Мой бывший бывший (СИ)
Уж я-то знаю, в какой кровавый катарсис меня отправляют эти «свидетельства давно минувших дней». Иногда я даже перестаю слышать, ограничивая восприятие одним только зрением, сфокусировав взгляд на какой-нибудь мелкой детали снимка.
Никогда не предполагал, что смогу сдвинуться на бабе вот так. Что даже восемь лет спустя не отсохнет, и факт того, что она тогда меня предала, будет по-прежнему выедать меня изнутри.
Влад неловко покашливает, и я слегка напрягаюсь. На него это непохоже, это так явно свидетельствует о его замешательстве, что мне даже странно.
Ну, ведь плевая задача была, так? Что может настолько сбить моего брата, самоуверенного ублюдка, коим он всегда был с его твердой позиции?
— Яр, тут такое дело… — Влад говорит медленно, лишний раз подтверждая мне собственное нахождение где-то вне колеи, — вообще-то я звоню уточнить данные. Потому что, кажется, мои идиоты где-то напутали с целью.
— В смысле «они напутали»? — я немного зависаю, пытаясь понять, почему картинка моего мира так внезапно заколыхалась. — Ведь ты же записывал. И адрес, и телефон, и данные…
— Значит, напутал я, — замогильным тоном сообщает мне Влад, — обнови мне все это, Яр, и сегодняшний день тебе оплачивать не нужно.
Цирк какой-то…
— Ладно, записывай еще раз, — я чуть поскрипываю зубами. Отсрочка в таком вопросе… Нет, конечно, частные ищейки работают без выходных, но все-таки… Основной сыск происходит, когда цель находится вне дома, чтобы свести к минимуму вероятность раскрытия.
Мне не нужно, чтобы Титова узнала о моих планах раньше времени. Она ведь тоже может спохватиться, перестать встречаться с любовниками, и компромат для службы опеки собрать уже не удастся.
Я диктую, Влад молча слушает. Лишь когда я заканчиваю с адресом Титовой, он все-также недоуменно хмыкает.
— Странно…
— Что странного? — уже раздраженно уточняю я.
— Все сходится, вот что, — Влад по интонации — задумчиво таращится на листы своего блокнота, играя любимую детскую игру «найди пять отличий» с собственными записями, — слушай, а фотографии бывшей нет у тебя?
— Есть, восьмилетней давности, — хмуро откликаюсь я. Такому удивительному «совпадению» я не очень рад, — она не очень изменилась с того времени, только волосы перестала красить.
— Скинь мне на почту, я сейчас своих спрошу, эту ли бабу они пробивали, — Влад кривится, — потому что либо с адресом прописки что-то не то, либо…
— С адресом все так, — отрезаю я, прикрепляя относительно приличный кадр с хорошим ракурсом Викки, — сам к ней ездил, вот буквально на днях.
— Я перезвоню, — Влад сбрасывает тут же, оставляя меня в легком ступоре.
Нет, я ровным счетом ни черта не понимаю в происходящем бардаке.
Перезванивает Влад через пятнадцать минут. И в этот раз он звучит куда более уверенно, чем до этого. Сразу слышно — Владислав Каримович наконец встал на привычные для него рельсы, и теперь-то все именно так, как нужно.
— Я разобрался, — подтверждает мой старший братец, — у меня для тебя две плохие новости, Яр, с какой начать?
— Даже две? — мрачно уточняю я. — Теряюсь в догадках, начинай по-порядку.
— Новость первая, за день работы ты мне все-таки должен, — бодро рапортует этот дивный родственничек, — ошибки не было, объект был именно тот, что нужно.
Нет, я даже не рассчитывал, что работать мой брат будет бесплатно. Высокие семейные отношения всегда идут отдельно от финансовых.
— Тогда что за партию принимающей яд Джульетты ты мне до этого устроил?
— А вот тут и кроется моя вторая плохая новость на сегодня, — в тоне Влада все-таки звучат легкие сочувственные нотки, — я, конечно, могу ошибаться. Но девочка эта… Как бы тебе сказать…
— Прямо, Влад, прямо.
Первый раз вижу, чтобы братец вот так вот с трудом подбирал слова, чтобы охарактеризовать очередную цель, на которую он собирал информацию.
