Единственная для босса. Подарок после измены (СИ)

— Это глюк какой-то! Мы ничего не знаем! — хором заявляли коллеги.
— Не бывает таких глюков, — сказал мне Денис, когда закончил работу. — Тебя просто удалили из системы.
Вот так я и провела весь оставшийся день. Мои вещи постоянно терялись, а коллеги смотрели на меня с откровенной усмешкой, а кто-то из них постоянно мелко пакостил. Так, к четырём часам вечера у меня со стола пропали все ручки, карандаши и даже файлы для документов. Казалось, кто-то просто брал их себе.
В очередной раз, когда я пошла на кухню выпить немного зелёного чая, в надежде успокоится, не нашла своей кружки на полке. Поискав немного, я обнаружила её осколки в мусорке.
— Кружку разбила? — с ухмылкой сказала одна из коллег, что наливала себе кофе в этот момент. — Ну ничего, обратишься к Владимиру Игоревичу, и он купит тебе новую!
Эти издевательства продолжались весь день, и в определённый момент я просто перестала вставать с места.
Так и сидела, пытаясь увлечься работой. Однако я постоянно чувствовала, как чужие мерзкие взгляды ползают по моей спине. Время от времени я слышала перешёптывания, и было ясно, что обсуждают меня.
Я чувствовал себя просто ужасно! Конечно, у меня были мысли, что когда коллеги узнают о моей связи с Владимиром, то начнутся сплетни. Но я-то думала, что всё ограничится только этим! У меня и в голове не укалывалось, как взрослые люди могут заниматься таким жутким и обидным ребячеством!
На самом деле, я была уверена, что всё дело в Марине. Это она всех накручивает и подначивает. Если бы не её мерзкий мстительный характер, не было бы и никакой травли. И ладно бы я сама, намеренно боролась с ней за внимание Владимира, но нет же! Вся инициатива исходила от него! Кажется, это бесило её ещё сильнее.
В общем, прожить этот день было очень сложно.
— Ну как всё прошло? — Лена встретила меня прямо на пороге и тут же набросилась с вопросами. — Ты ведь была у своего Морозко?
— Была, — хмуро сказала я.
— А чё на тебе снова лица нет? — свела Лена тонкие брови. — Неужели всё прошло просто ужасно?
— Прошу, Лен, — разувшись, я прошла мимо подруги и погладила Чакки. В ответ пёс повилял мне хвостом. — Я бы не хотела это обсуждать.
Я пошла в гостиную, где ночевала, и боковым зрением видела, как настороженно смотрит на меня Лена.
— Э, нет, — зашла она следом. — Так дело не пойдёт. Выкладывай. Что не так? Он тебя обидел?
— Да нет! Нет же! — почему-то слова Лены о том, что Владимир мог меня обидеть, возмутили меня, я строго посмотрела на неё.
— Ну, подруга, ты чё? — расширила она удивлённо глаза.
Потом Лена зашла в комнату и села на мой диван. Уставилась на меня.
— Лен, прошу, я так устала, — сказала я, комкая в руках плед. — Я бы хотела прилечь.
— Приляжешь. Но сначала расскажи, что случилось.
Я не ответила, только отвернулась.
— Глупая! — всплеснула она руками. — Я ж спрашиваю не из любопытства! Может, я чем-то смогу помочь тебе!
Я вздохнула и села рядом. А потом, поняв, что она всё равно не отстанет, просто рассказала ей обо всём, что было за эти два дня.
Выдала Лене всё как на духу, и про квартиру с наркоманами, и про ключ, и про ночь с Владимиром, и, конечно, про сегодняшнюю травлю.
— М-да, — вздохнула подруга. — А я уже обрадовалась, когда ты написала, что останешься сегодня у него. А тут вот оно как всё сложилось! Ну вот скажи. Почему ты делаешь всё тайком? Почему не сообщила, что хочешь жить отдельно? Я ж тебя не гоню! Ты меня не стесняешь! Ну я, конечно, понимаю, что тебе, может, нужно личное пространство, все дела, но почему нельзя было сказать?!
— Я думала, — опустила я глаза. — Ты обидишься. Мне очень неловко было говорить, что Виктор так смутил меня своей выходкой.
— Вот ты глупая! — улыбнулась она. — Ань, ты умненькая девочка, но блин! Иногда ведёшь себя как ребёнок!
Не ответив, я вздохнула.
— Так, — сказала она строго. — Короче, хочешь отдельную квартиру? Отлично! Но теперь всё только через меня! И сообщай мне всё, что с тобой происходит! Я ж беспокоюсь, блин! Ты так и себя и меня на антидепрессанты посадишь.
 
