Клан
На орбите планеты разгорелся нешуточный бой. Сплоты гибли тысячами, освобождая нам дорогу к цели. Корабли архов каждую секунду десятками уходили в варп-прыжок к планете. Спустя десять минут их строй значительно поредел, если раньше клубок вокруг матки был настолько плотным, что они чуть не скребли о друг друга бортами, то сейчас мне не приходилось даже особо маневрировать чтобы пробраться к основному грузовому шлюзу матки, расположенному у основания щупалец.
Проблемы начались непосредственно у шлюза. Небольшие строительные, словно рой мошкары, сновали туда-сюда и проскочить незаметно шансов не было, но и выбирать не приходилось. Я сильно сомневался в способности орудий фрегата пробить броню этого титана. Перекинув основные мощности силового щита на лобовую полусферу, я окунулся в режим полного нейро-сенсорного слияния. Сознание ощутило окружающую бескрайнюю пустоту, душу опьянило ощущение бесконечной свободы и предвкушение схватки. Откинув нахлынувшие эмоции, я врубил форсаж и устремился к шлюзовым воротам, что внешне напоминал ротовую полость огромного моллюска.
Маскировка слетела и нас обнаружили. Несколько эсминцев и десяток фрегатов бросились на перехват, но они однозначно не успевали, слишком близко мне удалось подобраться к цели. Тиран, буквально раскидывая силовым щитом мелкие боты, мчался к смыкающемуся шлюзу. Голубые вспышки выбросов энергии от столкновений фейерверком раскрасили тьму. Вокруг закружили первые грозди плазменных зарядов, метеорами проносящихся мимо. Фрегаты противника жгли двигатели и не уступали мне в скорости, но приличная фора заставляла их вести огонь с предельной дистанции. С учетом моих хаотичных маневров их потуги не представляли пока опасности. Маневрировать же приходилось очень активно, строительные боты хоть и были малы, но весили пару тонн и лобовое столкновение сильно просаживало щиты. Боты, отскакивая, словно мячики, фонтанировали зеленой жидкостью из разрывов, деформированных ударом корпусов. Зеленная кровь живых кораблей, кристаллизуясь от низких температур, превращалась в россыпь кристаллов, похожих на неграненые изумруды. Со стороны это выглядело даже красиво.
Шлюзовой проход сужался, и в душе заскребся липкий страх, что не успею и нас размажет по броне тонким слоем. Закусив губу, я попытался добавить мощности на и так почти ушедшие вразнос двигатели. Мотивации добавил полновесный ракетный залп эсминцев, вынося приговор и не оставляя выбора. Теперь если даже смогу отвернуть, ракеты превратят фрегат в облако высокотемпературной плазмы, места для осуществления противозенитного маневра просто не осталось и от щитов одни ошметки. Индикаторы их энергоемкости тревожно пульсировали красным на периферии зрения.
Успел практически в последний момент. Проскакивая сужающееся отверстие беззубого рта, зацепился правым бортом и фрегат закрутило безумным волчком. Отрубив маршевые двигатели и инстинктивно работая маневровыми и гравитационным приводом, я пытался прекратить вращение и остановить корабль. На обдуманные действия времени просто не оставалось. Фрегат пушечным ядром пронесся сквозь немаленький грузовой ангар, снося на своем пути все. Непонятные бугры, что росли из пола, взрывались, словно гнойники, штабели непонятных пластин или чешуи разлетающееся от удара шрапнелью вносили дополнительный хаос. Странные созиданья, напоминающие плод греха мокрицы и кентавра, разбегались в панике и гибли десятками. Несколько ракет, сумевших влететь следом за мной, проскочили резко снизившую скорость цель и ушли свечкой к потолку в попытке развернуться. Места на разворот не хватило, врезавшись в свод они взорвались. Пламя и разлетающееся осколки не оставили и тени шанса разбегающимся кентавромокрицам.
