Мой враг-дракон: Разоблачить и не влюбиться (СИ)

И таких рассказов было не счесть.
— А вы знаете, как я работала в библиотеке? Человеческие библиотеки мёртвые, скучные, не то что наши — иллюзий не насылают, книгой по голове не стукнут, и за палец вас старинный фолиант не укусит! Только знай их по темам расставляй, да по алфавиту. История, география, ху… ху…художественная литература!..
— Мне очень понравился интернет! Это такое место, куда можно выйти и переписываться со всеми, а как плохое настроение — наговорить, чего хочешь, и не бояться, что уронишь честь рода! И хорошо бы у нас интернет был вместо глупейшего пергамента и перьев с чернилами! По кнопкам стучишь, и готово! А ещё у меня на телефоне был скайп — представьте себе, благородная Ания, что вы каждый вечер смогли бы, находясь в Бланкастре, видеть своего брата, невестку и племянников и разговаривать с ними!..
— И всё-таки у нас лучше. Не надо ходить на работу, как люди, стоять в автобусе — это такая огромная машина, где много людей едет, — и покупать в магазине не то, что тебе нравится, а что позволяют финансы! Финансы — слово-то какое, а?..
Поневоле заслушаешься! Алана, даром что прожила в немагическом мире много лет, говорила о нём редко. А для Шиилит каждый день пребывания на Земле стал приключением, которым она охотно делилась с нами, с годами добавляя всё больше подробностей.
Только после дневной трапезы, ближе к вечеру, мы отправились смотреть на драконье яйцо. Я, супруги, дедушка Тэн-Арелани и двое тихих, удивительно спокойных белых дракончиков — сыновей Хаара и Шиилит. Не сравнить их с буйными близнецами Дейр!
По традиции, яйцо в течение девяти месяцев хранилось неподалёку от замка, в неглубокой яме, окружённой охранными чарами. Стражников к драконьим яйцам не допускали — видеть их, пока не вылупятся малыши, могли только счастливые родители и другие драконы. На всякий случай яму прикрывали хворостом.
За девять месяцев яйцо размером с человеческую голову вырастало в несколько раз. И хотя возраст дракончика отсчитывался с тех пор, как тот появлялся на свет, в действительности он рос уже внутри яйца, и рождался не таким крохотным и беспомощным, как человеческий младенец.
Хаар быстро убрал хворост, и нашим глазам предстало яйцо — крупное, с белой скорлупой, покрытой чёрными пятнышками. Я слышала, как возбуждённо шепчутся дракончики, видела, с каким волнением Шиилит прижала руку к груди.
Один… два… три… яйцо задрожало, сначала совсем легонько, а потом всё сильнее и сильнее. А затем — кр-р-рак! — по нему прошла огромная трещина… Скорлупа распалась на несколько частей.
На земле сидел ребёнок. Если бы не недоразвитые кожистые крылья на спине, совсем розовые, и первая чешуя, местами покрывавшая тельце, малыша можно было бы принять за обычного человеческого ребёнка. Он протянул к нам ручонки и нежно залопотал, улыбаясь беззубым ртом.
У дракончика были карие, не голубые глаза. И, похоже, это была девочка.
— Ах, посмотрите, её чешуйки чёрные! — закричала Шиилит и спрыгнула в яму, чтобы подхватить малышку на руки. Хаар улыбнулся и последовал за ней, вниз спустились и белые дракончики, на краю ямы остались только я и Тэн-Арелани.
— Вот оно, счастье, — задумчиво сказал дедушка Шиилит, скрестив руки на животе. Худой, лысый, небольшого роста, этот старый дракон выглядел совсем непримечательным. Зато держался с таким достоинством, что все проникались к нему уважением. Кажется, Арелани перевалило уже далеко за четыреста, а это немалый возраст!
— Неужели белого дракончика Шиилит любила бы меньше? — пробормотала я, глядя, как довольная мать произносит над девочкой пару ритуальных слов, чтобы сразу ввести в род Тэн.
— Не думаю. Но для моей внучки альг Фейенверис важен не меньше, чем для меня, — слегка улыбнулся старик.
— Знаете что? Я думаю, это не последний чёрный дракончик у Шиилит, — помедлив, произнесла я. Арелани цепко ухватил мою руку, сжал её и торжественно пожелал, глядя в багровеющее иллюзорное небо:
— Да станут твои слова пророчеством!
И мне почудилось, будто бы небо стало ещё ярче, краснее…
 
