Как становятся предателями (СИ)

Ладно, придётся довольствоваться тем, чего мои умельцы руками и умники головами смогут намодернизировать наличными ресурсами. По крайней мере, массовое производство медного провода разной толщины Чирак-Шудай обещает точно. А то раньше и его покупали – сперва у палеовийцев, а последние года три и у вохейцев. Впрочем, тут всё упирается в проблему энергетики: в качестве проводника используется рафинированная медь, которая получается с жуткими затратами электричества. По предложенному же плану производство электроэнергии должно вырасти в два с лишним раза только в ближайшие три года, и львиная доля прироста пойдёт на нужды металлургии: цех рафинирования превратим в завод, а сталелитейный участок расширим. А когда внешняя торговля восстановится, то всяко медь с чистотой 99,9, а тем более проволока или провод из неё стоить будут дороже, чем черновой металл. Так что в накладе в любом случае не останемся, а хотя бы частичное импортозамещение всё лучше, чем никакое. Да и вообще, стопроцентная самодостаточность вряд ли возможна, особенно для такой маленькой страны, как Пеу-Даринга.
  
Ну и не стоит забывать про мой секретный козырь в виде будущего договора о торговле и сотрудничестве с Икарией: уж за голову своего агента господа-товарищи коммунары обязаны будут его заключить. А кредит в виде кучи техники и оборудования, а также обучения папуасов, по этому соглашению я с Заокраиного Запада выколочу – в масштабах Коммуны сущая мелочь то, чего, для Пеу хватит на финансирование полноценной культурной и технологической революции, а не той импровизации с самодеятельностью, которыми приходилось и приходится заниматься до сих пор. А что свёрстанные командой инженеров и экономистов в двухнедельном напряжении всех извилин, бессонных ночах и постоянных спорах, переходящих временами в ругань, планы придётся после установления контакта с Ирсом менять, ничего страшного – ваш покорный слуга за двадцать с лишним лет хрен знает сколько раз вынужден был пересматривать или отменять и более глобальные прожекты. И даже если те же генераторы и турбины для ГЭС или локомотивы покупать дешевле окажется у икарийцев, чем делать самим, то главным нашим экспортным товаром запросто может оказатьсярафинированная медь.
«Хорошо. Всем спасибо» – завершаю заседание – «Работайте. Через одну луну соберёмся вновь. Посмотрим, как идут дела. Тогда уже станет ясно, что получается, а что нет, что нужно изменить, от чего отказаться, а чего добавить».
-Что ты хотел доложить? – спрашиваю Айтота Утдая.
-На Иханаре у наших врагов трудности с боеприпасами и оружием – говорит тот.
-А точнее?
-Наш «друг» господин генерал колонны Унас Тичу уже несколько дней в переговорах с Южной грядой ругается из-за задержки новых партий патронов и снарядов. Что оттуда ему сообщают, как обычно, можно только догадываться. Но, по некоторым словам господина генерала можно понять, что в метрополии массовые забастовки. Я только не понял, в портах, на военных заводах или везде сразу. Он орал последний раз: неужели нельзя солдат направить, чтобы те стреляли бунтовщиков и предателей.
-Про наш цаб ничего не слышно?
-Именно про наших военных ничего. Но сообщения о нападениях на солдат Союза Палеове на севере архипелага в последние дни участились.
Месяца полтора назад я, не выдержав «бомбёжки» просьбами со стороны союзников и рапортами от своих офицеров, приказал сформировать сводный полубатальон в составе двухсот человек для отправки к западным соседям. От более масштабного контингента по итогам командно-штабной игры с участием всех заинтересованных лиц отказались даже самые радикальные милитаристы с поборниками подлинного величия Пеу-Даринги: тщательный разбор наших возможностей и того, что им может противопоставить противник, убедил распоследних шапкозакидателей в реальности переброски только небольшими группами в надежде, что тюленеловы не заметят хотя бы часть кораблей.
