Реликтовый мир (СИ)

Повеяло удивлением и благодарностью, но не от бессознательного Тиля, а от Айтрана. Все это время старая жаба пристально следила за состоянием молодого сородича.
Я почувствовал тряску, и меня рывком вернуло в тело. Ева отпустила мое плечо, неодобрительно нахмурив брови, и показала знаками, что пришло время выбираться.
Я осторожно выглянул из лаза. Старая жаба все также сидела в своей дымной медитации, покусанная пауком жаба лежала у стены, а крупный жабий воин задремал у выхода, прислонившись спиной к стене.
Убедившись, что никто из амфибий не двигается, мы аккуратно вылезли и на цыпочках пошли прочь из пещеры. Ева бесшумно скользила впереди. Я старался не отступать, но до ее кошачьей грации мне далеко. Девушка уже подошла к выходу, опасливо косясь на крупного дремлющего Линда. Снаружи стоял густой туман, тускло подсвеченный местным голубым солнцем, поэтому было трудно что-то разглядеть.
Под моими ногами с шуршанием сдвинулся камешек. Жабий воин вдруг открыл глаза и уставился на нас. Мгновение, и амфибия с ревом «демоны!» схватила лежащее рядом оружие. Полутораметровая дубина, явно сделанная из клешни какого-то существа, чиркнула по потолку и с размаха опустилась. Громыхнуло, и меня обдало каменной крошкой. Ева исчезла из-под удара и в ответ выстрелила молнией. Линда тряхнуло, он взревел, но устоял на ногах. Основную часть заряда словно магнитом притянуло висящее на шее амфибии ожерелье. Один из защитных камешков в нем заметно раскалился.
Воин никак не мог попасть массивной дубиной по мельтешащей вокруг миниатюрной Еве, и вдруг переключился на меня. От первого удара я отпрыгнул, но жаба размахивала своей тяжелой дубиной слишком быстро. Второй удар врезался в мой бок, внутри хрустнуло, я полетел куда-то в сторону и успел увидеть удивленное лицо старой жабы, после чего меня накрыла темнота.
  
Глава 15
 
Очнувшись, я дернулся, и едва не столкнулся лбом с Евой. На лице элиски расцвела улыбка облегчения. Ее спокойствие передалось мне, и я огляделся уже без тревоги. Как я и думал: вокруг все та же пещера и все те же жабы. Только на этот раз все три оказались в сознании и смотрели на меня. Старик Айтран с восхищением, молодой Тиль с благодарностью, а суровый Линд с подозрением.
— Что я пропустил? — спросил я, потянувшись.
— Старый буфон проснулся и остановил здоровяка с дубиной, — пояснила Ева. — Потом очнулся их раненый товарищ. Похоже, они больше не хотят враждовать.
— Прекрасно. Мне не очень понравилось получать дубиной.
Линд фыркнул и отвернулся. Айтран неодобрительно посмотрел на воина, крякнул, и заговорил.
— Ты помог моему родичу, — пробасила пожилая амфибия.
— Да, я благодарен тебе, — Тиль склонился в глубоком поклоне. — Спасенная жизнь в твоем распоряжении.
— Ты сам поправился, — возразил я, смущенно почесывая затылок. Для меня все еще странно получать благодарности за то, что происходит в том особом состоянии. Словно с выходом из тела я оставляю свое эго, свое «я», и все случается естественно, само по себе.
— Тиль умирал, пока ты не коснулся его, — покачал головой Айтран. — Он бы угас без твоего вмешательства.
— Я только подсказал твоему телу, как избавиться от иссушающей метки, — пожал я плечами. — Почему-то оно само не догадалось.
— Только Высшие ведают подобным, — в глазах старой жабы зажегся огонек.
Я обратил внимание на хмурящуюся Еву.
— Что-то не так? — спросил я подругу.
— Вы говорите на языке буфонов, — почему-то шепотом пожаловалась она. — Я вас не понимаю.
Я с удивлением посмотрел на нее, а потом на жаб. Мне даже в голову не приходило, что я с легкостью переключаюсь с языка амфибий на язык элисов.
— О чем вы говорите? — подозрительно спросил Линд, скрестив руки на груди.
— Моя спутница пожаловалась, что не понимает вашего языка, — честно ответил я.
— Лучше бы вам с ней не задумывать дурного, — угрожающе проквакал воин и пододвинул поближе лежащую рядом дубину.
— Линд, вместо того, чтобы застать нас врасплох и напасть, они помогли мне, ты понимаешь? — вступился за нас Тиль. Воин покачал головой, но слова товарища заставили его взгляд немного смягчиться.
 
