Тайны государственных переворотов и революций

Ни одна сверхдержава не может присвоить себе право смещать или свергать вооруженным путем законно установленное правительство в другой стране. Такой прецедент опасен, он попирает все принятые нормы международного поведения. Если Вы не откажетесь от Вашего нынешнего образа действий, это неизбежно поставит под угрозу американо-советские отношения во всем мире. Я настоятельно призываю Вас предпринять быстрые и конструктивные действия по выводу ваших войск и прекратить вмешательство во внутренние дела Афганистана. Многолетние условия по формированию более стабильных и продуктивных отношений между нашими двумя странами вполне могут оказаться подорванными, если ситуация не найдет быстрого разрешения. При соответствующих действиях Вашего правительства пока еще не поздно избежать долгосрочного ухудшения американо-советских отношений.
  
Ответное послание Брежнева Картеру
Авторская копия № 20А
Библиотека Картера 
Совершенно секретно
Уважаемый господин Президент!
В ответ на Ваше послание от 29 декабря считаю необходимым сообщить следующее.
Никак нельзя согласиться с Вашей оценкой того, что сейчас происходит в Демократической Республике Афганистан. Через Вашего посла в Москве мы в доверительном порядке уже дали американской стороне и лично Вам основывающиеся на фактах разъяснения действительно происходящего там, а также причин, побудивших нас положительно откликнуться на просьбу правительства Афганистана о вводе ограничительных советских контингентов.
Странно выглядит предпринятая в Вашем послании попытка поставить под сомнение сам факт просьбы правительства Афганистана о посылке наших войск в эту страну. Вынужден заметить, что отнюдь не чье-то восприятие или невосприятие этого факта, согласие или несогласие с ним определяет действительное положение дел. А оно состоит в следующем.
Правительство Афганистана на протяжении почти двух лет неоднократно обращалось к нам с такой просьбой. Кстати сказать, одна из таких просьб была направлена нам 26 декабря с. г. Это знаем мы, об этом в равной степени знает афганская сторона, которая направляла нам такие просьбы. Хочу еще раз подчеркнуть, что направление ограниченных советских контингентов в Афганистан служит одной цели — оказанию помощи и содействия в отражении актов внешней агрессии, которые имеют место длительное время и сейчас приняли еще более широкие масштабы.
Совершенно неприемлемым и не неотвечающим действительности является и содержащееся в Вашем письме утверждение, будто Советский Союз что-то предпринял для свержения правительства Афганистана. Должен со всей определенностью подчеркнуть, что изменения в афганском руководстве произведены самими афганцами, и только ими. Спросите об этом у афганского правительства.
Не соответствует действительности и то, что говорится в Вашем послании насчет судьбы семей бывших афганских руководящих деятелей. Имеющиеся в нашем распоряжении данные опровергают сведения, которые Вы получили.
Должен далее ясно заявить Вам, что советские воинские контингенты не предпринимали никаких военных действий против афганской стороны, и мы, разумеется, не намерены предпринимать их.
Вы делаете нам упрек в своем послании, что мы не консультировались с правительством США по афганским делам, прежде чем вводить наши воинские контингенты в Афганистан. А позволительно спросить Вас — Вы с нами консультировались, прежде чем начать массовую концентрацию военно-морских сил в водах, прилегающих к Ирану, и в районе Персидского залива, да и во многих других случаях, о которых Вам следовало бы, как минимум, поставить нас в известность?
В связи с содержанием и духом Вашего послания — считаю необходимым еще раз объяснить, что просьба правительства Афганистана и удовлетворение этой просьбы Советским Союзом — это исключительно дело СССР и Афганистана, которые сами по своему согласию регулируют свои взаимоотношения и, разумеется, не могут допустить какого-либо вмешательства извне в эти взаимоотношения. Им, как и любому государству — члену ООН, принадлежит право не только на индивидуальную, но и коллективную самооборону, что и предусматривается статьей 51 Устава ООН, которую СССР и США сами формулировали. И это было одобрено всеми государствами ООН.
Разумеется, нет никаких оснований для Вашего утверждения о том, будто наши действия в Афганистане представляют угрозу миру.
В свете всего этого бросается в глаза неумеренность тона некоторых формулировок Вашего послания. К чему это? Не лучше ли было бы поспокойнее оценить обстановку, имея в виду высшие интересы мира и не в последнюю очередь взаимоотношения наших двух держав.