Добровольцев поучаствовать в экспедиции вызвалось в три раза больше предполагаемого штата экспедиционного отряда, даже многие вохейцы выразили желание отправиться повоевать. В итоге набрали двести тридцать солдат и офицеров. После пары недель на боевое слаживание их несколькими рейсами разными маршрутами отправили на Тисету, самый северный из больших островов Иханары. Чисто теоретически, они как раз дней десять тому назад должны были достичь недоусмирённого палеовийцами архипелага, связаться с уже находящимися среди непокорённых туземцев нашими военными и приступить к работе. Потому увеличение числа атак на противника вполне может быть их рук делом.
Так что проблемы с боеприпасами у людей господина губернатора весьма кстати – слишком много патронов, разумеется, наш экспедиционный отряд взять не мог, да и переправлять их, даже если забыть про ограниченность наших запасов, в дальнейшем тоже получится весьма нерегулярно. Особенно, когда тюленеловы «просекут» насчёт источника участившихся неприятностей. Уж наладить-то постоянное патрулирование берегов северной части Иханарского архипелага у них сил хватит. Так что я с самого начала оценивал перспективы посланных добровольцев весьма скептически. Теперь же у моих орлов хоть какие-то шансы появились: сбросить палеовийцев море три сотни бойцов, даже при поддержке местных, конечно, не сбросят, но нервы помотают им изрядно.
«Давай донесение с Тисеты» – говорю Кутукори. Мой секретарь протягивает надорванный конверт из плотной бумаги с парой печатей купеческого «братства Хамурегуя, Шубак-Набала и прочих». В целях конспирации послания от командующего «ограниченным контингентом» майора Варукапи шли за именем Вотоке, представляющего данное «кумпанство» на Иханаре. Беру стопку листов и внимательно просматриваю: «Уважаемые братья, пишет брат Вотоке…. За прошедшие пятнадцать дней общались с тремя десятками местных добрых мужей (то есть, бойцы Варукапи и действующие в координации с ними туземные отряды имели тридцать столкновений с палеовийцами и коллаборационистами), приобрели болеешестидесяти отборных сосновых брёвен и почти сотня стволов иных пород (то есть, уничтожено шесть десятков солдат тюленеловов и сотня их местных пособников), в обмен пришлось отдать семнадцать топоров (потери среди подчинённых майора составили семнадцать человек) и пятьдесят дешёвых ножей (погибло пятьдесят туземных союзников)…. Запасы бус и ожерелий для даров местным сильным мужам совсем маленькие (боеприпасов мало, да и оружие нужно)».
В общем, ничего неожиданного: ребята продолжают заниматься тем, ради чего их и послали, страдая из-за нехватки боеприпасов. У тюленеловов, впрочем, проблем со снабжением не меньше – беспорядки в метрополии подавили, но по непонятной мне причине поставки на Иханару в полном объёме так и не восстановились. И не только туда: палеовийские войска на Островах Пути тоже вынуждены экономить патроны со снарядами. Причём настолько, что вохейцы начали изживать свой страх перед полугегемонами Земноморья и устроили несколько морских сражений.
Результаты боестолкновений были разными, но в общем и целом итог получился в пользу моряков Тишпшок-Шшвивоя. Более того, подданные Повелителя Четырёх ухитрились даже устроить пару успешных десантных операций. Заняли, правда второразрядные острова, но всё же…. Если так дело и дальше пойдёт, получится, что я оказался на правильной стороне.
Что там дальше? Ага, отчёт Чирака-Шудая по проделанной за два месяца работе: генераторы и турбины для ГЭС изготавливают согласно планам; сооружение плотины несколько отстаёт от графика; строительство цехов нового завода по производству электропровода и кабеля почти завершено; оборудование для него частично проходит испытания, частично ещё делается; проблемы с чистотой меди электротехнического качества решаются, хотя не так быстро, как хотелось бы. В общем, как всегда: планы нарушаются и пересматриваются на ходу; процесс, хотя и со скрипом, но идёт. Я, если честно, ожидал, что всё будет медленней и печальней.