Желанная и вероломная

— Так точно, сэр! — воскликнул Билли.
— Ты уходишь? — спросил Дэниел.
Джесс кивнул:
— Идем-ка со мной. Мне разрешили несколько минут поговорить с тобой наедине.
— Они выпускают меня с тобой?! — удивился Камерон-младший.
— Мы поговорим с тобой в пустой камере в конце коридора. — Он постучал в дверь и попрощался с присутствующими.
— Пол-ков-ник Ка-ме-рон! — в ответ проскандировали мятежники.
К удивлению Дэниела, Джесс едва заметно покраснел.
— Осторожно, ребята, — хрипловатым голосом сказал он. — Еще обвинят меня черт знает в чем!
С этими словами он вышел. Дэниел заметил, что у двери стоит новый охранник. Огромный, ростом, наверное, не меньше самого Эйба Линкольна, телосложение у него было как у гориллы, а физиономия плоская и тупая.
— Говорят, он дерется как лев, — предупредил младшего брата старший.
— Значит, он тут в мою честь.
— Пожалуй. Мне сказали, чтобы я тебя предупредил.
Они вошли в камеру в конце коридора, почти такую же, как та, в которой сидели мятежники, только чуть меньше. «Наверное, — подумал Дэниел, — здесь содержали заключенных женского пола».
Несколько мгновений братья молча смотрели друг на друга.
Им так и не удалось обменяться и парой фраз во время операции, и теперь оба наконец радостно улыбнулись.
— Джесс, как я рад тебя видеть! Чертовски рад! И как быстро ты меня разыскал! Это подполковник тебе сообщил?
Камерон-старший покачал головой, как-то странно поглядывая на брата.
— Не угадал. О том, где тебя искать, мне сказала одна милая молодая леди.
— Дэниел весь напрягся.
— Вот как? значит, ты видел эту сучку? — процедил он сквозь зубы.
— Братец, разве можно так говорить о леди? А она так тепло о тебе отзывалась!
— Могу себе представить, — буркнул Дэниел. — Она, случайно, не рассказала, как я оказался здесь?
— Намекнула, мол, по ее вине.
— Вот как? Значит, по ее вине? Любопытно! Слушай, а тебе неизвестно, что именно она сделала?
— Почему бы тебе самому не поведать мне об этом?
— Достаточно сказать, что она пустила в ход все свои женские уловки.
Джесс весело рассмеялся:
— Значит, попросту соблазнила? А ты не устоял перед искушением?
Сердце Дэниела учащенно забилось, глаза налились яростью.
— Если бы ты не был моим братом…
— Но я твой брат, и я заверил все тюремное начальство, что мне ничто не угрожает. Черт возьми, Дэниел! Она радовалась, думая, что здесь ты будешь в безопасности. Здесь, конечно, сквозняки, мокрые стены, крысы, но ты по крайней мере питаешься лучше, чем половина населения Конфедерации. Я бы, пожалуй, тоже не возражал, если бы им удалось продержать тебя здесь до конца войны.
— Не выйдет, Джесс, и ты это знаешь, — тихо проговорил Дэниел.
— Черт возьми, братец, будь осторожен! Ты перегнешь палку, старина, они тебя повесят, и я ничем не смогу тебе помочь!
— Не тревожься, Джесс, я буду осторожен. Черт побери, будто не хватает тебе всех тягот войны, что ты еще обо мне заботишься! — воскликнул Дэниел.
— А сам-то ты умеешь не тревожиться? — спросил Джесс.
«Он прав, — подумал Дэниел, — тревога и меня не покидает». И снова попробовал убедить брата:
— Но ты же знаешь, что постоять за себя я умею, и знаешь, что я осторожен.
— Слушай, а ведь она права, эта твоя миссис Майклсон. Тебя лучше держать в тюрьме, Дэниел. Ради твоей же безопасности.
— Она не моя миссис Майклсон. А насчет тюрьмы она сама тебе сказала?
— Во-первых, я уверен, что она твоя. А во-вторых, она действительно сказала мне что-то вроде этого. И еще хочу добавить, что она, пожалуй, самая красивая женщина из всех, которых я видел…
— У тебя, между прочим, есть жена, — вежливо напомнил ему Дэниел.
— Кирнан, конечно, ни с кем не сравнится, но эта Келли прямо-таки светится…
— Совсем как маячок, — согласился Дэниел. — Пока не окажешься у нее в зубах и она не щелкнет челюстями.
— Где-где ты у нее оказался? — уточнил Джесс.