Вечером Шиилит постучалась ко мне в комнату. Выглядела она чуть взволнованной.
— Благородная Ания из рода Ирр, — начала супруга Хаара, едва я впустила её в комнату и обнялась с ней, — я хочу преподнести вам подарок. Ваш визит совпал с таким радостным событием, как рождение маленькой чёрной драконессы, и в честь этого…
Она продемонстрировала мне браслет в виде серебряной змейки с чёрными глазами. Мне он сразу понравился, и стоило надеть браслет на руку, как змейка сомкнулась чуть плотнее, облегая запястье.
— Ах, — вздохнула Шиилит, — боялась, что он окажется вам мал! Но теперь всё замечательно.
Мы ещё немного поболтали — несколько любезных, ничего не значащих фраз, — а затем Шиилит отошла к двери и с улыбкой проговорила:
— Добрых снов, благородная Ания из рода Ирр, и пусть ваш завтрашний полёт в Бланкастру будет удачным! Да благословит вас Невидимый Бог!
Когда Шиилит исчезла за дверью спальни, я села на кровать и долго задумчиво разглядывала браслет. А затем полезла за артефактом, выявляющим истинную суть вещей.
  
XXI
 
«Дорогая Алана, я знаю про ваш с Каэмом разговор. И удивлена, что брат не попытался мне ничего подсунуть. Сначала думала на браслет, подаренный Шиилит — это было бы хитро, — но, кажется, это обыкновенный браслет, я его испытала. Только не скажу, каким образом, а ты Каэму ничего не говори. Пусть это будет нашей маленькой тайной, как раньше, но дело вот в чём: есть у меня одна штука, которая позволяет видеть истинную суть вещей…»
Я собиралась отправить письмо поздним утром — в это время Алана обычно сидела в библиотеке и либо приводила её в порядок, либо читала романтические истории из золотой книжки — артефакта, подаренного ей Каэмом перед свадьбой.
«…У меня всё хорошо. Я благополучно долетела до небесного дворца, благородный альгахри Ниарвен любезно встретил меня, но разговоров о браке затевать не стал. Чему я очень рада — у меня и без Ниарвена найдутся заботы. Поговорила с благородным Даалем из рода Хэг об Эсимэ. Он оказался настолько добр, что согласился сделать её помощницей квизари! Никогда такого не бывало в истории… Я чуть не расцеловала Хэг-Дааля в обе щеки. Теперь Эсимэ получила небольшое задание и очень довольна.
А ещё Хэг-Дааль решил поручить мне и Рику важное дело… ты даже не представляешь, насколько важное!»
Я перестала писать и задумалась. Рассказывать Алане, что мы с Риком полетим расследовать появление демона в храме Невидимого Бога, или не стоит тревожить её понапрасну? Хэг-Дааль велел нам только задать несколько вопросов напуганному жрецу и двоим ученикам, которые видели демона, собрать всевозможные сведения и улететь. Поимка демона и расправа с ним — уже не наше дело, туда вышлют обученных, сильных белых драконов, которые смогут ментально воздействовать на врага и сломать его волю. А там уж ему и конец придёт.
«…Но я думаю, мы справимся. Первый раз, что ли, вылетаем на дело? Вчера Хэг-Дааль заставил нас какие-то документы разбирать — думала, умру от скуки! А сейчас… нет, я не могу тебе написать, я лучше сделаю это, как всё закончится. Целую тебя и племянников, крепко обнимаю Каэма, передаю благие пожелания твоему дяде Тилену и нашей дорогой нянюшке Райле».
Подумав, дописала:
«И, конечно, всем здоровья и счастья, и господам, и слугам в замке Ирр!»
Как только я поставила точку и пергамент, вспыхнув, рассыпался — теперь он появится перед Аланой, — как дверь библиотеки скрипнула, и на пороге возникла фигура Рика.
За неделю, что мы не виделись, он слегка похудел и отрастил бородку. А в глазах появилось выражение какой-то непонятной тоски.
— Готова, Ани? — безо всяких предисловий спросил он. Одет Рик был по-драконьи, но к поясу прицепил меч, словно не надеялся только на свою магию.
Я заметила, что серый носил ту рубашку, что я ему подарила. Помнится, Алана рассказывала об интересном земном обычае — носить одну и ту же одежду, потому что в ней тебе везёт, с ней связаны приятные воспоминания… или же это подарок любезного твоему сердцу человека.