— Глухо с ней все, — наконец выдает Влад, — даже с учетом того, что мы только начали — результатов, что могли бы тебе пригодиться — нету, и особых надежд на горизонте тоже не имеется.
— Ты ничего не нашел? — удивленно переспрашиваю я.
— Ты же знаешь, как мы работаем? — спокойно откликается мой брат. — Мои люди пробивали звонки, контакты по соцсетям, выезжали на место, чтобы аккуратно поспрашивать соседей о каких-то гостях. Спрашивали не о цели, а о том, кого пробивали по звонкам. Честно говоря уже там начались проблемы. Имелся персонаж «Руслан Валиев», по твоим приметам подходил на роль нерегулярного любовника. И до прошлой недели он регулярно контактировал с нашей целью. Но, ребята пробивали передвижения — за месяц цель с Валиевым в одних координатах пересекалась два раза. Причем не дома у цели. На его территории.
— С Валиевым говорили?
— О да-а, — Влад тянет чуть ли не смакуя, — он, конечно, наговорил три вагона гадостей о нашей цели. Вот только гадости те… Знаешь, такие специфичные, как у любого мудака, которого баба к черту на рога за счастьем послала. С дочкой не знакомила, не доверяла, и фригидная — по первому свистку к нашему Ромео не летела. И еще — звонки его цели прекратились неделю назад. Ни смс, ничего. Если бы твоя бывшая была уголовным делом, а я — не приведи Аллах, полицейским следаком — это был бы колоритный глухарь, повисший на моем горбу. Если бы вы с ней не были в разводе, я бы тебе послал поздравительную открытку, потому что тебе повезло и попалась та самая порядочная женщина, которых в этом мире меньше, чем живых амурских тигров.
Честно говоря, теперь уже моя очередь впадать в ступор.
Я вправду услышал вот это все? От Влада?
Он же мастер своего дела, он умеет разыскивать в короткие сроки те хвосты, что очень тщательно закапывали. Он даже ржет на каждой нашей семейной пьянке, что нет таких людей, на которых у него не получится собрать компромат.
И он мне говорит про порядочную? И про глухарь?
— Слушай, братец, — Влад снова покашливает, на этот раз — уже напоминая мне о себе, — вот эта фотка. Это то, из-за чего вы развелись? И мужик этот — он кто вообще?
Хороший вопрос. Уж больно странным эхом во мне результаты поисков компромата аукаются. Вопрос Влада помогает выдохнуть, собраться и снова помертветь всем нутром.
— Отцовский партнер, — глухо откликаюсь я, — падла редкостная…
— А еще фотки есть? — заинтересованно продолжает отвлекаться от своего основного дела братец.
— Семьдесят шесть штук по описи, и хоум-порно в паршивом разрешении, — сквозь зубы шиплю я, — тебе-то какое дело сейчас?
— Ну, о причинах развода ты же ни черта не говорил никогда, — насмешливо хмыкает Влад, — а кто это собирал? Люди твоего отца?
— Один отцовский крот и один частный, — я чуть морщусь.
— Воу, — брат удивленно хмыкает, — почему двое?
— Потому что отцовскому я не доверял, — этот разговор заходит все дальше в ненужную сторону, — он слишком много наезжал на Вику. Только результат все равно был одинаковый. Ты ж, собака, в это время в Питере работал. Да и не те у тебя тогда были возможности.
Влад молчит пару минут, а затем продолжает марафон дебильных вопросов.
— А на подлинность проверял?
— Ты меня совсем за идиота держишь? — тихо выдыхаю я. — Проверял. Три раза.
И все три частных конторы, занимавшихся экспертизой, выдали мне три сочинения на одну и ту же тему "Следов подделки не обнаружено". Только разными словами написанных.
— Почему даже три? — кажется, я тоже сегодня озадачиваю старшего брата, хорошо, а то не люблю невзаимные отношения.
— Потому что параноил, говорю же, — уже на предельной стадии раздражения откликаюсь я, — говорю же, меня напрягало отношение отца к Вике. Зря напрягало, как оказалось.
Влад как-то задумчиво хмыкает.
— А можешь мне оригиналы подогнать?
— Это-то зачем? Ты вообще чем занимаешься — сбором компромата или?.. — я даже теряюсь.
— Мне интересно, — отрезает Влад емко, — не волнуйся, порнушку в сеть не солью, все материалы приму по описи и под подписку о нераспространении.