Развод по-драконьи

– Точно, поживешь со мной, – подала голос Делайла. – А… гм… Хрустальная поживет одна.
– Боюсь, это невозможно, – улыбнулась девушка. – Вы не единственная полетная команда в этой гостинице. Свободных номеров нет. Впрочем, если ваша компания доплатит за «Люкс» для Погонщика, мы сможем поселить девушек в двухместный номер, который должен был занять господин Златокрылый, а господина Свободного – в двухместный номер девушек. И тогда освободится небольшой «Эконом» для лишней девушки.
При этом она посмотрела почему-то на меня, и снова стало обидно. Я не лишняя!
Но не устраивать же истерику и не отправлять Принс в одиночную камеру.
– Хорошо, мы доплатим за номер, – со вздохом согласился представитель.
Я не запомнила его имени, все, чего я хотела – это лечь и закрыть глаза. Поднимаясь в кабину я думала, что буду запоминать, а то и записывать, всю полезную информацию, но вместо этого бегала, как сумасшедшая белка. И толком ничего не поняла.
Моя комната оказалась на верхнем, мансардном, этаже. Крошечная каморка с небольшим окном на скошенном потолке. Большая кровать занимала почти все пространство комнаты, а возле входа ютился скрипящий шкаф.
Уныло. Как в тюрьме, хоть я там никогда и не была. Вообще очень многое зависит от драконпорта, в который ты прилетаешь. Нас назначили на самый крошечный и гостиница рядом была соответствующая. Порой полетные команды даже селили на роскошных виллах. Может, однажды и мне повезет не биться головой о потолок, а плескаться в теплом бассейне и лениво завтракать с видом на рассвет.
Мне едва хватило сил бросить на пол сумку, сбегать в общую душевую, а потом юркнуть в постель. Ноги так сильно жгло и ломило, особенно после воды, что я не удержалась и всхлипнула. Но усталость быстро взяла свое: я отключилась под завывания ветра снаружи и рой снежинок за окном над головой.
И проспала бы до утра, а то и до обеда (все равно меня никто не ждал за завтраком), если бы в середине ночи не поняла, что в комнате кто-то есть и этот кто-то лезет под мое одеяло.
Сначала я собралась визжать и отбиваться. Это был один из моих страхов, что кто-то вломится в мой дом. Денег на нормальное жилье не хватало, и от опасного мира меня обычно отделяла хлипкая дверка.
Потом в полной темноте я вдруг почувствовала знакомый запах. Так пахло в ванных комнатах особняка Златокрылых: горничные раскладывали по полкам саше с лавандой, а еще замешивали ее в шампунь и мыло.
– Джулиан?! – зашипела я. – Что ты делаешь здесь?!
– Подвинься, рыжая!
– Это моя комната! Моя кровать! Мое одеяло!
В доказательство я потянула одеяло на себя и некоторое время, недовольно сопя, мы за него сражались. Потом в Джулиане, видимо, взыграла совесть (или хитрость) – и он выпустил добычу из рук. От неожиданности я скатилась с кровати, а довольный Златокрылый на нее улегся.
– Вон!
– Отстань, рыжая, я твой капитан.
– Вот именно! Не муж и не хозяин!
– Капитан – это серьезнее, чем хозяин. Я могу тебя уволить.
– И так часто угрожаешь, что уже слабо верится. Никакая другая идиотка не будет терпеть тебя на этой работе, только та, которой некуда деваться. Я серьезно, Златорогий, что ты тут делаешь?
– Что, прости? – Джулиан поднял голову.
Я сделала вид, что ему послышалось.
– Твоя сестренка объявила на меня охоту и приговорила к смертной казни путем заколебывания. То ей надо помочь открыть окно, то закрыть, то ей дует, то ей жарко, то ей страшно, то грустно, то храпит Делайла, то она голодна, то у нее болит голова. И все это в кружевной сорочке и с максимально плотоядным выражением лица. Я не стал ждать, когда у нее начнутся обморок, понос и вдохновение, любезно уступил ей свою кровать и пошел побираться по коллегам.
– И я – последняя? У Моргана двухместный номер и свободная кровать!
– Не-не-не, я к нему не пойду, мы на третьем курсе ему на сборах в кровать дохлых тараканов насыпали. Ну то есть это мы думали, что они дохлые, а они просто спали и в итоге проснулись вместе с Морганом. В общем, не вариант.
– Потрясающе. Иди к Делайле!
