Белое озеро: Охота на лис (СИ)
Вся эта пастораль разбилась о реальность. Об обсидианово-черную воду, стеной стоящий мрачный лес по берегам и стремительно несущийся белый катер. Не так себе Лиза представляла все это, не так.
Глава 2
Лиза обернулась и обнаружила, что поселок уже скрылся из виду. А впереди была лишь просторная гладь черной воды и зеленые стены берегов. И никакого намека на приближающуюся базу заповедника.
— Нам долго еще?
— До поворота минут сорок.
— А потом?
— Еще часа два.
Лиза не сдержалась — ахнула. Им ехать практически три часа?! А этому Лису еще потом столько же назад?!
— Когда же вы вернетесь?!
— Засветло должен успеть.
Засветло. Только сейчас, в начале июля, темнеет поздно. Лиза бросила взгляд на часы, произвела нехитрые математические подсчеты. Выходило, что вернется в поселок капитан Лисовский часам к восьми вечера, не раньше.
— Я не думала, что это так далеко…
— А вы что, не удосужились прочесть хотя бы пару строк про «Алагемский» и Акколь? — любезности в капитане Лисовском по-прежнему не прибавлялось. Но теперь Лиза хотя бы понимала причину такой его неприязни.
— Я… читала. Но, видимо, не обратила должного внимания. Извините меня, Анатолий. Я даже не предполагала, что займу столько вашего времени и нарушу ваши планы. Еще раз извините.
Сначала Лисовский ничего не сказал. Но, когда Лиза покосилась на него, она заметила, как смягчилась неуступчиво поджатая линия губ. А профиль у него все-таки неприлично красивый.
— Меня все называют Лис, — наконец обронил он. — Я привык. Ну или Толис.
— Хорошо, — покладисто согласилась Лиза. Им ехать еще три часа. Лучше провести это время в мирной беседе, чем в надутом молчании. — Лис — это красиво. И необычно. А я — Лиза.
Вообще-то, она едет сюда работать. И там, на новом месте работы, ее наверняка будут называть по имени и отчеству. Но капитану Лисовскому она почему-то представилась именно так — Лиза.
Он хмыкнул. А потом вдруг спросил:
— Слушай, а ты что, правда — внучка деда Матвея?
Лиза позволила себе взять паузу в ответе. Она не привыкла, чтобы малознакомые люди ей тыкали. Но потом все же решила не заострять на этом внимание и ответила коротко:
— Да. Двоюродная.
Лис покосился на нее.
— Совсем не похожи.
Лиза вспомнила фотографию Матвея Исаевича, которую показывала ей мама. Копна седых спутанных волос и из-под кустистых бровей прищуренные глаза в сеточке морщин. Да, сходства между Лизой и двоюродным дедом прослеживалось определенно мало. Но для Лизы это был, скорее, комплимент.
— А ты вообще знаешь, кем был твой дед?
Лиза повернула голову к Лису. Он смотрел на нее, но выражения глаз за черными очками было, разумеется, не разглядеть. Впрочем, тон его был скорее доброжелательным, чем нет. Как минимум, любопытствующим. И без издевки.
Лиза вдруг осознала, что катер летит вперед, а Лис смотрит на нее. Ей, по аналогии с дорожным движением, захотелось крикнуть: «Вперед смотри!». Но впереди была лишь безбрежная гладь, только где-то совсем далеко — впрочем, тут совершенно скрадывалось расстояние — маячила пара белых пятнышек других катеров.
Лисовский, кажется, заметил панические метания ее взгляда и, усмехнувшись, отвернулся и стал смотреть вперед. Лиза не смогла сдержать вздоха облегчения — незаметного, как она надеялась.
— Я знаю, что мой дед был здесь егерем. В заповеднике, — торопливо пробормотала она.
— И все? — Лисовский вздернул бровь.
— Этого недостаточно? Или что — Матвей Исаевич не был егерем? У меня неправильная информация? — честно говоря, Лиза не привыкла к тому, что каждое ее слово подвергалось такой вот… снисходительной ревизии.
Лисовский хмыкнул как-то не зло, но все равно обидно.
— Дед Матвей был легендой.
Это прозвучало пафосно, просто чрезмерно пафосно. Лиза этого от Лисовского совершенно не ожидала. Не производил он впечатления человека, которому пафос присущ хоть в минимальной степени.
— Прямо-таки легенда? — осторожно уточнила Лиза.
