Пока ваш подросток не свёл вас с ума

Он долго на меня смотрел, и было очень трудно угадать, о чем он думал. Потом он отвернулся.
«Да кого вообще, на хрен, волнует, что вы там видите», — сказал он.
«Я могу ответить на этот вопрос, — сказал я, — но тогда мне придется тебя убить».
Он усмехнулся, прямо как в старые добрые времена, и на этом мы расстались.
Когда всё пошло наперекосяк?
Понятно, что у этой семьи далеко не всё гладко. Поэтому я решил, что будет полезно снова просмотреть информацию о нерушимых основах, чтобы начать разрушать якобы непробиваемую стену подростковой мерзости.
Жизнь = надежда. Прежде всего, нужно помнить, что надежде всегда есть место. Пока мы живы, возможно всё.
Причуды половой зрелости. Тим прошел ровно половину пути, сейчас он находится в самом разгаре полового созревания.
Он переполнен гормонами, которые заставляют его расти и меняют всю проводку с ног до головы. Но он еще не повзрослел, и могу поспорить, что большую часть времени ему кажется, что его жизнь стала неуправляемой, и он чувствует себя несчастным.
Сумасшедший дядюшка Джек.
Ян и Мэри должны помнить, что у Тима не всё в порядке с головой. На самом деле он не такой — это просто сумасшедший дядюшка Джек. Они должны относиться к его злости как к бреду сумасшедшего.
Не целый грецкий орех. Вполне очевидно, что Тим совершает множество поступков, которые не кажутся разумными. Его рассуждения туманны, он часто «взрывается», и у него проблемы с управлением своими эмоциями. Он не взвешивает ситуацию и не учитывает риск ни в ближайшем, ни в отдаленном будущем.
Танк остается танком. Что касается его личности, мы видим, что Тим — умный, упрямый и чувствительный мальчик Таким он был от рождения и таким будет всегда. Наша задача — научить его использовать эти качества так, чтобы не причинять вреда ни себе, ни окружающим. Особенные трудности вызовет то, что он упрям, и, если мы установим какие-либо правила, он будет бороться с ними изо всех сил.
Оружие массового нарушения (ОМН).
Разведка докладывает, что Тим в основном полагается на страх, тактическую ненависть и регулярные бомбардировки эмоциональным изматыванием. Есть первые признаки того, что он готовится к настоящему физическому насилию, но пока всё ограничивается угрозами.
Происхождение неандертальцев.
Ему четырнадцать, и он думает, что пуленепробиваем. Налицо все признаки мальчика на ранней подростковой стадии, который примеряет образ «крутого парня». Он — бунтарь без причины и, в общем-то, без здравого смысла.
Системное мышление. Я полагаю, что в доме Тима проходили весьма жаркие и очень громкие «дискуссии». Я знаю, что он любит покричать, но я уверен, что родители тоже кричали на него. Разочарование и страх могут превратить в людоедов даже самых благоразумных родителей. Думаю, что мы уже достаточно обсуждали эту тему, и сейчас Тим и его родители уже хорошо освоились с системным мышлением.
Если вы объедините все эти факторы, то легко увидите, что дело может кончиться целым вагоном проблем. Тим — умный, чувствительный и упрямый молодой человек. Ему словно дали ключи от очень мощного автомобиля задолго до того, как он научится водить. Поэтому пока он врезается во всё подряд. Родители пытаются встать у него на пути, чтобы он притормозил, но он просто сбивает их, не моргнув и глазом. Даже если он знает, где тормоз, гордыня, упрямство и общее подростковое безумие не дают ему остановиться. Этот парень, рассердившись на свое лицо, не ограничится тем, что отрежет себе нос — он оттяпает всю голову целиком.
Как можно улучшить ситуацию?
«Мы могли бы продать его в Интернете», — пошутил Ян.
«Да кто его купит?» — подхватила Мэри.
«Богатые американцы на запчасти?» — предположил я.
Некоторое время мы сидели, молча размышляя о том, как несправедливо, что мы не можем продать своих неуправляемых детей богатым американцам, которые хотят сделать себе пересадку органов.
