Как становятся предателями (СИ)

Полномочный представитель Повелителя Четырёх Берегов смотрит на меня исподлобья. Ничего хорошего для меня в его взгляде не читается. Ну да и ладно – детей с ним мне не крестить. Вохеец с трудом выдавливает: «Да».
-Тогда не смею задерживать тебя, почтенный Мудая-Хитва – с улыбкой произношу фразу – Надеюсь, что мы станем хорошими друзьями. А те недоразумения, что случились в прошлом, будут преданы забвению.
  
На сём мы расстаёмся.
Особой надежды на плодотворное сотрудничество с послом нет. Разве что этот его дурацкий заговор против меня раскрутить в желательном направлении, чтобы в нужный момент накрыть соучастников и отправить их на оздоровительные принудработы – дорога от Мар-Хона до Тенука построена, теперь на очереди трасса в сторону Бонхо. Хотя даже такую простую роль сему прямолинейному дуболому не поручишь – ведь сто пудов резкой сменой поведения вызовет у своих приятелей-папуасов подозрения.
Да и насчёт переписки с палеовийцами доверия к Мудае нет. Как и к Айоту Тари. Потому в качестве дезинформатора выступит подлейтенант – уж в лояльности пойманного за причинное место Ипаля сомневаться не стоит. Тот теперь будет стараться не только за страх (из-за подруги), но и за совесть – точнее за карьеру в новом месте жительства. А как подкинуть письмо палеовийское посольство, придумаем. Темболее, что причин для спешки нет – смысл подбрасывать тюленеловам «дезу» имеет только тогда, когда до тех хоть какие-то известия о судьбе пропавшего корабля дойдут.
За неполные полмесяца своей работы на благо Пеу молодой тюленелов успел показать себя весьма ценным кадром. Шитферу сразу же подключился к двум рядовым-тенхорабитам, уже вовсю помогавшим собратьям-оружейникам разбираться с трофейным «железом». По ходу делового общения само собой зашёл разговор про боеприпасы: сначала подлейтенант в общих чертах описал, с какими трудностями придётся столкнуться при попытке запустить производство патронов и снарядов к доставшемуся нам оружию, честно признавшись, что многих подробностей не знает, и потому что-то наверняка упустил; потом Хураб-Цунта, главный наш спец по пороху, посетовал насчёт дефицита селитры и о том, каким неаппетитным способом её добывают, равно как и о «пещерном буме».
И тут палеовиец с ходу выдал целую программу по производству окислителя из вполне доступного сырья: из морской воды выпариваем и очищаем поваренную соль, попутно получаем ряд других соединений, которые могут найти применение в химической промышленности; раствор хлорида натрия подвергаем электролизу при повышенной температуре и получаем хлорат, который затем переводим в перхлорат. Хурап-Цунта задал резонный вопрос: «Откуда взять в таких масштабах электричество?» С самим явлением и теорией тенхорабиты знакомы, в хонских мастерских даже балуются медно-железными батареями с электролитом из смеси уксуса и морской соли, но это же сущий мизер. В учебниках, конечно, и о переменном токе написано, но как его превратить в постоянный, уже непонятно.
Ипаль в ответ принялся набрасывать схему генератора с турбиной, а затем - выпрямителя. Тенхорабиты почесали репы… и загорелись идеей. Хурап-Цутна всё подробно изложил в очередном отчёте, не поленившись подсчитать примерные масштабы производства перхлората. Вот ведь, взрослые вроде люди, а в военные игрушки играть готовы наравне с моими папуасами – разница только в том, что туземцам хочется пострелять, а подчинённым Турвака-Шутмы нравится клепать эти стрелялки.
Вдумчиво прочитав прожект, Великий и Ужасный Сонаваралингатаки оставил от него только рожки да ножки: идея насчёт электроэнергии мне понравилась, а вот милитаристский уклон на фиг. Теперь же генератор идеи про генераторы сидел передо мною и выслушивал генеральную линию, которой ему следовало придерживаться в своём дальнейшем внедренчестве.
«Получать это ваше эле-ке-ти-ри-кесо-то» - коверкая слово на папуасский манер, произношу – «Дело интересное, особенно, если твои рассказы про его мощь правдивы. Но тратить его на оружие глупо. Кто этим оружием пользоваться будет, когда даже в столице или Мар-Хоне читать и писать умеет едва ли один из десяти молодых людей? Да и как ваши турубини и генаратори делать?»