— Хорошо, — снова вздохнула я.
— А братики-то — молодцы, — сказала Лена мечтательно. — Что Морозко мужик, вытащил тебя из такой передряги, что Витек, — её глаза вдруг заблестели мечтательным блеском, а губы искривились в милой улыбке. — Вон как лихо Говнокиту с лестницы спустил. Вот это мужчины!
После мы повели разговор, в сущности не о чём. Лена просто пыталась занять меня беседой и развеселить. Но я заметила, что всё чаще темы сводились к Виктору. И к концу вечера она говорила только о нём. Было ясно, что брат Владимира очень понравился ей. Лена буквально без умолку твердила о Викторе, до тех самых пор, пока мы не устали и не пошли спать.
На следующий день я не пошла на работу. Одна только мысль о том, что меня там ждёт, подкашивала мне ноги и бросала в жар. Я позвонила Владимиру и попросила у него отгул. Конечно, он согласился.
— Плохо себя чувствуешь? — Спросил он.
— Угу, — сказала я в трубку.
— Три дня тебе. Сиди дома, — ответил Владимир.
На третий день с утра я поехала искать себе квартиру. Лена была уже на работе и я обратилась в риелторское агентство, чтобы мне подобрали приемлемые варианты.
Когда я вышла из такси у агентства недвижимости, мой телефон зазвонил. Это был Владимир.
— Алло, — ответила я. — Привет, Володь, что-то случилось?
— Где ты? — раздался его строгий голос.
— Я… я же говорила тебе, — растерялась я от его тона. — Я сегодня ищу себе съёмное жильё.
— Быстро в офис, — сказал он тоном, не терпящим препирательств.
— Но… — всё же отважилась я.
— Немедленно! — он положил трубку.
  
Глава 37
 
Звонок Владимира меня так напугал, что в офис я приехала, чуть ли не стуча зубами от страха. Как только вошла, увидела на себе недовольные взгляды коллег.
— Анна, — тут же подошла ко мне младший менеджер Ира, — тебя вызывает Владимир Игоревич.
Она смотрела с настоящей неприязнью, а опустившись ко мне, добавила шёпотом:
— Или как ты его называешь? Володя? Вова?
Я ничего не стала на это отвечать, а просто направилась в кабинет босса.
В этот раз всё было странно. Я чувствовала такой страх, будто меня правда ведут на убой, как овечку. Но в то же время я не медлила, не замедляла шаг, не старалась оттянуть этот момент. Мне казалось, что я вижу всё это со стороны, будто бы я абстрагировалась от ситуации. Такое чувство сохранялось до того момента, пока я не открыла дверь и не вошла в кабинет.
— Здравствуйте, Анна, — строго сказал Владимир, сидя на своём месте.
В кабинете он был не один. Здесь стояла и Марина. Она не поздоровалась, но окинула меня мерзким торжествующим взглядом. Кажется, она была уверена, что победила. И этот её взгляд, эта ухмылка, пугали меня.
— Так, — начал Владимир строго, — объясните мне обе, что творится в коллективе? Что за обсуждения я слышу в последнее время? Что за выходки? Удаление Анны из программы, намеренная утеря документов. Это ни в какие ворота.
— Знаете, — милым и заискивающим голосом начала Марина, не дав мне, и рта открыть, — так-то у нас очень дружный и слаженный коллектив. Мы много лет работаем вместе. Многие, в том числе и я, с самого открытия нашего подразделения. Но вот кое-кто вносит разлад в нашу работу.
— Кое-кто, это Анна? — спросил Владимир строго.
— Я… — начала было я.
— Тихо, Анна, — посмотрел он на меня строго. — Я задал вопрос Марине. Тебе я дам время высказаться.
— Да! — расплылась в улыбке Марина. — Именно она.
Коллега посмотрела на меня так ехидно, что у меня кулаки сжались. Я не понимала, что происходит. На чьей стороне Владимир? Принимает ли он вообще чью-то сторону? Марина была уверена, что да. И что эта её сторона.
Мне же Владимир напоминал строгого, если не жестокого судью. Жестокого и беспристрастного. У меня просто коленки дрожали, когда я смотрела на его безэмоциональное лицо.