Семь жизней

Несколько выпитых коктейлей, и танцы продолжились.
Затем все резко оборвалось и снова возникла тьма. Но эта тьма отличалась от предыдущей. Клуб. Мрачная обстановка, люди в черных одеяниях и тяжелая музыка. Клубы дыма окутывали столики. Я проходила сквозь них к бару в поисках себя. Уверена, что Белла продолжала пить алкоголь.
Не прогадала. Но я не одна. Стояла в объятиях парня. Взгляд стеклянный, губы приоткрыты, в руке бокал. И если в предыдущем баре я светилась от счастья, то в этом – медленно погибала.
Мой спутник оставил меня одну и попросил никуда не уходить. Белла утвердительно кивнула. Спустя несколько минут возле нее появилась девушка.
– Ты здесь одна? С кем пришла? Следишь за своим бокалом?
Белла лепечет что-то в ответ, но я не разобрала ее слов. Следом подошла еще одна девушка и задала примерно такие же вопросы.
Я поняла.
Вот он, выбор.
Я могла воспользоваться их помощью и уйти. Я могла вообще сюда не приезжать. Но, с другой стороны, Голос и не показал мне, как именно я здесь оказалась. Значит, в тот момент выбор не стоял.
Как только вторая девушка скрылась из вида, рядом со мной появился парень. Он предложил купить волшебные таблетки. Белла отказалась. Резко закрыла глаза и уши. И в этот момент ее бокал остался без присмотра. Парень быстро закинул ей таблетку в бокал и отошел на безопасное расстояние. Он продолжал наблюдать за мной. А Белла выпила этот бокал залпом.
Он не последний. Белла попросила у бармена еще выпивки. Он заметил ее странное состояние, но продолжил выполнять свою работу. Опустошив бокал, Белла потеряла равновесие. Та самая девушка успела подхватить ее. Крики заглушили музыку. Беллу оттащили к тому самому столику.
Она потеряла сознание.
Она умерла.
Я умерла.
– И опять этот чертов выбор.
– Вся наша жизнь – это выбор.
– Дайте угадаю, в следующей жизни у меня будет невероятная история любви?
– Если ты готова взглянуть, то я готов показать.
Сложно спорить с тем, кого не видишь.
– Так ты готова?
– Да.
– Пусть будет так.
  
Наоми
 
Я терялась в догадках, что представляет из себя пятая жизнь. Совершу ли я прежние ошибки? Опущу ли руки при возникших проблемах? Обращусь ли к смерти, словно она мое спасение? Я не была готова к этому. Не была готова увидеть собственную слабость.
Пространство получило первые очертания – это сад. По центру стоял трехъярусный фонтан серого цвета, украшенный розовыми розами. Рядом с ним, по правой стороне, деревянная лавочка, с круглым столиком. А вокруг лабиринт из коротко стриженных кустов, что доходили мне до пояса. Я направилась по вымощенной плиткой дорожке в сторону дома. Он выглядел просто, но со вкусом: белый фасад с серой крышей. На окнах стояли ярко-синие затворки, которые сейчас были распахнуты.
Девчачий заливистый смех отвлек меня. Он звучал с улицы. Я двинулась вдоль дома и наткнулась на девочку лет пяти. Копна пышных кудрявых волос застилала спину. В заляпанных краской руках она сжимала кисти.
– Наоми! – Это я! – Зачем ты изрисовала стену?
– Это моя комната, а значит, я могу там делать все, что захочу, Барбара! – лепечет малышка, упираясь руками в бока.
– Я позвоню твоей матери!
Я не увидела Барбару, но она меня сейчас и не волновала. Хотелось рассмотреть саму себя, но воспоминание закончилось. Я не уловила его суть.
В следующем воспоминании, я вновь увидела себя со спины. Босая, в белом платье, я бежала по полю, раскинув руки по сторонам. И снова счастливый смех.
Наоми резко остановилась и упала на полевые цветы. Я подбежала ближе, чтобы лучше рассмотреть ее лицо. Красивая. У нее огромные карие глаза, пухлые губы и вздернутый нос с горбинкой. Она плотно сложена для своего возраста.
 
