не забыл, кем был Костя и что именно он был тем, кто смог поселить семена сомнений в его сердце. Но Золотая Маска должен был быть тем, кто смог бы развеять их. Прославленный герой, тот, кто понимает Золотой Порядок больше кого-либо ещё.
Костя, видя, что священник больше не пытается помешать ему, вновь заговорил:
— Меня зовут Константин, можно просто Костя.
— …
— Я хочу с тобой обсудить лор.
— …
Очевидно, Золотая Маска был весь во внимании.
Костя недолго помолчал, после чего…
Видимо, для большей драматичности выполнил принцип регрессии.
— Радагон — это Марика [204].
— …!
Палец Золотой Маски неконтролируемо задрожал. Брат Корин, будто узнав нечто запретное, безучастно открыл рот.
Костя приподнял бровь, удивляясь яркости реакции.
— Поосторожнее с движением пальца, я ещё даже к теориям лороведов не перешёл…
К несчастью для Золотой Маски и Корина, это и впрямь было лишь началом того, о чём говорил Константин.
История восхождения королевы Марики была укрыта многовековой тайной, но Константина забыли об этом предупредить, из-за чего он совсем не стеснялся рассказывать то, что знал.
Про то, где родилась богиня и почему возненавидела роговестов.
Про то, в кого в Междуземье верили до Богини, и как связаны роговесты с драконами.
Про то, какую жертву принесла Марика, чтобы переродиться в Богиню.
Про то, как воевала потом, чтобы вера в Древо Эрд распространилась и закрепилась во всём Междуземье.
Рассказывал мужчина и про Эпоху, когда Древо Эрд было сильным как никогда, и про Эпоху, когда оно начало постепенно увядать.
Наверное, сам того не понимая, мужчина озвучил столько ереси, сколько Междуземье не слышало сотни и сотни лет.
Если сначала два последователя Золотого Порядка, выпучив глаза, ещё пытались как-то слушать и осмыслять то, о чём говорил мужчина, то под конец…
Корин стоял на коленях, сняв с лица повязку, смотря на Древо Эрд так, будто впервые его увидел. Золотая Маска не двигал пальцем.
— Есть предположение, что настоящее Древо Эрд давно сгорело дотла, — невозмутимо произнёс погрузившийся в мысли Константин. — Мы видим перед собой иллюзию. Золотой род всегда славился своими иллюзиями.
Позже он обязательно проверит это. С другой стороны, даже без какой-либо проверки он был практически наверняка уверен в этом.
Константин повернул голову на преследовавшую их иллюзию простолюдина, встретившись с ней взглядом. Во взгляде Погасшего проклятое дитя богини чувствовало лишь уважение. В мужчине не было и намёка на ненависть, с которой жил полубог.
И это вызывало лишь больше злости.
Проекция Морготта, слышавшая всё от начала и до конца, была на грани безумия.
Да! Их иллюзии совершенны, помяни их Великая Воля! Но это признание сейчас больше походило на насмешку!
То, чем он так сильно гордился, было вывернуто против него. Вывернуто не как попытка опорочить его род, а… как простой пересказ истории, порочащий их намного больше самой гнусной лжи.
Теперь он понимал, почему Мелина тоже решила предать их. Корень проблемы был в слишком много о себе возомнившем Погасшем, принёсшим в их мир нового Внешнего Бога. Посмевшего ставить себя на уровень их Богини. Желавшего уничтожить то, что они строили с таким трудом.
С другой стороны, не они же были виноваты в том, что Междуземье достигло этой стадии?
И, что самое ужасное, не были ли слова мужчины…
…самой обычной, холодной правдой?
Он, дитя, рождённое с проклятыми атрибутами, видел достаточно, чтобы понимать, насколько слова Погасшего были близки к правде. Причину ненависти матери он в том числе мог понять, но принять…
Морготт, чувствуя как что-то ужасное проникло в его грудь, выдохнул, выпрямившись. Повернул голову на стоявшую в стороне Мелину, молча смотревшую на фигуру Погасшего.
Полубог уже думал было что-то сказать, но тут обратил внимание на руку девушки, на безымянном пальце которой сияло старое, потёртое кольцо.
Взгляд простолюдина стал настолько выразительным, что Мелина, немного неправильно его поняв, стыдливо отвела взгляд, поплотнее спрятавшись под капюшоном.
— Я приглашу тебя на церемонию, брат…
Их отношения, всё же, были не такими плохими. По крайней мере, врагами они точно не были, а другие родственники…
В общем, вариантов было немного.
— …
Морготт, чувствуя, как у его проекции начало темнеть в глазах, развеял её.
Все иллюзии, населившие Плато Альтус, начали развеиваться — в них просто не было смысла. Проклятый Погасший, возомнивший себя равным Богине, всё равно мог видеть сквозь них.
  
Ему очень хотелось посмотреть, как он справится с коллективными усилиями испуганных шавок.
Впрочем, на фоне брата Корина проекция Короля Знамений чувствовала себя просто превосходно. Священник был опустошён. Он, даже не успев проникнуться мудростью Золотой Маски, был окончательно разбит тем, кто и поселил в нём семена сомнений.
Семена, что превратились в целый лес.
— Золотая Маска… С-скажит… Золотая Маска?