Сказ о мире, где магия превыше всего (СИ)
И вот я подошёл к небольшому зданию с вывеской в виде наковальни. Никакого названия у кузницы не было. Да и зачем оно нужно, если эта кузница — единственная на весь город?
Открыв дверь я вошёл внутрь и мне в нос сразу бросился запах вина. Видимо, у кого-то была крайне весёлая ночка.
Пройдя дальше я увидел ноги, которые торчали из-под прилавка. Увидев такую картину я напрягся. Ещё не хватало на труп наткнуться. Прибегут стражники, начнут всех распрашивать, меня узнают и придётся убегать, пока голову не отрубили.
Я начал медленно двигаться к телу, искренне надеясь что я наткнулся на простого алкаша, который ещё не проснулся после ночной попйки, а не на последствия пьяной понажовщины.
Подойдя ближе и заглянув за стойку я увидел здорового, похожего по телосложению на медведя, мужика, который лежал на животе и не издавал ни звука. Единственное что радовало — крови не было. Правда, радость прошла через пару секунд, ведь этого бугая могли и придушить. Правда, представить такое сложно, но не невозможно.
Чтобы проверить, жив человек или нет, я использовал один из самых древних способов — пнул его ногу. Реакции не последовало. Попробовал ещё раз, только посильнее. Снизу донеслось недовольное бурчание, а сам бугай начал махать руками за спиной, стараясь отогнать меня. Что же, есть контакт.
— Здрасьте, добрый человек, — сказал я, стараясь сдержать смех от этой понтамимы умалишённого, которая резко прекратилась, а сам верзила остановился с поднятой вверх рукой и не двигался.
— Кто здесь? — ответил он тихим хриплым голосом, полной боли и страданий. Да, похмелье — это не шутка, а жестокая расплата за прекрасно проведённую ночь.
Сразу после вопроса он преподнялся на локте руки, которая до сих пор лежала. Затем всё же опустил руку и прислонил её к горлу, начав его массировать. Закончив с массажем он постарался повернуть голову в мою сторону, но это у него не получалось. Это и не удивительно, люди не умеют поворачивать голову на сто восемдесять градусов.
Пришлось здоровяку вставать, и это для него было, как я видел, было самым тяжёлым испытанием за всю жизнь. Ноги не хотели держать его тушу и постоянно подгибались когда он только немного поднимется. Руки держались получше, но тоже дрожали пока он пытался их распрямить. В итоге он смог встать на колени и, облокатившись на стойку, начал ползти к ближайшему стулу.
Рядом со стулом стоял стол, некогда наполненный алкоголем и едой. Сейчас же он больше походил на свалку, заполненную огрызками и объедками в перемешку с повалившимися бутылками. Причём бутылок было очень много, а других тел я тут не видел.
Сев на стул он громко ойкнул, как будто ему было больно и начал копошится во всём это мусоре, что-то активно ищя. Я наблюдал за этим с небывалым интересом, потому что была интрига — что он ищет во всём этом муусоре? Ответ оказался довольно скушным. Спустя минуту копошения он с победным видом вытащил бутылку, в которой ещё осталось немного вина. Осушив бутылку он с грохотом поставил её на стол и громко крякнул от удовольствия. И я был так за него рад, ведь скоро у него перестанет болеть голова.
Улыбнувшись и вспомнив, что в этой комнате был кто-то кроме него, он снова обратил внимание на меня.
— Ты кто, парень?
— Покупатель. Звать Рексом.
— Не, парень, покупателей я не принимаю. У меня и так заказов очень много. От местных жителей, от стражников. Господи, я впервые несчастлив от того, что единственный кузнец в городе.
Ага, значит я был прав. Этот кузнец занимается обслуживанием снаряжения местного гарнизона. А ещё я был прав в том, что он единственный кузнец.
— А чего ты тут единственный, да ещё и заказов много?
— Да тут такое дело… толковых кузнецов, которые хотели бы работать в каком-нибудь мелком городе или деревне мало. У всех играет в заднице чувство гордости, что мои руки не для ковки гвоздей, тяпок и подков и уезжают в крупные города. А там они либо умирают, либо полностью уходят из профессии.
— Умирают?
— Никто не любит конкурентов.
Что правда, то правда.
