Белое озеро: Охота на лис (СИ)
— Как такое может быть, я не понимаю, — пробормотала, наконец, она. — Ведь согласовали же перевод. А теперь…
— Ой, это я виноват! — тут же замахал руками Кравцов. — Не умею я с этими бюрократами от науки дела иметь, за столько лет так и не научился. Но я что-нибудь придумаю, обязательно!
— Я не хочу возвращаться, — неожиданно для себя вдруг призналась Лиза. И под внимательным и веселым взглядом начальника научной станции обхватила руками чашку и уставилась в нее, будто там, на дне, были какие-то ответы или советы.
— Что, уже полюбились наши места? — в голосе Льва Федоровича виноватые интонации тут же сменила гордость.
Лиза кивнула. Кравцов озвучил очевидное. Это место действительно… Лиза пока и мысли допустить не могла, что она вот скоро, завтра, например, сядет на катер и уедет отсюда. Да она же тут ничего еще не видела толком!
— Скажите, Лев Федорович, а что там с тем местом, в котором жил мой дед? Вы говорили, что пока не нашли егеря на его место?
— Не нашел, — согласился Кравцов. — Но вы же не егерь, Лизавет Георгиевна.
— Ну, так а других вакансий для меня у вас, как я понимаю, на данный момент нет?
— Нет, — снова согласился Лев Федорович.
— Вот и возьмите меня егерем. Для этого же специальное образование не требуется?
Кравцов уставился на Лизу, как на умалишенную.
— Да какой из вас егерь, Лизавет Георгиевна? Нет, я не в оскорбительном смысле! Но вам же придется жить не здесь, а там, в домике егеря. Это отсюда километров двадцать по берегу, причем по воде. Туда иначе не добраться. Там же ничегошеньки нет!
— Ну как это нет? — Лизу охватил какой-то непонятный азарт. И еще подняло голову фирменное, семейное упрямство. — Дед мой как-то же там жил?
— Ну, вы сравнили! — всплеснул руками Лев Федорович, едва не опрокинув чашки. — Матвей Исаевич привык за столько лет. Он же человек другого поколения, другого понятия о комфорте, уж простите за откровенность. А вы ученый, из столицы, к другому привыкли. У нас тут на базе и то многие с непривычки жалуются — Интернета стабильного нет, связь только экстренная. Правда, с другой стороны, ничего не отвлекает от научной работы, — Кравцов хмыкнул себе в бороду. — А там-то вообще…
— Что — вообще? — и не думала сдавать позиции Лиза. — Условия же для жизни есть? Или Матвей Исаевич там в дупле жил, как белка?
Кравцов, кажется, Лизиной настойчивости не обрадовался, а даже и обиделся.
— Не в дупле и не белка, — буркнул он. — Дом там имеется, и добротный дом. И даже дизельный генератор есть. И биотуалет — это вот последнее наше приобретение деду Матвею. А всего остального, уж простите — нет. Вместо холодильника — погреб. Связи нет никакой, даже рация не пробивает. Полный, как говорится, автоном. Лодочка имеется, но резиновая, с простеньким мотором, который, к тому же, кажется, совсем загрустил. Летом-то ничего, когда навигация, катера постоянно ходят, к деду Матвею все как паломничество шли — и привозили постоянно — то одно, то другое. Там же, Лизавет Георгиевна, магазина-то нету. Что в запасе будет — то и придется кушать. Летом-то Матвею Исаевичу постоянно подвозили все, что душе угодно, и хлеб свежий, да и… — Кравцов махнул рукой. — Словом, все, что можно купить в поселке — все привозили, стоило ему попросить. А иногда и без просьб. Это же дед Матвей. А зимой дело другое. Зимой озеро встанет, то есть, замерзнет в районе поселка, где-то примерно в ноябре. И до апреля — все. Сиди один как сыч.
— А как же… лодка? Вы же сказали, что там лодка есть. Мотор, положим, можно починить. Можно же?
— Да мотор-то починить можно, — Лев Федорович как-то раздосадовано отхлебнул чаю. — Не в моторе дело. На резиновой лодке по зимней воде разве что вдоль берега можно пройти немного. А так… — он покачал головой, потом махнул рукой. — Зимой озеро неспокойное. Очень.
— Так, получается… — медленно начала Лиза. — Получается, мой дед с ноября по апрель… — Лиза начала загибать пальцы. — Получается, он полгода жил вообще один?!