 
«А если серьезно, — сказал я, — как можно улучшить ситуацию?»
«Я просто хочу, чтобы он был хорошим», — сказала Мэри.
«Объясните, что для вас это означает».
«Я бы хотела, чтобы он не водил дружбу с хулиганами, не употреблял наркотики и стал добрее ко всем дома».
«Хулиганы, наркотики и объятия?»
Мэри улыбнулась: «Думаю, да».
«А вы, Ян?»
«Я бы просто хотел вернуть сына, потому что понятия не имею, кто этот парень».
Язык — крайне интересная вещь, потому что слова, которые мы используем, не просто описывают реальность, а активно участвуют в ее создании. Меня всегда беспокоит, когда родители говорят подобные вещи, потому что, рассказывая о собственном ребенке, они создают образ какого-то незнакомца. Это неправильно, потому что он остается тем же мальчиком, которым был, просто теперь это сложнее разглядеть за всей этой подростковой мишурой и бешенством.
Я пожал плечами:
«Его зовут Тим, и он — именно тот упрямый, чувствительный, умный, но бестолковый мальчик, которым был всегда. Он всё еще с вами, просто скрыт под слоями гормонов, глупости и упрямства. Мы должны придумать, как ему помочь, пока он сам не сможет выбраться».
Ян нахмурился: «Я даже не представляю, как это сделать».
«Что ж, выберите что-нибудь одно в его поведении. Что бы вы хотели изменить к лучшему? Всего одну вещь».
«Я бы хотел, чтобы мне не приходилось так за него переживать», — ответил Ян.
Я покачал головой:
«Это невозможно. Вы оба — прекрасные родители, а значит, как бы у него ни шли дела, вы будете волноваться о нем до самой смерти. Давайте выберем что-нибудь более реалистичное».
Ян на минуту задумался.
«Я бы хотел, чтобы он больше не превращал нашу семейную жизнь в ад».
«А точнее?»
«Чтобы он оставил в покое младшего брата и сестру и не так ужасно обращался со мной и Мэри».
Хорошо. С этим уже можно работать. Теперь пришло время снова обратиться к Мэри: «Вы сказали, что хотели бы поменьше хулиганов и наркотиков и побольше объятий».
«Ну, я не уверена, что в ближайшем будущем он вдруг станет чаще нас обнимать, но я бы хотела попробовать избавиться хотя бы от хулиганов и наркотиков».
«И я тоже», — сказал Ян.
«Как сильно вы этого хотите, Мэри?»
Она посмотрела мне прямо в глаза: «Сильнее, чем вы можете себе представить».
«Вы готовы начать войну, если придется?»
Она уверенно кивнула: «Да».
«А вы, Ян, готовы начать войну, если потребуется?»
«Только скажите, на какую кнопку нажимать».
«Отлично, — сказал я, — пора готовиться к войне».
Как добиться желаемого?
Игра идет по-крупному. Тим связан с наркотиками, алкоголем, тупыми дружками-хулиганами и преступлениями. Самое опасное, что Тим находится под ошибочным впечатлением, что он вроде как гангстер. На самом деле он обычный паренек из пригорода. Тем не менее он общается с настоящими бандитами, и это может кончиться очень плачевно. Если он не влипнет в неприятности с полицией, вполне может пострадать от настоящих бандитов.
Кроме того, семья Тима трещит по швам. Родители любят его, но чувствуют, что ничего не могут поделать с сыном и никакие их действия не имеют никакого эффекта.
Я спрашивал их о том, готовы они начать войну или нет, потому что именно это им предстоит сделать. Переговоры на данном этапе уже не помогут. Тим — тайна за семью печатями, и шансы, что его можно увлечь каким-либо конструктивным диалогом с родителями, так малы, что атом по сравнению с ними показался бы слоном.
Некоторые считают, что нельзя сравнивать решение семейных проблем с войной. Кто-нибудь скажет, что мы должны думать о мире и согласии. А по-моему, бессмысленно пытаться обнять дерево, если оно пытается вас укусить. Сначала разберитесь с зубами, а об объятиях подумаете следующей весной.