Артария (СИ)
Я рассмотрел над ее головой вспыхнувший зеленым ник «ОйЛиса»
— Архирысь. Можно просто Архи. Но друзья почему-то зовут меня блохастый.
Девушка хихикнула.
— Этого недоросля зовут Буревестник, — кивнул я на гнома.
— Можно просто Бур, — ответил гном.
— Вон тот ревнивец, прикрывающий тыл своей пассии, Кушавор.
— Куш, — не оборачиваясь поднял руку мечник.
— А впереди Эллионора. Можно просто Элли.
Гном повернулся к осунувшемуся орку:
— Ну а ты, крыжовник переросток?
Орк расправил плечи, с придурковатым выражением лица сказал:
— Я Вася!
— Кхм... — сдержал смешок гном.
Я не удержался, пропел:
— Глубокой ночью перед сном
Я вам поведаю о том,
Что без напрягов и усилий
Живет на свете орк Василий
И любит каждый день веселье,
Хмельную брагу и похмелье.
Пей пиво, с гномами дерись
По нраву Васе эта жизнь.
Сзади заржали, Орк увидел лучезарную улыбку Элли и словно воспрянул духом. Бур хлопнул гиганта по плечу, снова протянул кувшин.
До плотины мы дошли под град шуток, анекдотов и легких пикировок. Вопреки моим ожиданиям, толпа не сунулась к озеру, а осталась поодаль. Видимо, действительно решили посмотреть, как нам надерут задницы. Несколько смельчаков все-таки присоединились к нам.
— Значит так. — Бур обвел тяжелым взглядом наш импровизированный отряд. — Все, кто с топорами и мечами но без брони, вместе со мной рубите плотину. Не рассасываемся по всей площади, работаем фокусом по одной цели. Если становится жарко, сразу валим в сторону. Не левой стороне встанут блохастые и вон тот стеройдный корнишон Вася. На правом фланге встанет вон та сладкая парочка и вон тот с двумя топорами и в драной кольчуге.
Он посмотрел на рассевшуюся на зеленом холме толпу, гаркнул:
— А все прочие могут идти на хрен!
— Потому что они ссыкуны! — заверещала Элли.
Из толпы раздались ругательства, а затем смелый девчачий голос:
— А ты нас на слабо не бери.
— А мне и не надо! — вдруг заверещала на грани ультразвука лучница. Я инстинктивно прижал уши. Но Элли только начала распаляться. — Да у меня яйца больше, чем у тебя. Да я тебе раз на раз хобот оторву, да я тебе... я тебе в морду дам, глаза в задницу провалятся. Да я тебе...
— Хм, — улыбнулась рядом со мной рыжая Ойка, — девица-то боевая!
А лучница тем временем набрала обороты. На нее с удивлением смотрел не только Бур, но и мечник. А Вася вообще растянул зеленое лицо в такой широкой улыбке, что стал похож на перекаченную жабу.
— Ты у меня будешь политическое убежище у бобров искать. Да я тебе... я тебе вечную прописку в нубятнике сделаю.
— Слышь, покрасневшая, — раздался все тот же звонкий голос и вперед вышла стройная пышногрудая эльфийка в обтягивающих кожаных лосинах. Среди толпы раздались свистки и улюлюканья. — Ты не чего не попутала?
— Аа-а-а! — заверещала Элли, рванув к противнице, но Куш перехватил зазнобу. — Как твое имя? Я его нассу на твоей могиле.! Аа-а-а-а-а-а... Пусти меня, я всеку ей!
Лучница на самом деле упорно попыталась вырвалась из рук Куша. Но тот лишь довольно скалился, прижимая разгоряченную фурию к груди.
— Меня зовут Беретта! — крикнула эльфийка. Над ее головой сразу вспыхнул зеленый ник.
Вокруг наступила резкая тишина. Даже Элли замерла. Среди гробовой тишины озера вдруг раздался ревущий хохот Васи:
— А это не тетя! А это дядя!
Все посмотрели на замершую Беретту. Рядом с зеленым ником которой отчетливо загорелась голубая четырехлучевая звезда.