— Я обязательно отплачу за долг жизни, — горячо продолжила молодая амфибия, обращаясь ко мне. — Как мне называть тебя?
— Ирвин, — ответил я. — И никаких долгов на тебе нет. Мы с Евой всего лишь хотим покинуть это место и продолжить наш путь. Раз вы больше не хотите сражаться, мы пойдем.
— Посмотри наружу, — махнул лапой Айтран. — Вам стоит переждать, сейчас опасно выходить из пещеры. Небо спустились на землю.
— О чем он говорит? — поинтересовалась у меня Ева, увидев жест старой жабы.
Когда я перевел, на лице девушки отразилось недоверие, и она направилась к выходу из пещеры. Я вышел следом, и мы оказались на пологом склоне горы. Перед нами стелилась непроглядная серая хмарь.
— Ты знаешь, что это? — спросил я, и Ева отрицательно покачала головой.
Я прислушался к своим ощущениям и нащупал ниточку связи с Даной. Направление ощущалось ясно, но разглядеть что-либо не представлялось возможным. Наверное, Айтран прав, и стоит остаться в пещере, но сколько продержится этот туман?
Пока я размышлял, Ева крутила головой, и вдруг показала на вершину за моей спиной.
— Смотри, — испуганно выдохнула девушка.
Я обернулся, и увидел огромный продолговатый силуэт, нависший над горой. От его движений хмарь немного рассеялась, и стала видна туша чудовищной твари. От колоссального тела левиафана вниз тянулось множество тонких конечностей, шагающих по горе. Я было удивился, как они удерживают эту махину, но кит вдруг втянул их внутрь и продолжил полет. Левиафан всего лишь обогнул горную вершину, по-видимому ощупав ее своими «усами», чтобы не врезаться.
Если небесные чудища стали спускаться так низко, у нас появились большие проблемы. Я посмотрел на Еву, и увидел, как моя спутница напряглась и сжала кулаки.
— Пошли внутрь, — подтолкнул я подрагивающую девушку. — Надо подумать, что делать дальше.
В пещере вновь витал аппетитный запах. Недавно оправившийся от укуса паука Тиль ел в три горла, быстро вычерпав содержимое котла, и Линд принялся готовить новую порцию. Воин активировал под котлом цилиндрический камень, добавил в суп какого-то зеленоватого мяса, настрогал толстый корень и бросил щепотку трав.
— Присоединяйтесь, — пригласил Тиль с набитым ртом, похлопав на место рядом с собой.
Я вопросительно посмотрел на Линда, и повар кивнул. Мы с Евой получили по миске густого супа. Я отхлебнул немного ароматного варева и тут же принялся глотать его, обжигая горло. Возможно, виной всему голод, но такого вкусного супа я не ел никогда в жизни. Однако, я слишком поздно понял свою ошибку, недооценив пикантность и остроту блюда.
Меня бросило в жар, во рту зажглась сверхновая, а по пищеводу словно спускались потоки раскаленной магмы. Тиль продолжал вливать в себя миску за миской, явно наслаждаясь процессом. Я повернулся к своей спутнице, но Ева тоже спокойно сидела, задумчиво прихлебывая свою порцию маленькими глоточками. Похоже, острота супа ударила только по мне. Должно быть, мое человеческое пищеварение еще не приспособилось к местной кухне.
Голод еще ощущался, так что я мужественно попросил добавки. Линд посмотрел на меня со странным выражением, что-то проворчал и наполнил миску до краев с горкой. Уже зная врага в лицо, я стал неспешно отхлебывать коварное блюдо. Эта порция пошла обманчиво легко, но волна жара подкралась незаметно, ударив меня под дых. Я старался не показывать вида, но слезы предательски потекли ручьем.
 
— Ирвин, что случилось? — спросила Ева, заметив мое состояние.
— Ничего, просто очень вкусно, — ответил я, шмыгнув носом, и хлебнул следующий глоток.
Когда я перевел любопытствующему Тилю на жабий язык, Линд вдруг покатился от хохота, схватившись за живот. Остальные удивленно переглянулись. Отсмеявшись, воин хлопнул меня по спине.