— Ну, не полгода, там меньше выходит. Скорее пять месяцев, с хвостиком. Ну и год на год не приходится — когда навигация прекращается и начинается снова.
— Совсем-совсем один? — Лиза никак не могла это уложить в голове.
— А я о чем вам толкую, Лизавет Георгиевна! — Кравцов даже лицом просветлел. — Это не для каждого работа. Да вы не торопитесь расстраиваться. Я завтра на свежую голову попробую что-нибудь придумать.
— Что вы придумаете, если у вас тут даже ни связи, ни Интернета толком нет.
— А я, Лизавет Георгиевна, человек старого поколения, мне, чтобы думать, Интернет не нужен.
Кажется, Кравцов щелкнул ее по носу. И, кажется, совершенно заслуженно. Пока Лиза обдумывала этот факт, Лев Федорович встал.
— Утро вечера мудренее, Лизавет Георгиевна. Давайте на постой устраиваться да отдыхать. Пойдемте, я вас провожу.
***Лизе выделили отдельный домик. Деревянный, небольшой, но там никого не было, кроме Лизы. Стоял он на самом краю поселка, и озеро из него не было видно. Зато к дому вплотную подходила могучая первобытная тайга. Еще и краснокнижная, между прочим. Заповедник же.
Лиза, воспользовавшись советом Кравцова, наскоро приняла душ, пока работал генератор. Вода шла уже едва теплая, но после душа Лиза почувствовала себя значительно посвежевшей. И решила, пока не стемнело, прогуляться по поселку. Он назывался так же, как и сам заповедник — поселок Алагем.
Лиза обошла весь поселок за пятнадцать минут. Поселок — это было слишком громким названием, домиков в нем стояло от силы штук тридцать. Но жизнь в нем вечером просто кипела. Впрочем, как запоздало сообразила Лиза, она сама могла быть причиной этого бурного кипения. Ей то и дело попадались люди, которые здоровались с ней и смотрели с любопытством. Для такого закрытого общества появление нового человека — и в самом деле событие. Лиза вежливо со всеми здоровалась в ответ, но решила пока не останавливаться и не заводить знакомства. Ей надо присмотреться к месту.
Через десять минут Лиза вернулась к своему домику, постояла у крыльца — и пошла дальше. А потом замерла у кромки густого темно-зеленого леса. Заповедного леса. Он не выглядел дружелюбным. Хмурый, с могучими деревьями и густым подлеском. Лиза вдруг представила, что за ее спиной нет поселка ученых, что там только один-единственный домик — тот самый, в котором она расположилась. И дальше на многие километры — вот эта первозданная могучая тайга. И еще глубокое холодное огромное озеро. И все.
Лиза зябко передернула плечами, обернулась, чтобы убедиться, что это всего лишь ее фантазия, а поселок на месте. И вздрогнула.
В метре от нее стоял пес. Хотя в первую секунду показалось, что это волк. Но нет, спустя несколько секунд облегченно выдохнула Лиза. И даже про себя выругалась. Что за фантазии, откуда тут в поселке волк? Просто серая лайка, довольно крупная.
— Привет, — негромко произнесла она.
Пес стоял, немигающим взглядом смотрел на Лизу. Признаков агрессии не проявлял, но когда она сделала небольшое движение рукой в его сторону — отступил. Он совсем не походил на пса, который крутился на пляже — Чачу, вспомнила Лиза. Внешне совсем другой, но и повадки были другие. Впрочем, какое ей дело до местных собак? Еще неизвестно, что это за пес, и какой у него нрав.
Собака чем-то нервировала Лизу — в основном тем, что не уходила, просто смотрела и не подпускала к себе. Гулять в такой компании совсем не хотелось. Да и вообще, уже почти стемнело. И Лиза пошла к своему домику. Пес проводил ее и сел в паре метров от крыльца.
— Ну и что мне с тобой делать? — вслух спросила Лиза, вспоминая, что у нее с собой есть из еды. — Батончики ты не будешь, так ведь? Снеки тоже? — пес наклонил голову. — Будешь?
Разумеется, собака не ответила. А Лиза, вздохнув, пошла в дом, а через минуту вернулась на крыльцо.
— Ну, смотри, ты сам попросил, — Лиза положила хлебец на ступеньку. — Ухожу-ухожу.