Озеро взорвалось хохотом и руганью. Беретта затравленно заозиралась и пыталась что-то объяснить, но за массовым ревом не удалось расслышать даже ее голос. У ног эльфийки воткнулась стрела. Следом еще одна. Беретта запрыгала кузнечиком, что-то вереща в ответ. Вокруг нее образовалось плотное кольцо игроков. Пытающуюся прорваться эльфийку снова выталкивали в круг. В какой-то момент та просто встала, зажмурилась и истошно завизжала, обливаясь слезами. Второй раз за несколько минут мгновенно наступила мертвая тишина. Из виска Беретты показалось розовое оперение. Тело подернулось зеленоватой вспышкой и осыпалось золотистой пылью, что мгновенно вспыхнула посмертным костром с зелеными бликами. Все взгляды устремились на Элли, красующуюся красным ником надо головой. В гробовой тишине прозвучал спокойный голос, но услышали все.
— Принесите мне, пожалуйста, мою стрелу. И не трогайте могилу этой дурочки. Или я очень сильно разозлюсь.
В полной тишине вокруг костра, из которого торчало розовое оперение, образовалась мертвая зона радиусов метров двадцать. Статный эльф шагнул к пламени, выдернул стрелу и направился к озеру. Следом за ним побежала девушка. Я узнал их. Кажется, она требовала с него букет. Значит, познакомились.
Он подошел к лучнице, протянул стрелу и с ухмылкой сказал:
— А у тебя, красная, и правда есть яйца. Где нам встать?
Гном быстро распределил бойцов по флангам, выбрал бревно на плотине и удобнее перехватил секиру.
— Ну что, соколики, готовы?
Ответом стал нестройный хор голосов. Со стороны холма сохранилась полная тишина. К удивлению, могилу грудастой эльфийки не тронули.
— Ну тогда погнали! Работаем по фокусу! — рявкнул гном, опуская секиру на бревно. — Кавабанга-а-а
Первый же удар по плотине отозвался визгливым эхом всего озера. По берегу помчались откормленные бобры. Водную гладь рассекли десятки голов.
Первого бобра я встретил шмелем и несколькими стрелами. Тварь подошла ближе, и в ход пошли пара метательных ножей. Я перепрыгнул через бобра, разворачивая моба спиной к Ойке. Рыжая превратилась в стальной вихрь, шинкуя бобриную спину. Я уперся глефой в нос твари и навалился сверху, прижимая мохнатую голову к земле. Мгновение и я подхватываю стрелы и ножи с трупа и разворачиваюсь к новому противнику. Вася не стал придумывать что-то новое и просто с хеканьем опустил дубину на голову твари. Лапы подогнулись, и над тушкой появился быстро тающий значок оглушения. Лиса снова включила режим шинковки, а я режим вертолета, быстро выписывая восьмерки и кромсая лезвиями глефы недвижимую тушку.
Едва разделались с тварью, как предупредительно вскрикнула Ойка. Я подпрыгнул, пропуская под собой первую тушу и приземлился на спину второго бобра. Острие глефы вошло на всю длину, и моб заверещал. Если бы не такой рычаг, я бы свалился с гарцующего противника. Но через пару секунд под ногами образовалась пустота. Похоже, я достал жизненно важные органы и, непрестанно торчащая внутри, глефа продолжила наносить урон. Все-таки адамантиевое лезвие с кровотечением рулит!
— Первое бревно пошло! — рявкнул Бур под одобрительный гвалт нашего отряда. — Самое толстое руби, дальше пойдет быстрее. А ну навались, ребята!
Едва успел помочь Ойке и Васе, как на нас помчалось сразу с десяток тварей.
— Фокус! — заорал я, доставая лук. — Работаем по фокусу. Вася, танкуй!
Шмель и две стрелы успели ранить первого бобра, как над озером раздался рев сотни глоток. Мимо пролетело несколько стрел и кривых копий.
По ушам рванул полный боевого азарта вопль:
— Мочи бобров, спасай деревья! Ра-а-а-а-а.
Глава 11
Мне на мгновение показалось, что у бобров округлились глаза, но движения они не замедлили. Галдящая орава прошла через противника, как горячий нож сквозь масло. Достаточно было по одному удару каждого из азартно вопящей толпы, чтобы моб рассыпался. Через плотину повалила толпа разгоряченных игроков, едва не сбросив рубщиков в воду. Несколько парней с топорами присоединились к Буру, остальные же промчались мимо державшего на щите сразу двоих бобров Куша и стреляющую за его спиной Элли. Эльф и девушка обессиленно опустились на землю, когда вокруг них оказалось пусто. Игроки катком поползли вдоль берегов, неся смерть бобриному виду.