 
– Рыжая, она реально храпит, – жалобно протянул Златокрылый, и я фыркнула. – Других номеров нет. Если я вернусь к себе, меня там изнасилует твоя сестра. А тебя я уже знаю, ты безопасна. Но в принципе…
Он внимательно осмотрел мою пижаму, задержавшись на двух расстегнувшихся в пылу битвы за одеяло пуговичках.
– Можешь насиловать. Только тихо, а то прибежит младшенькая. Мало ли, что у нее в голове. Как в одной семье выросла ты – воплощенная невинность и эта… это… Это ж как надо хотеть замуж, чтобы с голой жопой бегать по стремному отелю в комнату мужика?!
– Вот и женился бы. Тебе какая разница? – буркнула я. – Что жена есть, что ее нет, развлекаться тебе это не мешает.
– Рыжая, анекдот знаешь?
Я промолчала, была занята. Пыталась смириться, что половину кровати все же нагло отжал бывший муж. И если я еще хоть на миллиметр попытаюсь от него отодвинуться, то снова грохнусь с постели. А у меня после перелета и так болит каждая клеточка.
– Улетает Погонщик в поход. И чтобы жена не скучала, оставляет ей помощника Лелика. Дескать, парень юный, но горячий, лучше развлекайся с ним, а не на стороне, не позорь фамилию. Жена в отказ: люблю, не могу, буду ждать. Но месяцы идут, благоверный застрял в какой-то драконьей жопе. И безутешная супруга решает провести время с Леликом. Бурная ночь, и так он ее, и эдак, и в такой позе, и в другой. Проходит полгода, Погонщик возвращается в имение, а там разруха, запустение, ни души. И вдруг видит в кустах дворецкого. «Ты чего там делаешь? – спрашивает Погонщик. – Где все?». «Где все – не знаю. Но Лелик где-то рядом», – с ужасом отвечает тот.
– Тупой анекдот.
– Зато жизненный. Твоя сестра – Лелик! Натуральный! Ну или вампирюга.
– Ты преувеличиваешь свои страдания. Принс красивая и достаточно взрослая. Обычно внимание таких девушек льстит мужчинам.
– Ого, ты стала разбираться в мужчинах?
– Да, я же с тобой развелась.
Мы дружно засопели, на этот раз просто из вредности (одеяло я предусмотрительно подоткнула под себя, чтобы эта сволочь в трусах мерзла).
Джулиан мгновенно уснул, едва перестал со мной препираться, полет измотал и его. А вот с меня сонливость сняло как рукой. Закрыв глаза, я вслушивалась в завывания ветра за окном и мерное дыхание Златокрылого. Не выдержав, повернулась и посмотрела на бывшего мужа. Удивительно, но я никогда не видела, как он спит. Во сне и не скажешь, что такая сволочь. Во сне в него даже можно влюбиться.
В окне на потолке показалась луна. Она осветила постель, и я увидела то, чего совершенно точно не было, когда мы с Джулианом были женаты: длинные тонкие шрамы от сердца до горла. Будто оставленные каким-то зверем.
Я совсем ничего не знаю о жизни Златокрылого в эти годы. Что привело его в «Драконьи Авиалинии»? И кто оставил шрам?
На этой мысли я уснула. Так крепко и сладко, что утром почувствовала себя самым счастливым человеком на свете. Меня ждал завтрак и свободный день в снежном городе. Ноги почти прошли, усталость спала, оставив только мозоли. Спина отдохнула и меня переполняла энергия. Я с наслаждением потянулась, зевнула, улыбнулась солнышку и кусочку голубого неба на крыше. И только потом вспомнила, что на кровати есть Джулиан.
Которого не было.
Сначала я подумала, что бывший ушел, обычно он рано вставал. Потом кое-что насторожило.
Во-первых, не было второй подушки.
Во-вторых, я лежала по диагонали, развалившись на всю кровать.
Джулиан обнаружился на полу. Злой, не выспавшийся и взъерошенный.
– Как хорошо, что ты от меня ушла, рыжая, а то пара лет семейной жизни – и я бы начал гавкать! Даже не знаю, что хуже: домогающаяся Огненная, храпящая Делайла или пинающаяся Хрустальная.
– Может, просто надо перестать быть мудаком?
– Еще что придумаешь?
– Свали из моей комнаты. У тебя есть своя, вряд ли Принс полезет к тебе в душ. Я хочу переодеться, умыться и спуститься на завтрак.