Я подошёл к столу и поднял с пола второй стул, который перевёрнутым лежал на полу. Сев на него я посмотрел на кузнеца. У него был такой уставший взгляд, что я понял — он пьёт от безнадёги, а не от того что он алкоголик. Однако до победы зелёного змия такими темпами недалеко.
— А чего у тебя лавка открыта раз не принимаешь заказы. И вообще, у гарнизона нет своего кузница?
— Есть… точнее, был. Когда тут стражниками командовал сэр Реб всё было нормально. Он и среди бойцов был своим, и среди местных. Хоть и был дворянином, но никогда не выпячивал своего положения. Как он с мужиками в таверне выпивал — об это уже легенды складывать начали. А потом его сняли с долности и отправили куда-то в неизвестном направлении. Новый командир начал тут свои порядки наводить. Первые несколько дней вообще ходил злой как орк, разве что не рычал, хе-хе. Кузнец в гарнизоне был мужиком прямым, так что он по привычке обращался к новому командиру как к старому — по простому, как к равному. Так он разозлился, хотел даже казнить его. Но остыл и просто прогнал. Так что теперь вся его работа свалилась на меня.
Грустная история, ничего не скажешь. Мирную идиллию нарушил злой дворянин.
— Как звать то этого злодея?
— На Р как то… дай вспомнить… О, точно, Роберт Крис!
Да ладно. Не, не может быть. Роберт был командиром отряда рыцарей, так что он не мог оказаться в обчыной страже.
— Он, вроде как, был в рыцарском ордене, и не на последней должности. А потом его выгнали и он пошёл в стражу.
Етить твою в бога душу. Похоже, скоро может произойти встреча с прошлым. Я был очень благодарен Роберту за его помощь десять лет назад в Эмире, но сейчас что-то не хотелось с ним встречаться. Чую одним местом, что его понижение как-то связано с той заварушкой. Так что, скорее всего, он захочет отомстить.
Вдруг дверь отварилась и внутрь вошёл человек в кожанной броне с железными пластинами на груди. Он посмотрел на меня, потом перевёл взгляд на стол с мусором. Скорчив недовольную рожу он взглянул неодобрительно на кузница.
— Рашиль, мы принесли новые доспехи и мечи. Надо их подлатать и заточить. Всё как всегда.
Рашиль вскочил со стула и начал кричать:
— Достали! Вот вы где у меня уже! Каждый день приносите всё новое и новое снаряжение! У меня уже времени нет на то, чтобы нормально поспать! Я так подохну от этой кабалы!
Стражник сочувственно посмотрел на кузница. Видимо, он сам не очень горел желанием так сильно нагружать Рашиля.
— Прости. Это не я по своей прихоти решил тебя до смерти загонять. Это всё из-за командира. Он ужесточил тренировки. Теперь мы должны быть в полной выкладке, постоянно охотится на монстров в ближайшем лесу, а до него мы вообще должны добегать. У нас уже десять человек тяжелораненных в лазарете, доктора бегают как ужаленные. Два человека вообще погибли. Из-за этого у нас постоянно ломается снаряжение.
Господи. Роберт, что же с тобой стало что ты превратился в такого монстра? Вроде как, когда мы были в Эмире, он говорил что его кто-то пытается подсидеть из отряда. Похоже, всё же у них получилось и Роберт теперь озлоблен на весь мир. Рыцарский орден, оплот справедливости и чести.
— Я… Я… — Рашиль просто вздыхал, пытаясь успокоится. Видимо, всё это его достало.
— Рашиль, может я смогу помочь?
— Чем? Поддержишь меня издали?
— Я вообще-то обучался кузнечному делу. Даже поработал несколько лет у местного дворянина.
Рашиль посмотрел на меня с нескрываемым сомнением. Это и не удивительно — пришёл какой-то чёрт с горы и заявляет что он кузнец и может помочь.
Однако отчаяние взяло верх над сомнениями. Это, в принципе, логично. Один он не успеет закончить свою гору заказов, особенно после того, как превезли новое снаряжение.
— Ладно. Я тебе заплачу после конца работы. А ты, — он повернулся к стражнику. — Скажи своим, чтобы заносили всё в мастерскую. И не побейте всё ещё больше пока будете нести, умоляю вас.