Реликтовый мир (СИ)

Кровь толчками вытекала из раны, и я с силой зажал это место. Проклятье! Накатила слабость, в глазах начало темнеть. Мне нельзя отрубаться, только не сейчас!
Но, судя по всему, организм меня не послушал и отключился. У меня перед глазами мелькали какие-то ошметки, а во рту стояла горечь. Я несколько раз впадал в забытье, сознание возвращалось ко мне урывками. Когда я наконец пришел в себя, волокуша с товарищами оказалась рядом, а я лежал возле трупа одного из ящеров. Тело рептилии выглядело так, словно ее не доел какой-то хищник. И тут я обратил внимание на знакомый горький привкус во рту. Я весь испачкался в зеленоватой крови ящера, так что сомневаться, кто является тем самым «хищником», не пришлось.
Пожав плечами, я принялся шарить по внутренностям своей жертвы и чертыхнулся. Надо же мне было сожрать даже ядро! Однако, жаловаться не приходится — осмотрев свое бедро, я не увидел страшной раны, оставленной ящером. На серой коже остались лишь светлые шрамы, которые наверняка скоро рассосутся.
На удивление, второй ящер оказался все еще жив. Существо беспомощно лежало с перебитым хребтом и ожидало своей участи. Либо прошло не так много времени, как мне показалось, либо эти рептилии настолько живучи. А может и то и другое.
Я немедля добил существо и достал из него сияющий камень, оказавшийся намного крупнее и ярче, чем у давешних мертвых крыланов. Положив добычу на грудь Евы, я погрузил свое внимание внутрь и повторил процедуру с активацией прямого канала к ядру элиски. Лежащий на груди камень вспыхнул и стал таять на глазах. Через несколько секунд Ева резко вдохнула и схватилась за него двумя руками. Ядро ящера практически мгновенно растворилось, а моя рогатая спутница наконец открыла глаза.
— Ну наконец-то, — выдохнул я с облегчением.
Ева посмотрела на меня и улыбнулась. Затем элиска вдруг что-то вспомнила, спохватилась и вскочила, дико озираясь, но ее колени подогнулись, и мне пришлось подхватить торопыгу.
— Тише, не спеши, — сказал я, усаживая девушку.
— Что произошло? — Ева с любопытством посмотрела на трупы ящеров, а затем наткнулась взглядом на побледневших буфонов и ужаснулась. — Они живы?
Я принялся вводить подругу в курс дела, попутно вскрывая остальных рептилий. Ева с интересом наблюдала, как я кладу добытый камень на грудь Айтрану и активирую входящий канал. Хоть у старшего буфона и оказалась самая развитая система каналов из всех троих, но поглощение все равно шло намного медленнее, чем у элиски. Я напряженно следил за процессом, превратившись в сплошное внимание. Наконец тело амфибии начало теплеть, кожа потемнела и приняла более здоровый оттенок, и старик очнулся.
Я поспешил повторить процедуру на Линде и Тиле, благо что ядер ослабленных ящеров для этого хватило.
— Не знал, что для буфонов возможно поглощать энергию напрямую, — удивленно проговорил Айтран, наблюдая, как тает камень на груди Тиля. — Обычно мы размалываем добытые ядра и готовим из них напиток. Но скорее всего, такой способ намного эффективнее.
— Надеюсь, мы не превратимся после этого в элисов, — содрогнулся Линд, ощупывая себя.
— А я бы не отказался стать высшим элисом, — хохотнул Айтран, подначивая воина. — Они мастера управления энергиями.
— Нет уж, — отрезал здоровяк, и посмотрел на Еву. — Оставьте свои молнии и огни себе. Я не удержу дубину такими маленькими ручками.
— Скажи ему, пока продолжает размахивать своей дубиной, стать элисом ему не грозит, — фыркнула Ева, когда я перевел ей слова воина. — Мы с детства учимся концентрации и управлению силой, и преобразование тела проходят самые лучшие!
Тиль очнулся и прервал перебранку. Несмотря на болезненный вид, молодой буфон кипел энтузиазмом. Тот факт, что мы пережили иссушающий дождь из крови страшной твари, тут же добавился к нашим «легендарным подвигам», о которых будут говорить многие поколения буфонов. А я при этом оказался главным героем.
— Ты снова спас меня! — воскликнул Тиль и с благодарностью хлопнул меня по плечу. — Я уже трижды твой должник.
 
