Желанная и вероломная

— Вовсе нет. Мы, похоже, с успехом проигрываем войну и без твоей помощи.
Его тут же подхватила под локоть какая-то блондинка. Келли впервые испытала укол ревности, но не успела она взять себя в руки, как какой-то молодой красавец военный с пышными усами, наверняка не нюхавший пороху, завел с ней разговор о поместье Дэниела в Тайдуотер. Она улыбалась и время от времени что-то невнятно отвечала — судя по всему, этого было вполне достаточно.
Потом какая-то пышущая здоровьем брюнетка восторженно заворковала над Джардом, а мгновение спустя за спиной Келли кто-то громким шепотом сказал, что такого маленького ребенка следовало бы оставить дома с нянюшкой. Впрочем, Варину, по всей видимости, ничуть не смущало присутствие ребенка.
Неожиданно Дэниел представил Келли двум бравым военным — майору Томлинсону и лейтенанту Проски. Уже отойдя в сторону, майор сказал своей жене:
— Черт побери, надо же какую потрясающую жену он себе отыскал!
— Отыскал? Это ты очень правильно заметил, дорогой. И впрямь, где он ее отыскал? — отозвалась его половина. — Я, например, ничего не знаю ни о ней, ни о ее семье. Да и никто из присутствующих тоже.
Келли мигом вся вспыхнула. Как назло Дэниел куда-то удалился с лейтенантом. В окружении незнакомых людей она почувствовала себя страшно одинокой.
Ведь это были мятежники.
Причем не просто мятежники, а высший свет мятежников!
Внезапно кто-то осторожно взял ее под руку. Оглянувшись, она увидела ласковый взгляд прекрасных глаз Варины Дэвис.
— Пойдемте, миссис Камерон, я покажу вам дом. Налево — дверь в столовую, а эти две комнаты отделяет раздвижная дверь.
Удивительное изобретение, не находите? Для таких приемов, как сегодня, мы их открываем, и получается очень просторное помещение. Мы очень благодарны городским властям за то, что нам предоставили такое жилье. Я в полном восторге и от Ричмонда, и от виргинцев. Несмотря на то что инаугурация Джефферсона происходила в Алабаме, мы очень любим этот дом, — Здесь и правда чудесно, — согласилась Келли.
Варина улыбнулась:
— Думаю, Виргиния вам тоже понравится.
— Я жила не так далеко отсюда, — отозвалась собеседница. — В Мэриленде.
Варина задумчиво посмотрела на гостью. Мэриленд. Штат, который особенно сильно раздирают противоречия. Миссис Дэвис интуитивно почувствовала, что симпатии Келли на стороне Союза, но, видимо, не осуждала ее за это, а отнеслась с пониманием.
— Как жестока война, — покачала головой Варина. Протянув руку, она погладила черную головку Джарда. — Идите за мной, — сказала она и привела гостью в маленькую комнату, расположенную справа от холла. — Если вам захочется побыть одной, располагайтесь здесь. Вот книги Джефферсона и мое рукоделие, а вот очень удобное кресло. Тут никто не побеспокоит.
— Спасибо, — кивнула Келли и, немного помолчав, добавила:
— Извините, я не могла его оставить, у нас нет нянюшки.
Он с самого рождения только со мной.
— Вот и хорошо, — одобрила супруга президента. — Детей надо лелеять. Мы, возможно, слишком часто забываем об этом.
Когда они вернулись в гостиную, внимание Келли сразу же привлек высокий худощавый мужчина с усталым лицом и волосами, тронутыми сединой. Держался он с поразительным достоинством. Впрочем, было заметно, что его одолевают печальные мысли. Он внимательно слушал майора, но, едва завидев Варину, вдруг весь просветлел и улыбнулся. Потом его взгляд остановился на Келли, и он удивленно приподнял бровь.
Миссис Дэвис взяла ее за руку.
— Пойдемте, я познакомлю вас со своим мужем, миссис Камерон.
У Келли взмокли ладони, она чуть было не вырвала руку.
Мало того, что она только что вышла замуж за Дэниела, так ее еще намерены познакомить с президентом Конфедерации!
Как она объяснит свое поведение братьям?
С другой стороны, что ей оставалось делать? Закричать во весь голос, что она янки? Чтобы на нее тотчас набросилось с полдюжины мятежников с обнаженными саблями?