-На «Далекоплывущем есть несколько станков – отвечает палеовиец.
-Это хорошо – говорю – А большой ли генератори на них можно сделать?
-Не очень – честно признаётся подлейтенант – Хотя главная проблема даже не в станках, а в качестве местного железа.
-Вот видишь – киваю головой. И добавляю – Само предложение хорошее. Но стоит много обдумать. С Чирак-Шудаем обсудите насчёт металлов. Как понимаю, будет нужно много «скилнского железа»? И медь очень чистая понадобится?
-Верно.
-А с Турваком-Шутмой придумайте, как с помощью имеющихся на вашем корабле станков сделать новые станки. Ты говорил вроде бы, что на тех, что есть, слишком большие вещи изготовить нельзя?
-Да, на токарном можно обрабатывать детали не длиннее метра и не шире двадцати сантиметров – моё ухо привычно выхватывает в речи Ипаля знакомые слова, заимствованные обитателями Северного архипелага из ирсийского.
То, что тюленеловы применяют знакомую мне метрическую систему измерений, особого удивления, в свете ранее полученной информации, у меня не вызвало. Но немного напрягало: приходилось постоянно следить за речью, дабы в общении с мастеровыми, быстро освоившими «палеовийские» меры длины, веса и прочего, не проколоться относительно своего хорошего знакомства с терминами.
-Тогда займитесь с Чираком и Турваком созданием таких машщини, которые будут делать де-та-ли в рост человека или даже больше - распоряжаюсь.
-Может, лучше всё же пока делать на наших станках оружие, чтобы было с чем встретить моих соплеменников? - предложил подлейтенант – Ты уже говорил, Сонаваралингатаки, что нужно выиграть не одну битву, а всю войну. Но если Палеове придёт сюда, первая битва может стать и последней в этой войне.
Совершенно нет желания объяснять сопляку, что та война, к которой я готовлю свой остров, не закончится с завоеванием Пеу: если дареои разных племён станут единым народом с более-менее приличным культурным уровнем, чужеземное господство не продержится долго. А чтобы сделать пеуссцев из вэев, тинса, текокцев, сонаев и прочих, оружие почти бесполезно. Тут школы и дороги подойдут. Примером тому Скилн, люди которого восстали против Палеове – насчёт последнего, конечно, просто моё предположение.
Всё это бесполезно сейчас объяснять. Поэтому просто повторяю: «Сначала нужно вырастить тех, кто этим оружием воевать будет».
 «Хорошо, шонбе» – тагирийское слово в устах Ипаля звучит куда ближе к оригиналу, чем в произношении папуасов. И когда только успел его усвоить. «Я понял твоё пожелание: заниматься изготовлением новых станков. Но для станков будет нужно электричество. Поэтому всё равно понадобятся генераторы и моторы» - тут недавний военнопленный, видимо, вспомнил что-то и на пару минут задумался. А потом выдал: «Наверное, я также займусь обучением людей, которые будут способны применять станки? Ведь даже среди вохейцев, работающих на тебя, никто не умеет ими пользоваться».
Да, досадное упущение с моей стороны. Новое направление в техническом развитии, безусловно, потребует подготовки кадров. Сам же только что упор сделал на обучение.
-Разумеется – говорю – Только хотел на это указать. И как ты намерен учить моих людей?
-Среди моряков, которые были у меня в подчинении, есть двое, хорошо разбирающие в деле. Я их заберу к себе в помощники. Приставим к каждому по несколько местных, чтобы те помогали и учились. Проявившие интерес и желание станут первыми учениками. Потом сделаем первый станок, самый простой и крепкий, чтобы не сразу сломался при неправильном обращении. На нём ученики и будут постигать мастерство.
  
-Одобряю – произношу, пожимая плечами: действительно, десять станков, если на них способен работать только один человек, смогут произвести столько же, сколько и один станок при одном работнике. А вот при наличии десяти работников и один станок будет эквивалентен если не десяти станкам, то двум-трём точно.