— С тобой невозможно разговаривать, я…
— А если серьезно, Дэниел, то она просто обворожительна.
По пути отсюда постараюсь заехать к ней и сказать, что ты под надежным запором! И что если нам с ней повезет, то тебя продержат здесь — живым! — до конца войны.
 
Дэниел задумчиво сложил на груди руки. Видит Бог, ему очень тяжело. Думать о ней постоянно, видеть каждую ночь во сне! И никак не избавиться от воспоминания о ее обворожительных серебристых глазах! А этот ее умоляющий шепот в ушах!
И разве можно забыть, какое блаженство заниматься с ней любовью? Ощущать шелковистую кожу, купаться в роскоши пламенных волос?
Но Боже упаси, чтобы ей когда-нибудь удалось соблазнить его снова! Ни за что!
Камерон-младший сжал кулаки. Да, он когда-нибудь вернется. И они закончат то, что начали, а потом, возможно, он ее задушит. Или подвесит вниз головой. Или отхлещет кнутом.
Нет, лучше утопит или четвертует…
Лишь бы прикоснуться к ней…
— Если ты к ней заедешь, Джесс, — проговорил Дэниел, — напомни, что я вернусь, чтобы разделаться с ней. Не сейчас, конечно, но я обязательно вернусь.
Старший брат еще никогда не видел младшего в такой ярости.
— Дэниел, неужели ты так ненавидишь ее за то, что она не конфедератка?
— Отнюдь.
— Подумай хорошенько, все еще уладится. Вспомни, как ненавидела меня Кирнан. Что я только не делал…
— Ну, ты мог перейти на другую сторону, — вежливо напомнил ему брат.
— Ничего бы не изменилось, — сухо отозвался Джесс, — она бы все равно меня ненавидела. Но ведь мы-то с тобой не воюем друг с другом…
— В том-то и дело, Джесс, что, хотя и не признаемся себе в этом, но мы находимся в состоянии войны друг с другом. И с миссис Майклсон я тоже сражаюсь. , — Ну, мне пора, — не стал развивать тему Камерон-старший. — Позаботься о своем друге Билли. А если выберешься Отсюда и заедешь домой, передай мой привет Кирнан, сестренке и моему малышу.
— Не беспокойся, Джесс. Ты, в свою очередь, тоже, если вдруг появишься дома…
— Договорились.
— И еще, Джесс… Спасибо тебе за Билли. Я так тобой горжусь.
— Не благодари, я давал клятву. Если это в моих силах, я должен спасти жизнь человека — любого человека.
— Знаю, Джесс. До свидания. Храни тебя Господь.
— Тебя тоже. Дэниел.
Они помолчали, а потом крепко обнялись. И Джесс ушел.
Дэниел уставился в потолок, пытаясь подавить охватившее его тягостное чувство, но не прошло и нескольких секунд, как появился похожий на гориллу охранник.
Билли спал. Вернее, пребывал в состоянии алкогольного ступора. Камерон опустился на пол рядом и устало закрыл глаза.
— Полковник Камерон!
Рядом с ним, потирая небритую щеку, стоял капитан Фарроу, глаза которого блестели от возбуждения.
— В чем дело, капитан?
— Произошло кое-что интересное, сэр.
— Что могло произойти за те десять — пятнадцать минут, которые я провел с Джессом?
Фарроу опустился на пол и вытащил из подстилки соломинку.
— Здесь побывала тетушка Билли, Присилла.
— Что ж, хорошо. А он был еще в сознании или уже отключился?
— Он был мертвецки пьян. Но вам неплохо бы встретиться С тетушкой Присиллой. Необыкновенная девушка!
— Сэр, я не…
Фарроу тотчас понизил голос до конспиративного шепота:
— У нас есть план, сэр. По-видимому, Красотка знает, где вы находитесь, и хочет вызволить вас отсюда. Тетушка Присей на самом деле вовсе не родственница Билли, она наш общий друг.
— Ну и?.. — заторопил его Дэниел, ощутив, как гулко забилось сердце.
— В общем, генерал Стюарт хочет, чтобы вы поскорее вернулись. Как, рискнете?
Дэниел даже зажмурился от радости.
— Сэр? — повторил Фарроу.
— Еще бы, капитан! Конечно, рискну. Расскажите мне подробно об этом плане.
Джессу было приказано явиться в Фредерик, штат Мэриленд, и ему было несложно сделать небольшой крюк, чтобы заехать на ферму Келли Майклсон.