Что касается Вашего «совета», мы уже сообщали Вам, и тут я повторяю снова, что, как только отпадут причины, вызвавшие просьбу Афганистана к Советскому Союзу, мы намерены полностью вывести советские воинские контингенты с территории Афганистана.
А вот наш Вам совет: американская сторона могла бы внести свой вклад в прекращение вооруженных вторжений извне на территорию Афганистана.
Я не считаю, что работа по созданию более стабильных и продуктивных отношений между СССР и США может оказаться напрасной, если, конечно, этого не хочет сама американская сторона. Мы этого не хотим. Думаю, что это было бы не на пользу и самим Соединенным Штатам Америки. По нашему убеждению, то, как складываются отношения между СССР и США, — это дело взаимное. Мы считаем, что они не должны подвергаться колебаниям под воздействием каких-то привходящих факторов или событий.
Несмотря на расхождение в ряде вопросов мировой и европейской политики, в чем мы все отдаем себе ясный отчет, Советский Союз — сторонник того, чтобы вести дела в духе тех договоренностей и документов, которые были приняты нашими странами в интересах мира, равноправного сотрудничества и международной безопасности.
29 декабря 1979 г. Л. Брежнев
Документы представляют собой обмен посланиями по «горячей линии» между Дж. Картером и Председателем Президиума Верховного Совета СССР Л. И. Брежневым: послание Картера Брежневу от 29 декабря 1979 г.; Брежнева — Картеру (по-русски) от 29 декабря 1979 г. На тексте английского перевода собственноручные комментарии Картера.
«Обмен спецпосланиями между Картером и Брежневым по «горячей линии» — специальному каналу связи, установленному для экстренного обмена мнениями после Карибского кризиса 1962 года — драматически иллюстрирует, какой значительный ущерб нанесла советская интервенция, и в особенности физическое устранение Амина, личным отношениям двух лидеров, окончательно похоронив теплившееся еще ощущение разрядки в советско-американских отношениях. Картеровское послание сурово осуждает советскую акцию как «явную угрозу миру», как «новый, деструктивный и опасный, этап в использовании Вами военной силы, что вызывает глубокую тревогу относительно общего направления советской политики». Впрочем, завершается оно на сдержанной ноте: вывод советских войск, отмечается в послании, позволит «пока еще не поздно, избежать долгосрочного ухудшения американо-советских отношений».
Однако лишенный даже намека на извинение ответ Брежнева вызвал у Картера лишь новый приступ гнева, о чем свидетельствует едкий, подчас желчный тон его собственноручных пометок. В брежневском утверждении, будто «ограниченные советские контингенты» были направлены единственно для того, чтобы оказать помощь и содействие «в отражении актов внешней агрессии», Картер подчеркнул последние четыре слова и написал: «От кого?». Президент нашел, мягко говоря, неубедительной предложенную Брежневым трактовку событий, в особенности отрицание последним американского утверждения, «будто Советский Союз что-то предпринял для свержения правительства Афганистана». Вступая в полемику, Картер на той же странице пишет, что Москва «привезла с вторгшейся армией нового марионеточного лидера». Напротив брежневского утверждения о том, что смена правительства в Афганистане «произведены самими афганцами… Спросите об этом у афганского правительства». Картер помечает: «Они мертвы или (являются) марионетками СССР». Столь же «впечатляющим» показался американскому президенту довод Брежнева, что США не имеют никаких оснований упрекать Москву за отсутствие консультаций с Вашингтоном перед отправкой частей в Афганистан, так как США не удосужились известить Москву о концентрации своих ВМС в Персидском заливе. «Мы не посылали интервенционистских сил», — замечает на это Картер. Отметив единственный намек на гибкость советской позиции (Брежнев заявлял, что Москва намерена вывести свои войска, «как только отпадут причины, вызвавшие просьбу Афганистана к Советскому Союзу»), американский лидер не мог оставить без комментария содержащийся в послании «совет». американской стороне «внести вклад в прекращение вооруженных вторжений извне на территорию Афганистана». «Единственное вторжение — со стороны СССР», — замечает в этой связи Картер. Спустя два дня, 31 декабря 1979 года, Картер в интервью американскому тележурналисту заявил, что его «представление о русских в последнюю неделю изменилось более кардинально, чем за предыдущие два с половиной года», и особенно отметил, что Брежнев «неточно излагает факты», утверждая, что афганское правительство “ходатайствовало” о военном вмешательстве.»