Нет, надо идти.
Но, Боже милосердный, как же ее занесло сюда, в самое сердце Конфедерации?!
 
— Это жена Дэниела, любовь моя, — проговорила Варина. — Миссис Камерон, познакомьтесь с моим мужем, президентом Дэвисом.
Келли протянула руку. Как и подобает истинному джентльмену, президент галантно склонился в поцелуе.
— Миссис Камерон, вы оказали нам честь, почтив своим присутствием.
К счастью, гостей пригласили к столу, и Келли вновь почувствовала надежную руку Дэниела. В просторной столовой их посадили друг против друга. Несмотря на все усилия ограничить разговор приятными нейтральными темами, он все равно то и дело сводился к войне.
Джентльмен, сидевший слева от Келли, пожаловался на дороговизну, но президент, похоже, даже не слышал его.
— То и дело происходят стычки между кавалерийскими отрядами, Дэниел, — сообщил он. — Ли сейчас вывел основную часть армии к Потомаку, Мид идет за ним по пятам, по крайней мере так мне доложили. Атаковать ему пока не удалось, потому что, как известно, он не силен в стратегии.
— Ему едва ли удастся перехитрить Ли, сэр.
— Хорошо бы все мои военачальники были такими же умелыми.
— Вы совершенно правы, сэр.
Дэвис положил вилку.
— Мы сейчас переживаем черные дни. Эта ужасная битва… при Геттисберге. И потеря Виксберга.
— Но им не удастся сломить наш дух! — отозвалась Варина с другого конца стола.
Президент, глядя на нее, поднял бокал.
— Да, им не удается сломить наш дух, — согласился он. И взглянул на Дэниела:
— И никакие северяне не смогут сравниться с такими бравыми бойцами, как наш доблестный полковник Камерон. Вы, надеюсь, скоро вернетесь в свой полк?
Келли с удивлением заметила, что Дэниел несколько замялся, прежде чем ответить. Впрочем, ей, возможно, только показалось. Однако в голосе его сквозила глубокая усталость.
— Да, сэр, я, конечно, скоро вернусь.
Его взгляд — глубокий, задумчивый — остановился на Келли. Да, скоро она от него освободится. Если не считать ее брачных обетов.
— За наших храбрых воинов в серых мундирах! — громко провозгласил кто-то. Гости поднялись с мест, зазвенели бокалы…
Келли, воспользовавшись моментом, извинилась перед Вариной и вышла из столовой, чтобы побыть в уединении.
Да, Дэниел скоро уедет.
Мир поистине обезумел. Она закрыла глаза, покачивая Джарда. Совсем еще недавно она жила на маленькой ферме и мечтала всю жизнь прожить именно там. Изо дня в день она хлопотала по хозяйству, похоронила близких, но горе ей помогала перенести твердая вера в то, что они погибли за нерушимость Союза и свободу. За свободу, что была обещана конституцией великого государства, но все еще не была провозглашена. И жизнь Келли вела простую, понятную.
А теперь — подумать только! — она сидит здесь в шелках и тафте, замужем за врагом. Более того, ужинает с президентом враждебного государства!
Она судорожно сглотнула и тронула пылающие щеки. Пора возвращаться, а то Дэниел подумает, что она в данный момент шастает по дому президента в поисках секретных сведений.
Джард спал. Она поднялась, собираясь вернуться в столовую. Двери справа были раздвинуты. Сделав шаг вперед, Келли вдруг почувствовала, что она не одна.
У каминной доски, подперев голову руками и ссутулившись, стоял президент Конфедерации. На лице у него было выражение такой глубокой печали, что Келли, сама того не желая, прониклась острой жалостью к нему.
Ощутив ее присутствие, президент оглянулся.
— Я… я весьма сожалею, — сбивчиво пробормотала Келли. — Миссис Дэвис сказала, что я могу воспользоваться ее швейной комнаткой. Конечно, это и ваша комната тоже, — неуклюже добавила она. — Извините, что я так неловко нарушила ваше уединение. Я не хотела, поверьте.
Джефферсон с грустью посмотрел на нее и печально улыбнулся:
— В этом доме вам всегда рады, миссис Камерон, где бы вы ни находились.
— Но я нарушила ваш покой и очень сожалею, — начала она снова. — У вас было такое печальное лицо…