— Да хоть бы у Кравцова спроси, — пожал плечами Лис. — Деда Матвея тут каждый знал. А уже его яблоки…
— А что — яблоки? — еще более осторожно уточнила Лиза.
Лисовский повернулся к ней и поднял очки на лоб. Лиза снова попала под обстрел этих ярких светло-синих глаз. И это ей вообще не понравилось! Потому что под взглядом этих глаз вдруг резко захотелось приглаживать волосы, смотреться в зеркальце, а после всего — улыбнуться. И даже глупо хихикнуть.
Совсем незачем это!
А Лисовский продолжал молча смотреть на нее.
— Что? — не выдержала Лиза. — Что вы так на меня смотрите?
Он покачал головой, будто не веря тому, что то ли увидел, то ли услышал. И снова повернулся к рулю.
— То есть, ты не знаешь, как твой дед высаживал свой яблоневый сад?
— Нет, — коротко отозвалась Лиза. Все остроумные ответы из серии «Согласно заветам Мичурина» она решила придержать.
— Там же сплошной камень, на том берегу, — Анатолий неопределенно махнул рукой куда-то вперед. — Плодородной земли нет. Дед Матвей на лодке привозил землю — с разных мест. Каждое утро садился с лопатой в лодку — сначала даже не моторку, а так, на веслах — и плавал вдоль всего берега, искал землю, даже на юг уплывал, в устье Ачелмана. Несколько лет свозил землю. А потом высадил сад.
— И? — поторопила Лиза замолчавшего Лиса.
— И вырос сад, — фыркнул он. — А матвеевские яблоки у нас каждый август нарасхват. Мы всем нашим катерным флотом урожай вывозим оттуда.
— Да ладно! — возмутилось Лиза. — Откуда там столько яблок?
— Сад большой. И там микроклимат особый. Там на плато теплее — градусов на пять точно. Что-то там с ветрами, с землей — я не знаю. Это только дед Матвей знал. А только яблоки там родят — будто на юге. И вкусные, и сладкие. И лечат.
— Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезет! — возмутилась Лиза. — Сказки какие-то! Яблочки молодильные! Нет, в микроклимат и особой состав почвы я еще могу поверить! Но все остальное — сказки! Не верю!
— Не верьте, — пожал плечами Лис. Ему, похоже, на Лизино возмущение было вообще ровно. — Люди верят — и им помогает.
— Они, наверное, из-за своих целебных свойств продаются в десять раз дороже, чем обычные яблоки! — фыркнула Лиза. И, только сказав, сообразила, что этими словами она, получается, обвинила своего деда — пусть и двоюродного — в чем-то не очень порядочном.
Лисовский даже не повернул в ее сторону голову. Он, похоже, пришел относительно Лизы к каким-то выводам, и дальнейшее общение с ней не планировал. Но ответить соизволил.
— Матвеевские яблоки бесплатно раздают. Всем желающим. Но только определенное количество на одну семью. Люди сами за этим следят.
И тут Лизе стало стыдно за свои слова. Это, похоже, какой-то местный… местный обычай, наверное. Или местная легенда. Да, Анатолий именно так и сказал. Что дед Матвей — местная легенда. И яблоки его, наверное, тоже часть этой легенды. Красивая легенда, если вдуматься. А легенды — они ведь живут, пока в них верят.
Лиза раздумывала, что бы такое сказать, чтобы как-то сгладить впечатление от ее слов. Ну не извиняться же, в самом деле? Нет, с этим у Лизы проблем не было, если чувствовала, что не права — признавала это. И если надо — извинялась. Сейчас перед кем извиняться? Перед уже покойным Матвеем Исаевичем? Ладно, он, в конце концов, ее дед, пусть и двоюродный. Сама по-родственному разберется с дедом, без посторонних.
В мысли Лизы вторгся какой-то новый звук, и она завертела головой в поисках источника этого звука.
Слева их нагонял другой катер. Вот он поравнялся, капитан помахал рукой, вслед за ним замахали и пассажиры. Лиза тоже подняла руку в приветственном жесте и почему-то улыбнулась. Есть какая-то магия в этих простых человеческих жестах абсолютно незнакомых людей.
Хотя — почему незнакомых? Лис наверняка знает капитана этого катера, который уже уходил вперед. Лисовский же на этот факт, как и на приветственные жесты, внимания не обратил и смотрел ровно перед собой.