— Давай не будем считать, сколько раз мы спасаем друг друга, — я покачал головой. — Ты прикрываешь мою спину, а я твою. Главное, чтобы мы все выжили.
Молодая амфибия серьезно кивнула. Линд, несмотря на ворчание, тоже проникся моментом и положил мне на плечо свою тяжелую руку. Хоть воин и посмеивался над духовными исканиями Айтрана и желанием Тиля оставить после себя легенды, он и сам явно не из осторожных домоседов, и ни разу не задумался о возвращении в поселение буфонов. Словами Линд этого не скажет, но я чувствую растущее расположение со стороны этого здоровяка.
В этот момент землю мощно тряхнуло, и я услышал звук, пробравший меня до мурашек. По округе разнесся детский плач.
  
Глава 18
 
— Ирвин, куда мы бежим? Нам надо уходить отсюда! — Ева пыталась перекричать грохот.
— Айтран сказал, это единственный выход, — крикнул я в ответ. — Похоже, рядом с нами родился бог.
— Тогда нам тем более надо убираться! — в глазах элиски плескался страх.
— Скажи ей, если новорожденного бога поглотят, мы просто не успеем уйти, — Айтран заметил нашу перепалку и решил пояснить для элиски. — Все будет сметено выбросом его силы.
Я перевел Еве слова старшего буфона, и девушка поджала губы.
— Можно ведь хотя бы попытаться убежать, — с сомнением проговорила она.
— Это как шторм, — вставил на бегу Линд. — Чем ближе к центру, тем больше шансов выжить.
Из тумана впереди неожиданно вырвались несколько ящеров. Это оказались родственники той стаи, из которой я достал ядра. Неужели прибежали мстить? На моих руках все еще осталась подсохшая зеленоватая кровь.
Я притормозил, готовясь к схватке, но увидел, как рептилии вдруг прыснули в стороны и обогнули бегущего впереди Айтрана. Старый буфон даже не обратил на них внимания. Животные пробежали мимо нас и скрылись в тумане позади.
— Слабые бегут прочь, сильные спешат поглотить бога, — бросил Айтран.
— Мы тоже хотим его поглотить? — спросил я.
— Мы должны его защитить, — помотал головой старик. — Если бог успеет окрепнуть, он сам о себе позаботится. Но если его съест тот змей, что пролетел над нами, излишки силы освободятся и убьют все живое в округе. Нужно помешать змею.
Я споткнулся от удивления и чуть было не упал, но сумел выровняться.
— Но как нам бороться с этим чудищем? — прокричал я.
— Любой ценой, — Айтран глянул на меня, и во взгляде старого земноводного я увидел твердую решимость.
— А что, если за богом придет кто-то еще крупнее?.. — мой вопрос потонул в очередной волне грохота.
Грохот и тряска то прекращались, то возникали вновь. Туман начал редеть. У меня появилось странное ощущение, словно на мою кожу падают прямые солнечные лучи. Я поднял голову и бросил взгляд за просвечивающую сквозь хмарь оранжевую звезду, но ощущение тепла шло не от нее. Оно шло спереди.
Очередной толчок земли тряхнул нас и едва не сбил с ног. Я вновь услышал звук, что поначалу принял за детский рев. Каждая клеточка моего тела завибрировала в такт этому звуку.
Впереди начали проступать очертания высокой скалы. От вида того, что было перед ней, у меня засосало под ложечкой. То, что я поначалу принял за окружающие скалу холмы, оказалось трупами гигантских существ. Одни были сильно деформированы, другие попросту перекушены пополам. От прочих осталась лишь кровавая каша вперемешку с костями.
Над всем этим хаосом продолжалась битва. Знакомый нам чудовищный змей, покрытый бахромой, обзавелся новыми страшными ранами. Прямо сейчас в него вцепилось несколько округлых зубастых существ с выпученными глазами. Чем-то эти твари напомнили мне рыбу-удильщика, только вместо хвостов их тела заканчивались пучками щупалец.
 
Осушающая сила синей крови змея проявила себя во всей красе. Слабеющие зубастики один за другим разжимали челюсти и падали вниз. Летучая рептилия резво извернулась и схватила ближайшего удильщика, запросто откусив тому голову. Затем чудовищный гад вернулся к своему прерванному занятию и продолжил вгрызаться под скалу. Своей гигантской челюстью змей кусал и дробил камень, сплевывая лишнее в сторону. Его длинное тело извивалось, пытаясь ввинтиться в твердую породу.