Лишь у самой стены отсека мне удалось остановить фрегат, чудом избежав столкновения. Вывалившись из режима полного слияния, я выдохнул и осмотрелся. Мы находились в овальном отсеке со сферическим сводом, длиной не меньше полукилометра, а в ширину метров триста. Гладкий черный пол с нашлепками бугров желтых икринок, обтянутых полупрозрачной пленкой, и бесконечные штабели то ли пластин хитина, то ли чешуи. Тела местных, судя по всему, грузчиков, разорванные, раздавленные и посеченные осколками были разбросанные по всему отсеку, они сучили многочисленными ножками и заливали матово-черный пол желтой кровью. Стены и потолок были покрыты влажной коричневой кожей с крупными порами, к которым крепились сотни тех самых строительных ботов. Освещение исходило от обильно покрывающего стены голубого мха, свисавшего ажурной бахромой. По периметру отсека несколько десятков черных мембран перекрывали входы в боковые тоннели.
Развернув фрегат стволами излучателей главного калибра к створкам шлюза на случай появления незваных гостей, я произнес в тактическую сеть:
— Лейб-капитан, мы на месте, периметр чист, можете выгружаться.
— Вас понял капитан, откройте грузовой и десантный шлюзы.
Команда искину и вокруг фрегата раскатились матово-серые шары БРК «Генезис», занимая круговую оборону. Шары остановились и сегментарно раскрылись, выпуская наружу восемь манипуляторов, четыре опорных и четыре оружейных. Сегменты брони, что раньше были стенками шара, сейчас прикрывали уязвимые сочленения подвижных манипуляторов. Трансформация заняла меньше секунды, впечатляющее зрелище, однозначно нужно приобрести для Варяга такие.
Следом фрегат покинул Кунт со своими людьми. Десантники перестроились клином и двинулись в сторону одной из мембран, дроны БРК вновь свернулись и покатились, образуя круг вокруг бойцов. В этот момент распахнулось сразу несколько боковых проходов и оттуда хлынули инсекты. Шары БРК среагировали мгновенно, вновь перейдя в боевую форму, но это было лишним, я не зевал и просто перемолол архов залпом из орудий ПКО фрегата. Лейб-капитан обернулся в сторону корабля и кивнул в знак благодарности. Кивнул в ответ, поймав себя на этом невольном жесте. Я находился в рубке и Кунт не мог видеть моего жеста. В душе скребли кошки, эти парни шли на верную смерть, а мы оставались лишь наблюдателями. Поддавшись порыву, я отдал команду и мой дрон-разведчик, окутавшись маскировочным полем, слился с окружающей обстановкой, практически исчезая из видимого спектра, а затем рванул следом за сплотами.
Поднявшись с ложемента, я пошел в десантный отсек. Оставаться в рубке одному было невыносимо.
— Командир, что будем делать? Чего ждем? — спросил меня Иван стоило войти в помещение.
— Ждем обещанный флот — сказал я, посмотрев на сидевшего в углу Старика — добираясь сюда мы неслабо так разворошили местный муравейник и за створками шлюза сейчас нас ждет куча злых насекомых, которым местная мамка думаю неслабо хвост накрутила. Так что если высунемся, то нас просто разорвут.
В этот момент по корпусу фрегата прошла мелкая дрожь. Я запросил искин корабля.
— Зафиксирована попытка противника проникнуть в отсек, противник уничтожен средствами ПКО корабля — ответил мне приятный женский голос.
— Хорошо, продолжай контролировать периметр — поблагодарил я искин и продолжил прерванный монолог.
— Так вот, если высунемся, нам хана, без шансов, но если обещанный флот Железного Трона ударит во фланг рою, у нас появиться хороший шанс вырваться из этой жопы.
— Я не об этом, командир — произнес Иван, со вздохом опуская глаза в пол — ты мне скажи почему Кунт и его парни пошли на смерть, а мы сидим тут и языками чешим? Нет, я все понимаю, они не люди и это не наша война, но на хрена парням там подыхать если мы можем прикрыть их отход? Выставить этот гребаный заряд на подрыв по таймеру и слинять отсюда.
Взгляды друзей уперлись в меня, я молчал, пытаясь проглотить подкативший к горлу ком. По их глаза я видел, что они все согласны со старпомом. Даже глаза всегда рациональной Лиски сейчас выражали немой укор.
— Лейб-капитан Кунт Саур и его люди выполняют свой долг. Они знали на что шли — произнес Старик — вы же Алек Сей просто не имеете права идти на подобный риск. Я изначально был против привлечения вас к столь опасной операции и не позволю вам совершить столь необдуманный поступок!