Наоми вскинула пальчик к небу, водила им по облакам, тихо шепча себе под нос. Кажется, она перечисляла животных. Я опустила взгляд ниже на ее платье. Края его заляпаны краской. Синий, желтый, красный, черный. Я не успела сделать предположение, как воспоминание закончилось.
В следующем воспоминании я в большом кабинете. Здесь стояли мольберты и стулья. Постепенно пространство наполнялось людьми. Среди них Наоми. Она сидела с широкой улыбкой за мольбертом. Взгляд ее был направлен в окно. Рядом со мной сидела рыжеволосая девочка, примерно такого же возраста. Она шумно выдыхала, поджав тонкие губы. Кажется, я не сильно ей нравилась.
– Наоми, сегодня ты выбираешь тему, – мужчина в сером пиджаке и зализанными волосами смерил меня лукавым взглядом.
– Нарисуем синее небо и пушистые облака.
– Я не хочу рисовать облака! – воскликнула та самая рыжеволосая девочка.
– Когда будет твой день, тогда и решай, – Наоми легко пожала плечами, не отводя глаз от окна.
Девочка в ответ фыркнула, но все же окунула кисть в синюю краску.
Я встала рядом с Наоми. Наблюдала за ее действиями. Она единственная из класса не взяла в руки кисти, а макнула пальцы в краску. Несколько синих мазков коснулось белого холста. Она резко остановилась и задумчиво уставилась на рисунок. Краска в эту же секунду окрасила лицо. Но ей было безразлично. Наоми в целом не обращала ни на кого внимание. Словно в трансе, она окунала пальцы в баночку, делала аккуратные мазки, а после смотрела.
В следующих воспоминаниях у Наоми была стычка с рыжеволосой девочкой. Кажется, мы спорили о том, кому достанется мальчик. Выглядело это забавно, ведь делили мы его словно игрушку. Мальчишке совершенно не было дела до нас: он обхаживал другую девочку.
Видимо, эта ситуация стала началом нашей дружбы, ведь в новом фрагменте мы играли в саду Барбары. Рыжеволосую звали Сара. В отличие от Наоми, она ходила в художественную школу по инициативе родителей.
Все эти отрывки были бессмысленными – я не улавливала сути. Да, я счастливый ребенок, живущий у бабушки, но где мои родители? Какой социальный статус? Что за проблема в этой жизни? Мне сложно поверить, что на этот раз все будет хорошо. Что я проживу долго и счастливо, и умру только от старости.
Но в противовес моих мыслей шли воспоминания. Я и вправду была счастливым, добрым и любимым ребенком. Несмотря на свою строгость, Барбара была хорошей. Она откармливала меня выпечкой, читала сказки на ночь и гоняла нас с Сарой по саду, в надежде, что мы прекратим изменять дизайн моей комнаты. Родители. Их не так много в моей жизни, но каждое их появление сопровождалось объятиями и играми. Но самое интересное, что я не могла разглядеть их внешность. Туманный образ ускользал от меня, и каждый раз, когда я пыталась приблизиться, Голос сменял воспоминание. Интересно, зачем?
На этот раз нет плавных отрывков. Рваные кусочки я самостоятельно должна сложить воедино. Но эти крупицы информации ничего не дают: да, я продолжаю рисовать, да, меня любят родители и бабушка, да, у меня веселое и счастливое детство. Но мне слабо верится в то, что все пойдет хорошо.
Смена времени: мне около пятнадцати. Я не была готова к такому скачку, но все же приятно удивлена. Наоми безумно красивая. Ее фигура приобретает женственные формы, темные волосы полностью застилают спину. Она чувствует себя уверенной и привлекательной. Вокруг нее вьются парни, осыпая комплиментами. И именно этот факт дал мне понять, что все в этой жизни пойдет не так. Это желание Изабеллы. Та самая сокровенная мечта, об исполнении которой она грезила. Нужна ли эта мечта в этой жизни? Быть может. Наоми льстит это внимание. Она заливается румянцем, когда мальчишки дарят ей цветы. Она расцветает с каждым комплиментом, посланным ей в социальных сетях. Она влюбляется и разочаровывается и, самое главное, воспринимает это не так болезненно.